Словеска №1 - Игра

Night rain

Ословед
Еще один мультипост. Циликом. Написан вместе с Зером.

______Оглянувшись на Сушку в последний раз, я задумался о ее судьбе. Дети в Город почти никогда не попадают. Они рождаются здесь. Человек, попавший сюда, меняется. Но он помнит о прошлом, хочет не только выжить, но и выбраться отсюда. А те, кто родился здесь на нас не похожи – под детской невинностью прячется холодная расчетливость, а слова «друзья», «мораль» исчезают в их сознании, не находя отклика. Сушка не похоже на тех детей, которых я встречал в Городе. Ее не бросили родители, она росла в атмосфере, хоть чуть–чуть похожей на реальный мир. Хотя она не говорит о своих отце и матери. Как и все остальные – каждый в Городе хочет сохранить в душе хоть частицу себя, не оскверняя ее полуразложившимся цинизмом.
______Плеер продолжал играть все новые и новые композиции. Впрочем, угрозы в них не было, и я расслабился. Мы минут десять шли молча, каждый – Я, Джефф и Никс, погруженные в свои мысли. Первым тишину нарушил сатанист:
– Слушай, Энер, а что ты конкретно хочешь обнаружить в библиотеке? Кроме рун интересует что-нибудь еще?
–Может, что-нибудь интересное о самом Городе... Я живу в нем так давно, но практически ничего о нем не знаю. – Ответил я.
– Вот и у меня есть кое-какие догадки, которые хотелось бы уточнить. – Джефф нахмурился – Марк перед уходом говорил какие–то странности, вещи, о которых я раньше не задумывался...
______ Я вздохнул. Пар на секунду повис в воздухе, а затем кристалликами осел на землю. Я улыбнулся еще одной шутке Города – в туннеле было тепло.
– …И еще сказал мне, чтобы я обязательно зашел в библиотеку. – Продолжил Джефф.
–Перед тем, как исчезнуть, он вел себя странно. Странно даже для сатаниста.– Ответил я.
– Я тоже это заметил, но больше всего удивило, что ничего мне так и не сказал, куда уходит, зачем, говорил загадками, что для него не свойственно.– Джефф прислушался–где–то различимо шумел поезд–призрак.
______Я решил поддержать сатаниста: – Мы ведь в Городе... я иногда замечаю странные вещи даже за собой, не то что за другими людьми...
– Просто я очень давно с ним знаком, хотя, конечно, чему я удивляюсь, ведь Город кардинально меняет людей. – Джефф вздохнул.
–Я боюсь, что и Никс станет для меня совершенно непонятным человеком. – Мне было не по себе от этих мыслей.
______Услышав мои слова, Джефф обернулся: девушка шла, немного отстав, и рассматривала окружающие пространство немного грустным взглядом. – А кем она тебе приходится, Энер? Подруга, знакомая, или твоя девушка?– Сатанист загадочно улыбнулся, почувствовав мое настроение и решив приободрить меня.
–Не знаю даже... я когда–то думал, что помог ей выбраться из Города... а на самом деле лишь растянул это действо. Понимаешь, она совсем недавно попала сюда. Она еще помнит дыхание реального мира, она в мыслях еще там... а я даже приблизительно не могу вспомнить, что было там...
______Мы замолчали. Никс все так же плелась за нами, погруженная в свои мысли. То ли она не слышала наш разговор, то ли решила не вмешиваться, но за весь пройденный путь она не произнесла ни слова. Mp3–шник сменил мелодию. Я достал устройство из кармана, вспомнил о бывшем человеке, что «подарил» мне иероглифы на плеер:
– Знаешь, та тварь упоминала о том, что мы те – кто изменит этот мир... ты в это веришь?
– Не знаю, мне кажется, этот мир уже никто не изменит, нужно принять его таким, каков он есть. – Ответил Джефф.
–Забавно... мы говорим так о месте, которое меняется с каждой секундой...
______Вдруг сзади послышался какой–то непривычный звук. Примерно такой же шелест был в аномалии. Сатанист махнул рукой, мол, не обращай внимания. Рядом со Шпилем всякие странности, похоже, происходило постоянно.
–Просто я настолько привык ко всем выкрутасам Города, что ничему не удивляюсь. Я не видел другой жизни. – Продолжил наш разговор Джефф.
–Позиция сатаниста. Я встречал ученого, который, наоборот, пытался законспектировать любое движение Города. – Я вспомнил этого забавного старика. Жаль что он так нелепо погиб…
–Изучить Город… Знаешь, я встречал многих, кто пытался его изучить... И Марк из их числа. Я знаю, он многое рассказывал мне про Игру, только не особо верится, что может быть какой–то другой мир...
______Я решил расспросить Джеффа о том, куда направился Марк:
–Хм... интересно, куда он ушел? может, снова изучать?
–Возможно, хотя, обычно он не строит из своих изучений каких-нибудь тайн, как в этот раз. У меня такое чувство, что он открыл что–то из ряда вон выходящее, только скрывает это.
–Возможно, когда то эти исследования тоже окажутся в вашей Библиотеке и Марк…
______Неожиданная тишина заставила меня замолчать тоже. У меня появилось неприятное ощущение какой–то наготы – не было музыки. Я достал плеер.
–Смотри! – Мой удивленный возглас отразился от стен туннеля.
–Потише, что там случи… – Джефф тоже зачарованно уставился на плеер.
______Выцарапанные иероглифы вновь пришли в движение. Полосы на металле словно пытались вырваться с плоскости корпуса и перейти в третье измерение. Некоторым царапинам это удавалось. Через минуту все линии уже летали вокруг плеера, напоминая короткие шерстинки. Затем, одновременно, все царапины прильнули к плееру. Тонкие линии образовали слова «Закрытая зона, бред №5». Буквы светились холодным, синим светом.
–И что это? Какая еще Закрытая зона? Хм, подожди-ка... – эта странная фраза удивила сатаниста не меньше способа ее появления.
–Что за чушь? Закрытая зона? Это про библиотеку? – Я был слегка шокирован. – Подожди, меня вообще туда пустят? Я же не сатанист.
–В общем, структура библиотеки не так проста… – Джефф задумался. – Не все зоны доступны для рядовых глаз... Кое-куда не пустят даже меня.
–Что же, надеюсь, информация по рунам находится в общем доступе.
–Так, ну если с запретной зоной все понятно, то что такое бред №5?
–Не знаю. Какое–то странное словосочетание. – Ответил я – Обычно бреду не присваивают порядковый номер...
–Кстати, ты спрашивал, пустят ли нас, для начала нужно хотя бы найти эту зону, она явно не у всех на виду. Я там ни разу не был.
–Ты думаешь, что это прямое указание? – Поинтересовался я.– Что–то я не особо доверяю подарку этого монстра.
–Ты прав. Опять же загадка. С чего мы взяли, что эта надпись точно указывает, куда идти? В общем, я думаю, на месте разберемся. – Ответил Джефф.
–По крайней мере, эту фразу нужно запомнить. Возможно, с нами хотят поиграть... – Я снова замолчал. Сегодня это стало традицией – недоговаривать фразы. Я не привык к шумам аномалии и снова обернулся на звук. Позади нас медленно сгущались два силуэта. Вскоре я различил старика, который что–то тихо говорил второму человеку и держал его за руку. Еще через секунду второй силуэт полностью проявился и я с удивлением узнал Никс. Старик растворился в воздухе прежде, чем мы добежали до моей «подопечной». Джефф с сожалением спрятал нож:
–Ты это видел?
–Да... – Ответил я,– Никс, кто это? Что вообще происходит? Джефф, мы даже и не заметили, что она исчезла!
Девушка подняла глаза. В них читалась растерянность:
– Ничего страшного не произошло. Наверное... Я шла за вами, а потом… потом оказалась на поверхности в какой-то квартире…– и она рассказала нам все, что с ней произошло. Про странную комнату, странных людей…

–Хм... там была и эта тварь? – На всякий случай я решил осмотреть ее, осторожность никогда не помешает. В Городе много существ, обожающих человеческую кровь. – Они сказали точно, когда произойдет нападение?
–Старик сказал, что через пару дней на Шпиле будет жарко... – Никс отбросила мои руки– Да все со мной в порядке! Они мне ничего не сделали!
–Что значит жарко? Вторжение? Раньше мне казалось, что Шпиль непреступен. Надеюсь, что информация ложная... Хотя, не думаю, что столь необычные люди будут шутить.– Сатанист нахмурился.
–Какой смысл им обманывать нас? – Возразила Никс,– Лучше подготовится к атаке.
–Они могут не обманывать, а не договаривать. Никс, что, по-твоему, значит фраза "Закрытая зона, бред №5"? Это ведь наверняка послание от них...– Я показал плеер девушке. Фраза уже исчезла, но руны продолжали светиться.
______Никс начала говорить что–то, но, видимо, не нашла аргументов и замолчала. Зато Джефф нашел что сказать:
–Так, я думаю, с этим нам нужно разобраться чуть позже, а сейчас лучше поторопиться. Нужно успеть в библиотеку, а потом бегом на Шпиль, ведь мы оставили там мелкую... И если через пару дней действительно будет жарко, то нужно предупредить всех на станции, пока не поздно.
–Если эти пятеро не организуют нападение сами, его попросту не должно быть. Твари не смогут пробраться сквозь аномалию и попасть в нужное место.– Эта мысль показалась мне стоящей.
–Да, ты прав, бывали редкие случаи, когда какая-нибудь затерявшаяся в искажении тварь объявлялась на Шпиле, но одна тварь – не помеха.– Сказал Джефф – Получается, что эти пятеро устроят вторжение... Хм... Забавно то, что они предупреждают об этом нас. Зачем? А руны на плеере, тоже предупреждение... Странно.
–Скоро библиотека? Может, там есть и об этих ...мм... людях?– Спросила Никс.
–Да, мы уже скоро подойдем.– Сатанист – Выход на станцию примерно через двести–триста метров. …Хм… Может цифра пять, неспроста? Возможно Бред номер 5 – это как раз про этих пятерых...
–Возможно... думаю, мы выясним это через пару дней... Вообще, странное ощущение. У них есть какая–то определенная цель. И мы как то связаны с ее достижением. Это мне не нравится.– Перспектива быть куклой в чьих–то руках меня не радовала.
______Вдруг Никс сорвалась на крик: – Может, они хотят помочь? Они были способны меня уничтожить, но в место этого помогли. Почему вы с таким недоверием относитесь ко всему окружающему?
– Да потому, что в Городе опасно абсолютно все. И, тем более, такие подозрительные личности. У меня ощущение, что мы являемся фигурами в их Игре.– Джефф решил сразу расставить точки над i. Я поддержал его:
–Никс, то, что они помогли тебе, еще ничего не значит. Ты слишком мало времени провела в Городе, чтобы судить об истинной опасности вещей.
–Мы скоро узнаем все. Тогда и выяснится, добра они нам желали или нет.– Обиженно сказала Никс.
______Я не удержался и хмыкнул. Десять лет в игре изменили меня не в лучшую сторону. Вскоре стало светлеть. Похоже, за поворотом была станция Библиотеки. Джефф погрузился в раздумья, а затем сказал:
–Знаешь, Энер, есть мысль одна. Это касается Бреда. В библиотеке у меня есть один хороший знакомый, возможно, он сможет помочь нам попасть в ее запретные зоны.
–Это радует. Хотя, они будут долго прикалываться над фразой–" Нам бред номер 5, пожалуйста"– Все таки, наивность Никс подняла мне настроение…
______Мы свернули, и, на секунду, яркий свет ослепил нас. Когда мы поднялись с путей на саму станцию, я пораженно осмотрелся. Вход на станцию, тот самый перегон, по которому мы шли, охранялся несколькими сатанистами, в бетонный пол были намертво вкручены два спаренных пулемета. Как выяснилось, защититься от некоторых тварей можно только с таким размахом. Сама станция была лишь входом в библиотеку, однако я был изумлен ее видом. Высоченные расписные потолки, статуи, яркий электрический свет (я даже спросил у Джеффа, откуда у них столько энергии, он ответил, что провода просто уходят в бетон. Похоже, это не было шуткой.).
______Остальные пути на станцию были взорваны. Но и у них стояли несколько сатанистов с автоматами – недостатка в оружии у Шпиля не было. Посреди станции уходила вверх огромная лестница. На большом металлическом щите, до блеска начищенном, висевшем над аркой в конце лестницы, было выгравировано: «Magna Librorum Copia»*. Библиотека, многоуровневый комплекс из нескольких станций поражал своим величием.
______Большинство окружающих приветствовало Джеффа, на нас с Никс, напротив, никто не обращал внимания. Вскоре ему надоело бродить и искать своего знакомого самому. Он подошел к одному из сатанистов:
– Здравствуй приятель, мы вот тут с друзьями в библиотеку пришли одного знакомого навестить–Джефф незаметно подмигнул нам с Никс.
– Привет и вам, а кого именно вы ищете?– Ответил парень.
– Не подскажешь, Александр сейчас в библиотеке, может ты его видел?
– Да, вроде с утра был там. Сегодня он какой–то странный, правда... Ну, в общем, увидите сами.– Ответил сатанист.
Джефф немного удивился, пожал руку сатанисту и, поблагодарив, пошел вглубь станции, жестом приглашая нас следовать за ним. Неожиданно Джефф остановился как вкопанный, словно резко что–то вспомнив:
– Так, Энер, мне сейчас нужно ненадолго покинуть вас, вход в библиотеку сами видите, как зайдете, спросите любого, где можно найти Александра. Скажите ему, что вы от меня, он в силу своего характера может немного поломаться, но все равно поможет.
–Ладно. Разберемся. Где и когда встретимся потом?
– У входа в библиотеку, где-нибудь через час, вам хватит столько времени?– Спросил Джефф.
–Думаю, хватит.– Ответил я,– Если этот Александр не начнет упираться. Впрочем, твое имя вроде не мало значит здесь...
______Никс потянула меня в библиотеку. Любопытная девушка…
–Ну, мы пойдем?
Джефф махнул на прощанье и растворился в толпе.

*Большая Библиотека.​
 

Zara

Ословед
Мы зашли в маленькое полуподвальное помещение.
-Что это? Ваше убежище?
-Что? А, нет. Это мой дом. Отдельный. Ну, если можно так назвать каморку охранника в подземке. – Невесело усмехнулся сатанист. Он сразу прошел куда-то за шкаф и начал там греметь чем-то жестяным. Мы с обморочным Дон Кихотом, который остался лежать у дверей, молчали. Он молчал, потому что сильно стукнулся головой, а я молчала, потому что у меня отвисла челюсть – его дом больше походил на склад или музей, только без разбитых витрин. В тесной каморке каким-то чудом умещались высоченные и широченные стеллажи – не иначе искривление – на которых каждая полка была забита разными… чем только не была забита. Фляги, часы, которые стояли, книги, кастрюли, элементы гардероба. Я рассматривала это все, но когда я потянулась к странной штуке, похожей на смятую проволоку, сатанист мгновенно оказался у меня за спиной.
-Не трогай! – Он так вскрикнул, что я подскочила. Урусула оскалила зубы. – Это вечный двигатель. Очень хрупкий, так что не трогай. Ничего тут.
-Как скажешь. – Я отошла, косясь на сатаниста. Он протянул мне тарелку, где был поломан хлеб, а сверху были толстые ломти сыра. Я затолкала сразу охапку еды себе в рот, так, что сложно было дышать, а другой рукой кинула Урсе хлеб – без сыра перебьется. Дон Кихот слабо застонал и очень вовремя открыл свои щенячьи глазки.
-О-о… мой Бог, я был ранен коварным недругом!
-Стеной ты был ранен. – Прозвучало это примерно «Впео ы ы вае» Да, быть саркастичной и сытой – это не для меня. Придется выбирать что-то одно, и я знаю, что я выберу.
Сделав мощное глотательное движение, я уже собралась повторить, но Дон Кихот уже поднялся, пошатываясь, и кинулся ко мне.
-Еда! – Я остолбенела, но сатанист перехватил его на полпути, отпихнув на диван.
-А ты сиди и молчи, псих несчастный. Тебя я кормить не буду, все равно ты хочешь умереть.
-Ага, умри от голода, тут уж точно твердая башка не спасет. – Добавила я, опасаясь за свои бутерброды.
Урса боднула меня в ногу (я отлетела в другую сторону комнаты, так она боднула) требуя еще жрачки. Я кинула ей еще хлеба, снова прогуливаясь вдоль стеллажей.
-Зачем тебе все это?
-О, это моя коллекция. Ради каждой из этих вещей… ну, почти ради каждой… я рисковал жизнью.
-О.
-Вот это – последнее мое приобретение. – Он любовно погладил корешок книги.
Сразу ясно, тоже тронулся.
-Ну и зачем?
-Ты не понимаешь. Ты еще ребенок. Все это – история города. Когда все закончится, когда этот эксперимент над нами закончится, все это попадет в музеи. А я стану человеком, который сохранил все это.
-Носок? Шляпа? Лезвие для бритья? Это что, в музей?.. – Я покачала головой.
-Ты не понимаешь… - грустно повторил он. – Да не только ты… никто не понимает. Они хотят использовать вещи сейчас. Но я не даю. Моя коллекция - это больше, чем просто вещи. Это история.
-Так, я сейчас угадаю. Ты был историком, да? В прошлой жизни? Прежде чем угодил в город?
Он посмотрел на меня с улыбкой.
-Я был писателем, девочка. Писателем, мужем. Может быть, отцом.
-Тогда почему ты попал сюда?
-Разве люди выбирают, кому сюда попадать, а кому нет?
-Я думала, вы, сатанисты, считаете, что это – вроде ада?
-Что? Нет. Некоторые – да, но другие… Это не наказание. Это глобальный эксперимент. Кто-то посадил нас сюда, как лабораторных мышей. – Урса широко улыбнулась. Кстати, зубы ей надо почистить потом. А то что-то желтые. – Над нами ставят опыты. Ждут, когда человечность мы отбросим, как ненужное. Изучают, как мы будем действовать в таком мире. Кто-то там, сверху, смотрит со своими скучающими рожами, записывает результаты, убирает ненужных ему людей.
-Мм… - С сомнением сказала я. Пустую тарелку с крошками поставила на стол.
-Да. Ты не понимаешь. – Опять завел свою волынку сатанист. – А вот Джефф понимал. В последнюю нашу выходку мы попали в передрягу… - Он улыбнулся, как будто это было какой-то историей о чем-то приятном, а не об нападении хищников или еще какой-то гадости. – Все ради этой красавицы. – Он показал мне похожий на скальп парик. Цвета старой пыли.
-Да-а, красавица. – Искусственно улыбнулась я. – Просто прелесть. А можно еще сыра? Или хлеба? Или поспать?
-Нам надо было уходить, когда я заметил ее. – Прогинорировал меня он. – Я бросился за ней, и Джеффу пришлось пойти за мной. Там оказалось оч-чень опасно. – С большим удовольствием добавил он. – Мне сломали пару костей, а потом случилась пыльная буря. Я еле вышел, думал, Джефф полег там.
-Наверно, сбежал от такого придурка, как ты. – Тихо сказала я себе под нос.
-А?
-Нет-нет, ничего.
-Возможно ль, сударь, получить от вас хотя бы кусочек хлеба? Судьба-злодейка приготовила мне много испытаний, и силы надо мне набраться на пути моем. – Подал голос псих номер один.
Псих номер два вздохнул, подумал и пошел за хлебом.
Мы с Урсой переглянулись.
-Я думала, ты хочешь умереть? – Спросила я, незаметно умыкая лезвие.
-Для этого мне надо много сил. – Печально ответил мне Дон Кихот. Я, кстати, его так называла, не зная, как его зовут. Спрашивать не считала нужным.
За дверью послышался шум. Он нарастал, и я услышала крики, причем такие, какие издают примерно перед смертью.
-Что происходит? – Вскочил Дон Кихот. Я была умнее и сразу залезла под кровать.
Псих залез вместе со мной, вдруг оказавшись очень благоразумным.
-Если это твари, - прошептала я ему, - ты их отвлечешь, а я стукну сзади.
-Для вас я подставлю свою грудь любой шпаге, милая девочка.
-Супер.
Рядом с нами оказалась Урса. В этой странной компании в этом странном месте, полном кстати, грязи, мы лежали и смотрели, как люди заполняют сторожку. Из-за шкафа вышел наш сатанист, и как-то сразу упал. По полу потекла кровь.
-Берите все, что вам может пригодиться. Мы сюда еще зайдем. Сейчас я хочу, чтобы каждый из вас убил любого, кто не с нами. Все, кто за старого лидера, должны быть уничтожены. В плен никого не берем. – Голос я узнала, это был тот большой дядька, с которым я разговаривала раньше на перроне. Он мне сразу показался очень агрессивным, а теперь, похоже, решил захватить власть. Ну, вряд ли он решил захватить ее с бухты барахты, скорее, давно уже решил, но мне повезло, что как раз сегодня на перроне грянет переворот.
-Если найдем гостей? – Спросил еще кто-то.
-Ты про девчонку? Делай с ней что хочешь. Кстати, и если вернется Джефф, его придется устранить. Он вряд ли поддержит идею смены власти, а? – Засмеялся большой дядя. – Дружить со старым лидером иногда бывает очень невыгодно.
-Эй, Джефф нормальный парень. Если мы с ним поговорим, он не будет против тебя, Хед.
-Мне решать, кто будет, а кто нет! – Заорал Хед так, что мы все втроем вздоргнули.
Кровь убитого уже почти дотекла до нас, и сейчас я боялась, что Урса вылезет и начнет жрать труп в самый неподходящий момент.
-О моя принцесса, я ща чихну. – Шепотом сказал мне Дон Кихот, изо всех сил зажимая нос.
-Не вздумай, рыцарь. – Ответила я ему шепотом. – Сие решает нашу жизнь!
Не знаю, моя речь или страх, но он продержался еще пару секунд, пока они хватали разные вещи с полок. Когда все вышли, мы вылезли.
-Что будем делать? – Спросила я, соображая. Я раздобыла на полке рюкзак и сложила туда некоторые штуки, которые, мне показалось, мне пригодяться. – Отсюда есть черный ход?
-Я найду! – Вызвался Дон Кихот.
Урса была занята сатанистом.
Мне было немного стыдно, но все равно вряд ли эти вещи попадут в музей. Я покосилась на сатаниста. За шкафом оказалась кухня, то есть, просто стол и некоторые продукты, тарелки, чашки, даже чайник был. И там я нашла другую дверь.
-Урса, за мной. Ты тоже можешь, психопат. Джеффу и ЭнЭру не нужно сюда возвращаться. Значит, мы должны найти их до завтрешнего утра.
Я вышла в ту дверь, и меня никто не заметил - дверь выходила на рельсы, а вдали виднелись эскалаторы. Мы побежали по ним вверх, к свету. Это было бы даже символично, и красиво, если бы морда Урсы не была перепачкана в крови, а Дон Кихот не напялил бы на себя этот идиотский парик.
 

    Rock4ever

    очки: 18
    Заричка, да ты просто умница! Вместе собрались и юмор и опасность и атмосфера, а главное - все очень гармонично и нет ничего лишнего. Ты просто супер.

Stich

Ословед
- ГОСПОДИ, БОЖЕ МОЙ!!!!!
____ Крик разрезал, стоявшую вокруг тишину, так, что, казалось, металл зазвенел. Я был весь в поту. Ртом я пытался ловить воздух, чтобы продышаться, как следует. Еще минут пять я сидел на полу, смотря как ошалелый вокруг, пытаясь понять, что происходит, и где я нахожусь. В конце концов, я пришел в себя, нашел в себе силы встать и оглядеться. Сердце все еще колотилось так, будто сейчас взорвется. Но я уже осознал, что происходит и немного успокоился. Я был в безопасности, в том же магазинчике, где началась чертовщина…
____ Я убедился, что здесь кроме меня никого нет, а то достали уже всякие подкрадываться сзади. Так и инфаркт схватить недолго. Ноги просто вопили от неожиданно сковавшей их боли, я облокотился на прилавок, чтобы не рухнуть на пол, и стал вспоминать, все, что мне только что приснилось. Ну улице было уже довольно темно и мрачно, но сейчас это не имело для меня значения. Сон напомнил мне многое, о чем бы я предпочел не вспоминать. На душе было паршиво и настроение быстро падало. Голова кружилась, идти куда-то мне вовсе не хотелось, я готов был стоять так вечно. Черт бы побрал Алана и его этот прОклятый магазинчик.
____ Ноги быстро затекли, поэтому пришлось сесть. О себе напомнил ничего не евший уже несколько дней желудок. Понятно теперь, почему я так часто падаю в обморок как впечатлительная девчонка какая-нибудь. Но во время всех этих погонь и переделок мне некогда даже думать было о еде. А теперь я понял, что если сейчас не поем, то, наверное, умру прямо здесь в чертовом магазине. Голова все еще кружилась, правда уже не так сильно. По идее нужно было срочно вставать и идти на поиски пропитания, но в голову лезли всякие бредовые мысли и я никак не мог сосредоточиться на своей цели.
____ Тут мой взгляд упал на ненавистную коричневую коробку, в который должна была быть еда, как было сказано в записке. И только спустя мгновение до меня дошло, что она стоит закрытая и покрыта приличным слоем пыли, хотя я точно помню, что до помутнения разума она была открыта, и пуста, как мой желудок сейчас. Немного опасаясь, того что будет внутри, но все же с кое-какой надеждой, я снял крышку. На мое удивления коробка оказалась не пустой, но внутри не было ничего страшного, даже наоборот, кое-что приятное. Первое, что мне бросилось в глаза - это консервная банка с паштетом и полбуханки хлеба. Вот это да! Вот тебе и заначка Алана! В душе поблагодарив этого неизвестного и всех возможных богов, я вскочил на ноги и осмотрел помещение на наличие полезных предметов, которыми бы можно было открыть паштет. Вся боль и недомогание резко пропали, а в глазах прояснилось. Оказалось, что все стены были увешаны либо пустыми ножнами, либо папье-маше. Я уж было отчаялся, но напоследок решил заглянуть в маленькую дверцу, которая была за прилавком и вела, судя по всему, в кладовую или что-то навроде этого. Голова скользнула в щель: м-м-да…куча барахла и да и толь… Ооо! А вот это выглядит интересно. Мой взгляд упал на пару саев, которые, торчали ручками с верхней полки кладовой и при ближайшем рассмотрении, оказались вполне себе настоящими. Наверное, личное оружие защиты хозяина магазина. Я взял один в руку и попробовал пальцем на остроту. Н-да, не бритва конечно, но сойдет. Кинувшись к банке, я начал открывать ее с какой-то долей одержимости, настолько хотелось есть. Повозившись с добычей минут 5 и проклянув в душе тех, кто придумал консервировать паштет, я все-таки добрался до содержимого и с жадностью начал намазывать его на хлеб и есть. Конечно, все это было далеко не первого сорта и свежести, хлеб был довольно старый, и, кажется, отдавал уже плесенью, ну а паштет… он и в Африке паштет, что с ним сделается? Тем не менее, в этот момент такая еда, казалось мне пищей богов, это был просто праздник живота. Пока я ел, разум окончательно просветлел, голова перестала кружиться, я стал нормально воспринимать мир, усталость понемногу спадала.
____ И только сейчас, я вспомнил, что в коробке было что-то еще. Пододвинув ее к себе, я заглянул внутрь и чуть было не выронил свой «бутерброд». В глубине бокса лежал красный кусок ткани до боли напоминавший, что то знакомое. Я вытащил его, это был пояс. Пояс Слая. Я узнал бы его из тысячи таких же. Выцветший, мятый, примерно, с два метра длиной. И как подтверждение моему предположению на конце пояса я нашел написанное корявыми буквами имя: «Слай», которые я сам когда-то написал в детстве, чтобы мой друг всегда мог опознать его. Он был неразлучен с этим поясом, оставшимся у него после смерти родителей, и почти никогда не снимал его. Отец Слая, кажется, занимался восточными единоборствами, и начал обучать им своего сына, но не многое он успел поведать своему ребенку перед смертью… Единственным воспоминанием о тех днях для моего друга был этот пояс. Но что эта вещь делает здесь? В этом забытом Богом городе? На дне коробки оказался небольшой клочок бумаги. Не без страха я достал его, это была поздравительная открытка, причем совсем новая. Но вид ее вселял ужас: такая вещь и в таком городе…лучше бы ее тут не было. «С Днем Рождения» гласила надпись на обложке. Интересно кому это адресовано? В голову уже начали закрадываться нехорошие опасения, и мне бы очень хотелось, чтобы они не подтвердились…Но по закону подлости моего мнения никто не спросил, город ставил свои правила. Все правильно, ровно год назад я попал сюда. Тогда и был мой семнадцатый день рождения… Внутри открытки лежала фотография, на которой был изображен никто иной, как мой друг. И снова…снова эта мертвецкая улыбка… как будто сам дьявол улыбается в обличие Слая… От мыслей, полезших в голову, мне стало мрачновато. Что все, черт побери, это значит? На фотографии мой друг был одет повседневно, штаны, майка, перчатки… но не было пояса, с которым он никогда не расстается. Это уже не казалось странным, учитывая то, что я обнаружил в коробке. Кроме Слая на снимке не было никого, но сзади отчетливо виднелись огромные заводские трубы и дым… Фото выглядело неестественно, как будто изображение моего друга смонтировали на фотографию завода, стараясь подчеркнуть, что не он здесь главная деталь, а напротив – здание. Что ж, идти все равно было больше некуда, а туда меня зовет, очевидно, сам город, поэтому мною было решено направиться на завод и узнать, что к чему.
____ Задерживаться в магазине я больше не имел никакого желания, поэтому быстренько добил паштет с хлебом. Теперь еще пару дней проживу, наверное, правда, мне адски захотелось пить, но это уже не имело сейчас для меня особого значения: уже осточертело здесь находиться. Вытерев сай от паштета о какую-то тряпку, которая валялась рядом, я встал с пола, обвязал пояс вокруг себя, убедился, что в коробке больше ничего нет, скрутил фотографию и положил ее в карман, заткнул один сай за пояс, так, чтобы держался покрепче, а второй взял в руку и, окинув прощальным взглядом злосчастное помещение, покинул магазин.
____ На улице я надеялся вдохнуть свежего воздуха, но не тут то было. Понятие «свежий» не применимо для этого города, который, кажется, разлагается с каждым днем все больше. Так что вдохнул я лишь прогнивший запах этого места. На улице было темно и до неприятного тихо. Но за, почти, год я уже привык к тому, что здесь вместо стрекотания кузнечиков ночью слышится только рычание разных тварей да всякие посторонние шумы, типа стука о металлические предметы. Я оглянулся и понял, что стою не по ту сторону улицы, с которой входил: теперь магазин находился, как и было сказано в записке, справа. Но сейчас мне не хотелось об этом думать, я все вспоминал прошлое, которое так некстати напомнило о себе. Что ж, пункт назначения есть, этот завод я видел и не раз, так что найти его,надеюсь, не составит особого труда. Средство передвижения в порядке (для уверенности я посомтрел на свои ноги. В порядке... Пока, по карней мере...), дорога открыта, нужно отправляться. В голове снова крутились слова из любимой песенки: «Пути все открыты, ступай наугад…». Все сильнее сжимая рукоять сая, я пошел по улице прямо в черноту, окутавшую все вокруг, и растворился в ней, оставив за собой лишь одинокий раскачивающийся фонарь, выхватывающий кусок пространства перед магазином, гробовую тишину и пустоту…
a_71027.jpg

 

Zara

Ословед
Когда мы выходили из метро, я бросила последний взгляд вниз, к подножию эскалатора. Там, внизу, в темноте, как в подземелье, полном копошащихся червей, ожидающих крючка рыбака, бледнели лица сатанистов. Весть о смене власти еще не облетела перрон, не было бучи, крови, криков. Все было тихо и мирно. Скорее всего, они зашли к сатанисту-коллекционеру, чтобы собрать побольше оружия - там ведь были и ножи, и мечи. Мне хотелось крикнуть им сверху: Эй, люди, сейчас начнется революция! Но это их дело, и пусть они хоть все перебьют друг друга, мне от этого не горячо ни холодно.
Это была правда. Мне было все равно, сколько человек умрет через несколько минут. Но почему-то мне было не все равно, умрут ли ЭнЭр, Джефф, и почти не все равно, умрет ли эта девушка, которая с ЭнЭром. Я знала их совсем немного, и не могла привязаться к ним. Тогда что меня заставляет идти, торопясь, искать их? Не предчувствие ли? Может, они необходимы мне, чтобы выжить в этом городе. Может, они просто подходящая компания. Если можно так сказать про Сатаниста, и про тихого мужчину не с этого света, вечно в своих наушниках. Теперь с ними еще и Новенькая, а со мной Псих Ненормальный. Отличная собралась команда идиотов.
Только мы с Урсой в этой команде хранили останки разума, и я не собиралась их терять.
Дон Кихот уверил меня, что проведет меня "На библиотеку, к вратам рая либо на край света - всюду, куда позовет меня рассвет." Причем здесь был рассвет, и знал ли он, в какой стороне находится библиотека, я не знала, но ничего лучше предложить не сумела.
Мы шли недолго, но почему-то стало смеркаться. Я помнила, что когда мы вышли из метро, солнце стояло в зените, а сейчас, через двадцать минут или сколько там, резко стемнело, выкатилась луна, уродливая, как мышиная какашка. Урсула тяжело дышала, я тоже устала и хотела спать - я ведь вторые сутки была на ногах.
-Молодцы, Джефф и Марк. Пообещали ночлег, блин. Спасибо, уроды. - Злилась я. Хоть накормили, и потырила я нормально - рюкзак за спиной, потом покажу им добычу, они все обзавидуются.
Дон Кихот все уверял, что вот, за поворотом, баня, а рядом библиотека. Я все больше и больше уверялась, что мы идем вообще непонятно куда, но только не в нужном направлении.
Когда идти уже не было сил, я свалилась прямо на асфальт - как ни погано была устроена моя жизнь, но мне прям ужасно везло - за всю жизнь в городе я встретила всяких чудищ раз восемь, а сражалась с ними вообще от силы четыре раза. На улицах было пусто, здесь везде были дома, а вдали горели огоньки бомжей - всех, кто не смог найти себе убежище на ночь, и разводил костры где-нибудь в тенистом месте. Мы уселись, оперевшись о стену огроменного дома, и стало совсем темно. Дон Кихот, пробормотав что-то вроде: "С утра, как только силы мне позволят, я покажу вам путь героя, лихой, безудержный, влечимый судьбой..." и браво захрапел, нахрапывая вроде гимн италии.
Я погладила Урсу, она урчала, почти как кошка, потом положила на меня свой тяжеленный хвост (она с каждым днем еще растет и растет... скоро я смогу ездить на ней как на лошади) и начала вычесывать из шерсти засхошую кровь и прочую фигню.
Я хотела покопаться в сумке, но так и не успела этого сделать - уснула.



...Вы знаете, как пахнет мертвый человек? Он пахнет по особому, не так, как живой. И я говорю не о фекалиях, которые из него вытекают после смерти. Свежевымытый, свежевыжатый труп, чистый, и пустой, как яйцо киндер-сюрприз без сюрприза, он пахнет совсем не как живой человек. У них, у трупов, свой особый запах, и он пугает.
Теперь и от меня пахнет так. Я все думаю, когда я умру, и все живу. Когда я очнулась, на первый день, то есть не совсем очнулась - когда очнулся только мой разум, а за меня попрежнему дышали, ходили в туалет и питались машины, я лежала и слушала разговоры. Слушала, как они обсуждают погоду, деньги, президента. Дочерей, сыновей, кошек. Люди, вокруг, они пахли по-другому.
Я лежала и думала - почему? Почему я здесь, ведь я мертва? Но я думаю... значит... существую? Глупость. Я не существую. Я бы почувствовала.
И все-таки. Мое тело умерло, и моя душа. Ее не было. Я не чувствовала. Не могла грустить. Надеятся. Мне не было больно. Страшно. Смешно. Вовсе мне не было жалко себя.
Все-таки. Вот оно, наказание. Мне наказание за то, что я сделала. Как я сделала...
Всего один раз показать на человека пальцем. Если бы можно было вернуть время назад... что? Все было бы по-другому? Была бы я жива сейчас?
А может, моя душа умерла не сейчас, а раньше? Тогда...? И только сейчас я это заметила? Я все это долго, нудно обдумывала. Потому что больше мне ничего не оставалось. Только думать. Слушать чужие разговоры. И снова думать.

... Я проснулась, когда уже было светло. Сразу поняла, что сегодня день будет холодный. Дон Кихот спал, открыв рот, изо рта у него текла струйка слюны. Я даже подумала было, что он умер. Но Урса его не ела, значит, он жив.
Я села, и мне даже не было больно -так привыкла спать не в постели. А ведь еще неделю назад у меня была мама, я жила дома, и даже ела из холодильника, чистила зубы, сменяла одежду.
Как быстро все меняется... Я думала об этом, пока высматривала Урсу. Потом я увидела кое-что, что заставило меня вздрогнуть.
А ведь не так много вещей могут заставить меня вздрогнуть.
Это была здоровая зловонная ворона. Точнее, ворон. Я поняла, что это мужчина, так как некоторые органы у него были... человеческими. Например... гхм.... зубы.
Большие, блестящие, как у негра, белые, только в одном дырка. Хотела бы я такие зубы, подумала я, все еще в шоке. Это была непроизвольная мысль. Потом я заметила Урсу. Ее ведь сложно не заметить. Она тоже оценила зубы и...гхм... ворона. Ужас, но Урса, установив положение сидя, своей гигантской тушей, застенчиво закрывала лапами нос, кокетливо помахивая хвостом (и снося им все попадающиеся на пути кусты, высаженные у домов) Она чуть ли не хихикала, а Ворон, смотря на нее то одним глазом, то другим, нахально улыбался своими белыми зубами.
 

Stich

Ословед
______Одиночество. Хорошее или плохое чувство? Наверное, хорошее. Один невидим, неуловим, неузнаваем. Один бессмертен, потому что смерть не знает, где искать его. Один ни с кем не связан и ни за кого не несет ответственности, он свободен и ничто не держит его на месте. Одному хорошо…но не после того, как ты успел привязаться к кому-то так сильно, что когда его у тебя отняли, то как будто оторвали кусок. Когда есть на свете кто-то кому ты готов отдать жизнь, если он попросит, то ты уже никогда не будешь одиноким, даже если этот человек однажды исчезнет из твоей жизни навсегда. Ты начинаешь чувствовать себя неполным, незаконченным, из тебя как будто откачали половину души. Этот человек будет мерещиться тебе в каждом прохожем, его отражение будет в каждом зеркале, в каждой луже, в конце концов, ты будешь узнавать его в себе. И как бы ты ни старался, как бы ты не хотел, ты все равно не сможешь забыть, выкинуть его из головы. Ты продолжаешь искать его, несмотря на то, что совершенно не знаешь, куда идти дальше, что делать, где искать. Ты просто не успокоишься, пока его не будет рядом. И это даже не зависит от твоего желания, это все где то на подсознательном уровне. Вы будете оставаться одним целым до кона жизни, потому что она у вас общая. И пока ты не найдешь этого человека, то не сможешь даже дышать полной грудью. Тебя не остановить, ты продолжишь путь ценой своей жизни, потому что этот человек – это все что у тебя есть, без него ты никто, без него нет тебя. И ты идешь по пустынным улицам, по лужам, вымокший до нитки, в грязной одежде, с пустым желудком, с отвратным настроением и потусторонним взглядом в поисках самого дорогого тебе на свете человека. Вокруг что-то происходит, но это тебя совсем не волнует, тебе плевать на других сейчас, пусть хоть поубивают друг друга. Тебе вовсе не стыдно, тебя не терзает совесть, ты уже не связан с этим миром. Люди что-то говорят тебе, но их слова не имеют для тебя значения, все законы больше не действуют на тебя. Ты просто выпадаешь из системы, ты невидим, тобой движет одна лишь цель: найти того, кто дорог тебе, найти часть себя. И тебе уже все равно куда идти, все равно, что с тобой будет, пока ты не отыщешь его…
***
______Я шел по темной улице аккуратно, стараясь не шуметь, чтобы не привлечь ночных обитателей Города. Прошло уже несколько часов, но я задумался и поэтому все время шел прямо, никуда не сворачивая. Что удивительно: на пути мне не встретилась ни одна тварь. Неужели город решил оставить меня в покое на какое-то время? Кеды бесшумно ступали по асфальту. Я посмотрел на них: ярко-синяя эмблема в стиле горящего пламени изображала букву ”W”. Удивительно, но за столько времени, проведенного здесь, обувь совсем не износилась. Это казалось немного странным, но не могло не радовать. Слай оказался прав, кеды действительно были просто незаменимы в нашем деле, до сих пор нарадоваться не могу тому, какие они легкие и удобные. Кстати, одежда тоже совсем не пачкалась…точнее она конечно маралась, но потом, как я ни вглядывался, я не находил на ней ни пятнышка. Поэтому со стороны я, кажется, всегда выглядел опрятно и аккуратно.
______Ночь давила на плечи, на улице почти не было фонарей, а те, что были так и вовсе не горели. Голову наполняли темные, как все вокруг, мысли: о прошлом, о Слае, обо всем, что было. Что будет – меня совсем не беспокоило: какая теперь разница?.. Слая больше нет со мной, а кроме него у меня все равно больше никого не было в этой (а может уже прошлой?) жизни. Не все ли равно, что будет со мной, если меня самого уже нет?..
Неожиданно бесконечный поток одинаковых домов закончился, чего я не мог не заметить. Этот факт быстро вернул меня к «жизни», и я опомнился. Оказалось, что я вышел на холмистую открытую местность. Вдали виднелся тот самый завод с фото и там, кажется, горел свет. Удивительно, как быстро я до него добрался. Может потому что задумался? Я оглянулся назад, за спиной был только черный тоннель, причем настолько непроглядный, что даже удивительно, как я мог там что-то видеть. Неужели я все это время шел прямо? Даже в голове как-то не укладывалось. Но факт на лицо: завод передо мной, если только это не иллюзия какая-нибудь. В любом случае «пока не попробуешь - не узнаешь», так говорил Слай. Я решил спускаться к входу, путь был приличный и я опять с головой ушел в раздумья.
______Раз есть свет, значит должны быть люди… Да хотя какая разница?.. Ну и что, что люди? Какая от них польза? Что они могут знать? Что ТЫ пытаешься там найти? Кого ищешь? За кем следуешь? За тенью? Ты ведь знаешь, что ЕГО тебе не найти! Так зачем ты слепо следуешь прихотям судьбы? Да, ведь, потому что тебе все равно больше некуда идти… Даа, и то правда. У тебя нет выбора, теперь ты заложник собственных страхов и иллюзий. Ты больше не можешь выбирать, тебе приходится только играть в чью-то игру, по его же несправедливым правилам. Чувствуешь себя куклой, марионеткой, которую за невидимые нити тянет злодейка-судьба…да что за глупости? Я не верю в судьбу…ну да как же, тут не поверишь. Хочешь сказать, ты сам себя загнал в эту ловушку? А что если так и есть?.. Сам виноват… В конце концов, наверное, каждый получает по заслугам. Но что же такого я сделал, чтобы меня так наказывать?.. Я лишь любил одного человека на этом свете, а все, чего хотел – это чтобы он всегда был рядом. Неужели я так много просил?..Какая теперь разница…
- Я бы не рекомендовал тебе идти туда, любезный…
______Чт..??! КТО?! От блин!! Ффухх… вот это напугал... Я едва не упал от неожиданности. Сердце чуть было не выскочило и не убежало в неизвестном направлении. Я так увлекся, что не заметил человека, сидевшего на капоте чего-то, что раньше, по-видимому, было машиной. Вообще говоря, вокруг завода было что-то навроде кладбища автомобилей. Мужчина сидел так, что тень загораживала почти все лицо. Сквозь темноту было сложно различить, куда он смотрел, но, кажется, его взгляд был направлен не на меня, а на какую-то вещицу, которую он сосредоточенно вертел в руках. Я немного растерялся, глянул еще раз в сторону завода, он по-прежнему выделялся из общей темноты свечением из окон, мирно стоял себе и создавал ощущение какого-то уюта, казалось, что там есть надежное убежище. Сам факт появления незнакомца меня не слишком удивил: мало ли здесь можно людей разных встретить?… Однако…у меня создавалось странное впечатление, будто он совсем не обычный человек. Почему? Даже сам не знаю, просто ощущаю это всем телом. Рука крепче сжала сай.
- А что? Там опасно?
- Опасно? Ну в какой то мере можно и так выразиться, - продолжал незнакомец, не переставая вертеть странную штуковину в руках, - Видишь ли, то, что ты ищешь, находится отнюдь не на старом заводе. Там ты найдешь лишь свою погибель.
- Откуда вам известно, что я ищу?
- Ооо, думаю тебе должно быть вовсе не это интересно, а ,например, откуда я знаю, ГДЕ искать, того, кто тебе нужен.
______Я вздрогнул от неожиданности. Он знает, что я ищу человека? Или просто придуривается? Если так, вдруг он сумасшедший? Может накинуться… На всякий случай я нащупал в темноте рукоять второго сая. Старик видимо заметил это движение:
- О, ну что ты. Это лишнее, тебе не меня, вовсе, нужно бояться. Можно даже сказать, что я здесь, чтобы помочь тебе, но никак не навредить.
______Его голос звучал очень странно. Такое ощущение, что он раздавался только в моей голове. Я подошел поближе, но от этого незнакомца не стало лучше видно. Казалось, что моего собеседника укрывала тень, независимо от того, под каким углом смотреть на него. Я решил понять его мотивы и стал расспрашивать:
- А что там на заводе? Отсюда видно, что в окнах горит свет, там ведь наверняка есть люди, где же опасность?
- Хахаха, - раздался звонкий смех. На этот раз я был уверен, что он звучал только в моей голове. –А ты присмотрись…
______Раз уж мне больше ничего не оставалось, я решил получше разглядеть завод, хотя это было довольно сложно в кромешной тьме, сковавшей город. Но мои усилия не были потрачены впустую, кое-как приглядевшись, я заметил большое мутное пятно около завода. Поначалу казалось, что это какая-то яма или что-то наподобие этого. Но потом я понял, что пятно движется! Не может быть… Оно приближалось к заводу, и быстро начало исчезать рядом с ним. Через несколько минут послышались крики и выстрелы… стрельба шла непрерывно, свет в окнах начал гаснуть. Мне все стало ясно, это была огромная стая тварей, атаковавшая завод. Сколько людей погибло…
- Ты…ты знал?
- Смекаете, молодой человек.
- Но почему тогда ты не предупредил людей? Они могли остаться в живых!
- Эти люди сами обрекли себя на смерть, я ничем не мог им помочь. К тому же они мне совсем не интересны…
- Но меня ты предупредил…
- Ты – совсем другое дело, ты сыграешь немаловажную роль в судьбе этого города, как и другие.
- Другие? Кто?
______Тут раздался женский крик, но звучал он гораздо ближе, нежели находился завод. Я повернул голову и увидел двух людей, в темноте было трудно разглядеть их, впрочем, уже начинало светать. Рядом я увидел каких-то тварей…кажется псина и две крысы. Одна из тварей бросилась на первую жертву и опрокинула его. Я хотел выхватить второй сай ринуться на помощь, но незнакомец опередил мои мысли, и жестом руки остановил меня:
- Не стоит, они уже не дети, вполне могут позаботиться о себе сами. Ты еще успеешь с ними познакомиться. К тому же у тебя есть другие заботы.
______Собеседник указал куда-то мне за спину. Я обернулся… Блин, ну почему всегда собаки? Я им нравлюсь что ли? Три псины среднего размера уже скалились, почуяв, очевидно, легкую добычу. Нифига! Не с тем связались! Внутри меня скопилась злость на незнакомца за то, что он говорит загадками, за то, что с его легкой руки погибло много народу, да и вообще казалось, что он издевается. Этот гнев был весьма кстати, так как подвернулись те, на ком можно его выплеснуть. Я вытащи второй сай из-за пояса и приготовился к драке, благо что драться раньше приходилось и довольно часто. Слай научил меня некоторым приемчикам, а так же показал особую технику, которая позволяет использовать человеческий организм на полную мощность: нужно напрячь все до единой мышцы тела, представить себя каким-нибудь маленьким цельным предметом, и двигаться так быстро, как только ты себе это представляешь, необходимо забыть про само чувство боли – тогда открываются все ресурсы организма, что позволяет делать удивительные вещи, порой неподвластны человеческому пониманию. Конечно, до такого уровня мне еще далеко, но сам принцип этого приема я понял и много раз уже пользовался им. «Помни: предела нет» - говорил мне Слай. Вот и сейчас я решил не тянуть резину, а проверить в очередной раз правдивость этих слов.
______Каждая мышца моего тела напряглась так, будто готова была порваться, зубы стирали друг друга в порошок, вены вздулись и чуть ли не лопались. Я был готов. Псины дернули с места одновременно, но с тремя сразу мне не совладать, поэтому сейчас - тактическое отступление. Я побежал назад, ища что-нибудь подходящее для контратаки. Но как на зло ничего стоящего на глаза не попадалось: вокруг, как оказалось, было полно старых автомобилей. Я быстро залез на стоявший неподалеку УАЗик или то, что от него осталось. Собаки не отставали. К счастью рядом стоял брошенный автобус без стекол. Я перепрыгнул на его крышу и через отверстие, вместо которого раньше было окно, залез внутрь. Саи мешались в руках, но с ними мне было спокойнее, на случай непредвиденности, к тому же не было времени убирать их обратно. Хорошо, что Город не наделил тварей мозгами, поэтому они остались на улице, безуспешно пытаясь залезть в окна автобуса. Впрочем, одна похоже была самая умная и просто вошла в открытую дверь транспорта. Мы смотрели друг на друга не больше секунды, он стояла в начале салона, я – в конце. Мышцы были все так же напряжены, я резко побежал в ее сторону. Псина, не долго думая, ринулась мне навстречу. Рассчитав примерно дальность моего и ее прыжков, я где-то на середине салона подпрыгнул вверх и схватился за поручни. В этот же момент собака растянулась в огромном прыжке… Я, что было мочи, выставил ноги вперед и врезал ими зловещей твари по морде. Бедняга аж заскулила от боли, ее отбросило в начало салона. Недолго думая после приземления, я разбежался и снова прыгнул, но уже прямо на собаку, пока та еще не очнулась. Сложив оба сая вместе, я попросту пригвоздил морду существа к полу. Кровь брызнула на меня, псина забилась в предсмертных конвульсиях. Я вытер лицо и вытащил свои орудия. «Напарники» погибшего к тому времени разобрались с системой автобуса и нашли вход. Нужно было выбираться. Вновь схватившись уже за один поручень, я ловко выскользнул из окна автобуса. Мои преследователи разделились: тот, что побольше, последовал за мной в окно, второй предпочел стандартный выход. Это дало мне фору. Впереди виднелась бывшая маршрутка - идеальный вариант. Я рванул к ней. Зацепившись руками за крышу машины, я запрыгнул ногами вперед в окно, которое тоже, кстати, было без стекла. Дверь, к счастью, была открыта, поэтому я быстро вышел через нее из ГАЗели, бросил саи на землю и схватился обеими руками за дверь транспорта. Собака в меру своего роста и тупости последовала за мной прямо в окно, чего я и ждал. Прикинув примерно момент, я со всей дури дернул дверь, чтобы закрыть ее, когда собака окажется в проеме... Дверь захлопнулась в тот момент когда злобная пасть показалась в щели. С характерным звуком череп треснул, оставив безжизненное тело дергаться в салоне маршрутки. И все бы хорошо, но тут о себе напомнила последняя тварь. И только сейчас я понял, что мой незнакомец за все это время, не двинулся с места, такое ощущение, что собаки его не замечали. И меня это еще больше взбесило: Что? он думает, что псы ему нипочем? Посмотрим… Подобрав саи с земли, я побежал к той машине, на которой сидел мужчина. Человек все еще сидел на капоте, не двигаясь, но смотрел уже на меня. Не сказать, что в его глазах читалось удивление, скорее заинтересованность. Я бежал прямо на него, на моем лице скользнула зловещая улыбка. Собака, как и предполагалось, бежала за мной. Уже возле самой машины я оттолкнулся одной ногой от земли, второй уперся в капот транспорта и сделал сальто назад. Псина, явно не ожидавшая этого, просто полетела вперед, прямо на незнакомца. Уже в полете я видел яркую вспышку, от чего зажмурился. А когда приземлился и открыл глаза, то понял что собаки уже нет, в прямом смысле, они исчезла. Ни крови, ни тела, никаких следов. Но как? Впрочем, незнакомец с самого начала казался мне странным. Кто он все-таки такой?..
______Я твердо стоял на земле, руки чуть ли не крошили саи: настолько сильно я сжимал их. Частое дыхание разогнало сердце до бешеных скоростей, зрачки были наверное по пятьдесят копеек размером, адреналин разгонял кровь по телу, я был в полной боевой готовности. Но здравый смысл подсказывал, что опасность миновала, и можно было расслабиться. Немного успокоившись, я вопросительно посмотрел на старика.
- Браво! - лицо его нисколько не изменилось в выражении, даже после этого происшествия. –Как дерзко! Однако не лишено смысла. Ты усвоил главный урок Игры – в выживании все средства хороши. Но только не увлекайся, город способен высосать из тебя всю человечность. Мы не должны этого допустить. Тебе придется научиться работать в команде.
______Я оглянулся туда, где видел недавно двух людей и небольшую стаю. А ведь я так и не узнал, что с ними случилось. Человеческих тел не было видно, а вот труп псины виднелся из-за холма. Выжили? Но где же они… Приглядевшись я увидел вдалеке группу людей, их было явно не двое, а гораздо больше. Они направлялись в сторону от нас, поэтому примерно через полминуты исчезли из виду.
- В команде говоришь? Что еще за «игра»?
- О, тебе предстоит много узнать, мальчик мой. Пока твой разум не готов, для того, чтобы принять действительность как таковую. Все, что я могу сказать: ты сыграешь немалую роль в судьбе этого города.
- Я? Мне плевать на город, я здесь не для того чтобы вступить в городскую администрацию. Я ищу…
Я запнулся.
- Да я знаю, кого ты ищешь. Не спрашивай - откуда, сейчас это не имеет значения. Я лишь скажу, что группа людей, которых ты сейчас видел, в скором времени окажется на городском вокзале. Я бы советовал тебе последовать их примеру.
- Но причем тут они?
______На улице уже рассвело. Я смог видеть своего собеседника. Длинные седые волосы, длинная борода. В сочетании с мантией и поясом, которые были на нем одеты, все это создавало образ эдакого мага-чародея. Он встал с капота и подошел ко мне вплотную, нагнулся прямо к самому моему лицу, но не открыл рта и не издал ни единого звука, хотя в моей голове ясно раздался его голос:
- Потому что ты – один из них.
______Он поднес предмет, который все это время вертел в руках и который на поверку оказался черным мелком, к губам и демонстративно откусил кусок. Через секунду налетел сильный порыв ветра. Яркая вспышка и я уже стоял в гордом одиночестве на заброшенном кладбище автомобилей…
 
___На второй день от нашего воссоединения с Инкогнито случилась одна встреча, сильно повлиявшая на мою дальнейшую жизнь. Она принесла мне много боли, но, вместе с этим, она стала ключом к моему второму рождению. Именно эта встреча привела меня к тому, что произошло намного позже, и стало финалом этой истории. Моим финалом. Но тогда я даже не подозревал о всех тех свершениях, которые произойдут со мной и с моими компаньонами. Для меня все выглядело завершенным на мажорной ноте. Тогда, на второй день…

___У меня внутри все подпрыгивало и покалывало от удовлетворения. Здесь, в этом мрачном, промозглом мире без ярких цветов и солнца, в обители страха и мучений, в огромной ловушке из серых зданий, зажатых между грязной землей и грязными облаками, да, здесь я нашел то, что люди называют счастьем. И хоть кругом не было абсолютно ничего, что можно было бы отнести к приятному окружению, я все равно был спокоен и чувствовал себя в полной безопасности. Ведь наконец-то у меня был человек, который был достоин моего абсолютного и безвозмездного доверия. Я так долго этого ждал. Наконец, наконец, у меня появился кто-то «родной». Кто-то, достойный восхищения и гордости…
___Сам предмет моего восхищения уже полчаса стоял на облупившейся и ржавой крыше раздербаненого автомобиля и, вращая свою чудо-тросточку в пальцах, осматривал окрестности. Дело в том, что вчера мы так и заночевали в той квартире, на седьмом этаже, где состоялась наша встреча, а сегодня вот решили прошерстить «заросшую» сухой травой стоянку неподалеку. Я залезал в раздолбанные останки машин и осматривал их изнутри, в надежде найти что-либо полезное, а мой напарник в это время следил за тем, чтобы нам никто не помешал. В траве на краю стоянки кто-то елозил, но сухие стебли скрывали существо, не позволяя рассмотреть. Хотя это было и не важно, раз Инкогнито не обращал внимания на такие явные признаки чьего-то присутствия. Да, пока он рядом, я могу быть спокойным.
___Проржавевший бардачок с недовольным скрежетом распахнулся, продемонстрировав мне свое содержимое. Сухая тряпка, затычка от ванны на старой оборванной цепочке, резиновый брелок в виде кошки… На первый взгляд ничего интересного, но стоило мне выдернуть тряпку, как раздалось тихое позвякивание и в недрах бардачка что-то блеснуло. Патроны! Четыре патрона удобно разместились во всеми забытом месте и терпеливо ждали, чтобы кто-нибудь пронырливый, вроде меня, их отыскал. Всего их было четыре – один винтовочный, с остроконечной пулей, один коротышка пистолетный, к тому же попорченный – его капсюль куда-то испарился и два револьверных, с тупыми носиками. Арсенал не ахти, но в подобной дыре вряд ли стоит рассчитывать на то, что нужная амуниция будет поступать в неограниченных количествах… Я вытащил из за пояса револьвер, за которым вчера пришлось ковылять на шестой этаж. Это вообще было то еще зрелище – поскольку дверь, через которую я вошел, находилась в той половине квартиры, что осталась по ту сторону провала, мне пришлось проделывать кучу глупых и опасных для жизни вещей. Сначала пришлось вылезти на балкон на седьмом этаже, затем перебраться на соседний и пролезть в квартиру. Только оттуда мне удалось выйти на лестницу и спуститься на этаж ниже. На шестом этаже тоже не все было гладко, потребовалось некоторое время, чтобы перетащить весь ненужный хлам с одного конца балкона на другой, чтобы можно было забраться на соседний. Однако, закончив все эти операции, я обнаружил, что эти два балкона разделены перегородкой, разломать которую мне было не под силу. Горе мое нельзя было описать словами… В итоге я спустился еще на этаж, но нужная квартира была оснащена железной дверью. Если бы можно было превращать раздражение в энергию, я бы проплавил ее взглядом на месте. Правда, в таком случае мне бы и оружие не понадобилось… В итоге мне пришлось спуститься чуть ли не до первого этажа, чтобы перебраться на нужный ряд и просочиться на нужный этаж через систему пожарных люков вмонтированных в пол каждого балкона. В общем, скучно не было. Теперь я считал револьвер своим самым дорогим имуществом и твердо вознамерился его поберечь.
___Оба револьверных патрона заняли свои места в барабане, и ствол снова был заткнут за пояс. Винтовочный патрон я просто сунул в карман. По сути, если знаючи да умеючи… Я улыбнулся своим мыслям. Больше ничего интересного внутри не было, и я выбрался наружу. Оглядев еще раз стоянку, я приметил для себя еще пару машин, которые стоило осмотреть, и подошел к напарнику.
- Эй, Инкогнито, я там пару патронов нашел, и это натолкнуло меня на мысль. Тут где-нибудь есть оружейный магазин?
- Сколько раз повторять, не Инкогнито я, – с напускным раздражением ответил он.
- Ну, ты ж сам подписывался «Инкогнито».
- Ты что, совсем чиканулся? «Инкогнито» - это не имя. Это пишут, когда хотят оставить имя в секрете.
- И? Как мне тебя еще называть тогда? О, таинственный незнакомец, пожелавший оставить свое имя в секрете?
- Прекрати, – улыбнулся Инкогнито.
- О, таинственный старикан…
- Хватит! – продолжил лыбиться он.
- О, непоседливый пенсионер…
- Заткнись, идиот! – засмеялся таинственный непоседливый старикан-пенсионер. – Ладно, пусть будет Инкогнито, а то еще чего напридумываешь…
___Я нацепил самодовольную гримасу и собрался уже вернуться к исследованию ржавых каркасов, как вдруг что-то в воздухе неуловимо изменилось. Появилось что-то, что не вязалось с окружающей обстановкой. Инкогнито тоже заметил это и напрягся, крепче ухватив рукоять своей трости с секретом. Вчера он действительно удивил меня, вытащив из «ножен» длинное узкое лезвие, и сейчас снова был готов в любую секунду разделать возникшую угрозу на суповой набор, как он это сделал со скрутом. Наконец мне удалось понять, что выбивалось из общего окружения. В воздухе слышалась тихая мелодия, которая становилась все громче с каждой секундой. Мелодия была явно старая, не современная, к тому же с шумами, какие издает старый граммофон. Она становилась все громче, словно ее источник к нам постепенно приближался. Неожиданно для себя я понял, что могу различить в воздухе еле заметный силуэт, который постепенно становился все отчетливее. Чем громче становилась музыка, тем отчетливее в воздухе проступали очертания человеческой фигуры. Прошло некоторое время, и вот перед нами уже стоял лощеный жиртрест с довольной мордой. У меня сразу создалось впечатление, что он сам в восторге от своего появления. Он величаво поднял пухлую руку и демонстративно щелкнул пальцами, после чего музыка мгновенно смолкла. Я молчал, мой напарник тоже. Толстяк подождал немного, видимо рассчитывая на аплодисменты, а потом заговорил заискивающим голоском.
- Позвольте представиться, я – Гарольд, - произнес он и слегка поклонился. Мне почему-то казалось, что он наклонится гораздо ниже и артистичнее, но телосложение, по всей видимости, ему этого не позволяло. – Я здесь, чтобы поговорить с вами, молодой человек.
___Не знаю, что меня удивило сильнее – то, как толстяк появился, или то, что он возник тут из за меня. Ну, по крайней мере, Инкогнито не тянул на «молодого человека», а кроме нас двоих тут больше никого не было. Я продолжал молчать.
- Ах да, - продолжил Гарольд, - лучше было бы, чтобы ваш товарищ нас оставил. Наш разговор – не его ума дело.
___А вот это уже мне откровенно не понравилось. Мне не особо хотелось о чем-либо беседовать с человеком, которого я впервые вижу. И дело даже не в этом – мне он сразу почему-то показался подозрительным. Я оглянулся на Инкогнито, чтобы оценить его реакцию и встретился с его напряженным взглядом.
- Не нравится мне он, - осторожно произнес напарник. – Я его не увидел вплоть до того момента, как он сам не позволил его увидеть. Если у него есть подобные возможности, он может быть куда опаснее, чем кажется.
- Что вы, что вы! – вклинился толстяк. – Я всего лишь хочу поговорить с глазу на глаз…
- Говори при нем, - отрезал я, удивившись тому, как твердо прозвучал мой голос. – Наедине я ни о чем с вами говорить не буду.
- Что ж, - тон Гарольда резко стал гораздо холоднее – вы не оставляете нам выбора…
___Нам? Я снова обернулся к напарнику, чтобы среагировать, опираясь на его решение, но он не успел ничего сказать. С тихим шелестом откуда то сверху на него опустилась какая-то чешуйчатая тварь с кожистыми крыльями и обхватила ими Инкогнито. В следующую секунду этот сверток громко хлопнул и превратился в облако сигаретного дыма. Все произошло очень быстро и неожиданно, так что я сначала даже не понял, что вообще произошло. Но замешательство длилось недолго и прошло как раз в тот момент, когда толстяк решил продолжить разговор.
- Теперь, когда мы, наконец…
- Ты что творишь, урод?!! А ну верни его на место, а то я тебе в башке еще одну дырку проделаю!! – в руке, словно сам собой возник револьвер. Меня начало трясти.
- Да, гляжу, нормальной беседы у нас так и не выйдет… - почти насмешливо проговорил Гарольд, никак не отреагировав на угрозу. – Видимо придется прибегнуть к помощи Майора.
___В этот момент я всем своим существом ощутил, что за спиной у меня возникла угроза. Просто появилась из ниоткуда, в один момент. Опережая свои мысли, я нырнул вперед, уходя от удара. Я буквально кожей почувствовал воздушную волну от огромного кулака. Перекатившись, я встал на колено, мгновенно переключившись с жирдяя на нового противника. Им оказался здоровенный бритый мужик с посеченным лицом в военной форме. Он разогнулся после удара и расправил плечи. На первый взгляд он был похож на военного, но это впечатление развеивалось, как только он начинал двигаться. Все его движения были хищными, быстрыми, как у животного, или даже чего-то пострашнее…
- Хмм… - буркнул он тяжелым голосом без эмоций, - увернулся…
___Сердце бешено колотилось после такого фокуса. Ситуация была слишком неожиданной, слишком опасной, слишком непредсказуемой… Я нажал на курок. Громко хлопнул выстрел, и пуля взбила облачко пыли там, где только что стоял «вояка». Это просто физически невозможно… Массивное тело с нечеловеческой скоростью ушло с траектории пули и в следующий момент так же быстро метнулось в мою сторону. Что-то во мне отреагировало быстрее разума, и я в последний момент снова увернулся от удара, опять почувствовав мощную воздушную волну. Но этого было недостаточно – извернувшись, как кошка, бугай снова обрушил на меня руку, на этот раз тыльной стороной. Я едва успел закрыться локтями, в надежде, что удар выйдет скользящим, но его сила была чем-то запредельным… Сила удара вбила меня спиной в землю, всхлипом выдавив воздух из груди. В глазах потемнело, на языке возник соленый металлический привкус. Я попытался опереться на локоть и откатиться в сторону, но жесткая подошва армейских сапог припечатала меня к месту, сдавив грудную клетку чуть ли не до хруста. Я почувствовал, что не могу даже вдохнуть, и через звон в ушах услышал насмешливый голос толстяка:
- Не перестарайся, он пока нужен нам живым.
___Давление ослабло, и я с усилием вдохнул.
- Ну вот, зачем было все доводить до крайностей? – продолжил насмехаться Гарольд. Он подошел ко мне и поднял с земли револьвер, который я выронил. – Это я, пожалуй, заберу. Незачем тебе подобные игрушки.
___Я почувствовал, как по щеке из уголка рта течет горячая соленая струйка, а толстяк меж тем продолжил.
- Теперь твой дружок неизвестно где, а ты вот тут лежишь в пыли, – он сложил руки на груди, придав лицу назидательное выражение. – Дело в том, что старших нужно слушаться и уважать. Тем более, что ты у нас в гостях, так что…
- Захлопни тявкальник, дерьмоед…
___Кажется откровенное неуважение попало в точку – толстяк вытаращил глаза и побагровел от возмущения.
- Да… Да как ты…
- Давайте уже заканчивать. Мне это надоело, - перебил его чей-то требовательный голос. Причем раздался он не со стороны, а непосредственно в голове.
___Непонятно откуда возник шкет, в дурацком костюме, больше всего подходящем для детского спектакля «Незнайка». Жирдяй заткнулся, возмущенно насупившись.
- Нам всего то и нужно, что узнать несколько вещей, - продолжил пацан.
- Ога, щаз! Катитесь-ка вы все в задницу, шайка тупых гомосеков.
___При этих словах Гарольд буквально вспыхнул. Я думал он сейчас проплавит землю, но внезапно его рожу перекосила ехидная гримаса.
- И от кого же я это слышу? – едко бросил он. – В Городе дефицит женщин, так что мне много раз доводилось видеть подобные парочки…
- Заткнись…
- Юноши так неопытны и напуганы, а у взрослых мужей есть опыт и сила, но они так одиноки…
- Заткнись!
- И тогда смазливые мальчишки соглашаются платить защитникам своим телом, правда когда ситуация становится слишком…
- Тут только ты жопу отращиваешь, грязная свиноматка! – ярость заполнила меня настолько, что я даже забыл о боли. – Не смей говорить про него, сраный бегемот!!
- Хмм… - снова промычал «солдат» - Думаю говорить с ним бесполезно. Он уже начал обращаться. У него вертикальные зрачки…
- Мне надоело, - сообщил шкет, не открывая рта, - держи его покрепче, я сам все узнаю и пойдем уже. Устал тут торчать.
___В этот момент я почувствовал, как ко мне в голову кто-то бесцеремонно вломился и начал шарить среди мыслей. Не осматривать, не изучать, а переворачивать и разбрасывать, выискивая что-то непонятное. Словно кто-то вломился в чужую квартиру, не обращая внимания, что хозяин дома и начал выворачивать ящики и сметать с полок вещи.
- Вали, мразь! – я попытался выкинуть вторженца из головы, но у меня ничего не вышло – я просто не знал как…
___Меж тем разбой продолжался. Воспоминания смешивались, мысли обрывались на середине, а мелкий подонок уже подбирался к тому уголку моей памяти, которую я берег всю свою жизнь. Мой самый святой уголок.
- НЕ ТРОЖЬ, МРАЗИНА!!!
___Он даже не обратил на меня внимания. Не обратил внимания на все мои барьеры, словно ничто его не могло остановить или даже задержать. Вломился в самые светлые воспоминания – воспоминания о детстве, о доме, о родителях, и разметал их в стороны, протоптался по ним дальше, не обратив внимания. Я бился под ступней майора, тщетно пытаясь сбросить его с себя. Больше всего это напоминало групповое изнасилование, когда несколько человек хватают жертву и держат ее, в то время, как один похотливо срывает одежду, оставляя красные следы от обгрызенных ногтей на белой коже…
___Через некоторое время все в голове перемешалось настолько, что я не мог отличить реальность от иллюзий, а иллюзии от воспоминаний. Уже через эту пелену я услышал слова этого мелкого ублюдка. Именно услышал – он сказал их вслух.
- Ничего не обычного, - презрительно бросил он. – Столько возни из за заурядного дикаря. Бесполезное животное.
___Наверно тогда я и отрубился. Очнулся я от того, что Инкогнито тряс меня за плечи. Была уже глубокая ночь.

___Видимо в голове у меня что-то сместилось, так как после этого происшествия я начал видеть сны, настолько же ужасные, насколько и реальные… Именно эта встреча привела меня к моему финалу. С нее все началось.
 
____Быстрым шагом, я вышел из квартиры и начал спускаться по лестнице. Я перешёл на бег, однако поскользнулся на ступенях и упал на бетонный пол, оставшийся путь по лестницы я преодолевал очень осторожно. Выйдя из подъезда, я попытался понять, в каком направлении нужно идти, чтобы попасть к вожделенному костру. Убитой мною крысы уже не было, я не знал, была ли эта работа падальшиков или я просто не добил крысу, однако решил не терять бдительности. Сориентироваться в незнакомой местности, да ещё и ночью у меня не вышло, пришлось сделать круг вокруг дома, чтобы выйти на дорогу. После нескольких минут блуждания в темноте я всё-таки добрался до своей цели. Пока я не подобрался к костру, люди, сидевшие вокруг него, меня не замечали, или, по крайней мере, делали вид. Не успел я сказать и слова, как человек сидящий ко мне спиной, повернулся и направил на меня двустволку. Не ожидавший такого поворота событий, я попытался вразумить человека с оружием. Я не разговаривал с живым человеком уже очень давно, это оставило свой отпечаток, все, что я мог - это выбрасывать в воздух бессвязные слоги или протяжные звуки, яростно жестикулируя руками. Мужчина прищурился и медленно стал опускать своё оружие, мысль о том, что я мог получить пулю, даже не назвав своего имени, очень пугала меня. Я бросил короткий взгляд на каждого в этой странной компании - две женщины и четыре мужчины, так мне казалось.
____Незнакомцы отнеслись ко мне подозрительно добродушно и даже пригласили посидеть с ними возле костра, на котором они жарили какое-то мясо, однако они всё же вынудили меня отдать им свой нож и показать содержимое сумки. Почувствовав на себе всю тяжесть взглядов, которыми меня одарили странники, я решил завязать разговор и вежливо представился. В ответ свои имена назвали лишь двое: Мужчина с ружьём, который, по-видимому, был главным в группе, назвал себя Августом, а его пожилой собеседник попросил называть его Сиплым, остальные же сделали вид, что ничего не слышали. Август достал из кармана банку рыбных консервов и стал осторожно открывать её моим ножом, который поднял с земли, даже не спросив моего разращения. Пока Август пытался открыть консервы, я слушал разговоры остальных людей его группы. Девушки время от времени бросали в мою сторону быстрый взгляд и начинали шептаться о чем-то, постоянно хихикая. Через пару минут мне начало казаться, что они специально издеваются надо мной, и это меня ужасно раздражало. Наконец, Август добился своей цели и, взяв грязными пальцами одну из рыбёшек, что томились в банке, пустил консервы по кругу. К великому сожалению я в этот круг не входил и был вынужден довольствоваться мясом, жарившимся на костре. Люди сидевшие рядом со мной пристально наблюдали за тем, как я поглощаю пищу, у меня возникло плохое предчувствие, однако я не решился спросить, кого же они приготовили на костре. Мясо было плохо прожаренным и настолько жёстким, что больше напоминало резину, вкуса, кажется, не было вообще. Один из мужчин, сидящий рядом с Сиплым рассказал мне, что они отправлялись на поиски еды, а теперь направляются обратно в свой лагерь. Он даже предложил мне отправиться с ними. Меня ужаснуло то, с какой легкостью и простотой эти люди выбирают себе спутников, однако не рискнул читать им лекцию о том, как могут быть опасны бродяги вроде меня.
____Меня не пришлось долго уговаривать и уже через пару минут мне рассказывали о том, как чудесно жить в их небольшой общине. Доев остатки мяса, мы отправились в путь, Август предпочёл пока попридержать мой нож у себя, что сильно меня разозлило. Мои спутники двигались на удивление быстро, они шли и о чем-то разговаривали, а мне приходилось почти бежать, что бы не отстать от них. Сиплый сбавил шаг и поравнялся со мной, из куртки он вытащил длинноствольный револьвер и стал рассказывать мне всю историю этого оружия, его характеристики и как этот револьвер в своё время покорил дикий запад. Ему не было особо важно, слушаю ли я его или нет, иногда он задавал вопросы, которые были скорее адресованы револьверу, чем мне. Его рассказ не прекращался ни на минуту, даже когда он незаметно для себя набирал шаг и обгонял меня. Со стороны он выглядел, как псих, говорящий с оружием.
____Через пятнадцать минут, я знал всю подноготную кольта "peacemaker" включая длину ствола и калибр патронов. Август приказал всем остановиться и сообщил, что нашёл место, где можно срезать путь вдвое. Август начал объяснять нам свой план, по которому мы должны были пройти сквозь кладбище и пересечь небольшой лес за ним, что мне показалось настоящим безумием. Как ребёнок, попавший в плохую компанию, я поддался на уговоры и вскоре топал по сырой земле кладбища вместе со всеми. Мои спутники постепенно набрали скорость, и я снова оказался в самом конце. Дорога незаметно исчезла, и держать хоть какой-то строй оказалось невыполнимой задачей. Как бараны, люди разбрелись в разные стороны, стараясь не увязнуть в грязи. Неожиданно я споткнулся и чуть не упал в разрытую могилу, предмет, о который зацепилась моя нога, в темноте напоминал большой мешок с мусором. Разозлившись, я развернулся и пнул мешок, отчего тот сразу пришёл в движение. Ужасно удивившись, я понял, что пнул нечто живое, уже через секунду я отчетливо видел крысиную морду, которая рыскала своими огромными чёрными глазами в надежде найти разбудивший её раздражитель. Растерявшись, я сделал первое, что пришло мне в голову - с размаху ударил животное по голове своей сумкой. Крыса, оклемавшись после удара по голове, попятилась назад и начала издавать мерзкие, режущие слух звуки. Омерзительную крысиную серенаду прервал глухой выстрел. Осыпая градом оскорблений и упрёков, Сиплый схватил меня за рукав и поволок за собой. Стадо баранов, плетущееся по кладбищу, мгновенно превратилось в стаю волков, стремительно бегущих за своим вожаком. Очень скоро крысиные вопли стали звучать отовсюду, с каждой секундой их становилось всё больше. Что-то схватило одну из девушек за ногу и с силой затянуло в разрытую могилу, двое мужчин сразу бросились на помощь попавшей в беду спутнице. Я хотел поступить так же, однако сиплый решил по-другому. Дёрнув меня за рукав с такой силой, что я услышал звук рвущихся швов, он потащил меня вперед, постоянно бормоча под нос проклятья. Внезапно нога Сиплого по колено провалилась под землю. Не успев остановиться я всем своим весом обрушился на Сиплого, отчего земля под ним окончательно осыпалась и мы упали в яму, показавшейся мне настоящей бездной.
____Яма оказалась до безобразия глубокой могилой, её дно было усыпано кусками прогнившего гроба, а в одной из стен ямы была проделана дыра, которая вела во мрак. При падении Сиплый ударился головой об острый камень, однако я ещё долго пытался разбудить его от вечного сна. Некоторое время я пытался вылезти, однако сырая земля всё время осыпалась, вскоре я понял, что если продолжу тщетные попытки вылезти, то похороню себя заживо. С большой осторожностью я поднял с земли револьвер, если бы Сиплый до сих пор был жив, он бы оторвал мне руки за столь вероломное посягательство на его оружие. Отчаявшись вылезти на поверхность, я решил полезть в кем-то вырытую дыру. Проход был довольно узкий, поэтому даже сев на корточки я с трудом пролез внутрь. В туннеле было не менее тесно, понемногу я всё же продвигался вперед. Несколько раз я проползал мимо разветвлений , которые, по моему мнению вели к другим разрытым могилам. Стены были мокрые и склизкие, из-за кромешной темноты приходилось выбирать направление на удачу. Уровень мастерства строителей этого тоннеля поражал, у меня начало возникать впечатление, что кладбище целиком превратилось в крысиную нору. Мой слух уловил позади меня еле различимые звуки, испугавшись возможной опасности я попытался ускорить своё движение, однако несколько раз поранив бока о острые камни, понял, что это было глупой затеей. Звук нарастал с чудовищной скоростью, однако когда я понял, что его источник у меня за спиной, звук неожиданно прекратился. Я почувствовал, как что-то укусило меня за ногу, через секунду боль расползлась по ногам. Сделав рывок вперёд, я почувствовал, как мой правый ботинок сползает с моей ноги, а через секунду, незащищенную ногу пронзила острая боль. Не найдя другого выхода, я по змеиному извернулся и достал из кармана револьвер. Надеясь не попасть себе в ногу, я выстрелил куда-то в темноту. Вспышка выстрела осветила тоннель всего на секунду, однако этой секунды мне хватило, чтобы понять какой огромный ужас хранит это подземелье. Весь тоннель кишел крысами, некоторые из них были размером с кошку, другие - ещё больше. Грязные крысы, расталкивая друг друга, пытались укусить хоть что-то из моих вещей. Несколько накинулось на снятый с меня сапог, другие грызли мою сумку, в которой лежала пара новеньких ботинок. Выстрелом, я прострелил одну из крыс насквозь, остальные крысы, испугавшись, отступили назад, однако совсем не надолго. Позабыв о острых камнях, которыми были испещрены стены тоннеля, я в панике бросился вперед. Направление движения потеряло для меня всякий смысл, единственной целью для меня стало как можно дальше уползти от полчищ крыс, которые не желали упускать лёгкую добычу.
____После долгих скитаний, по тёмным норам и тоннелям, которые показались мне вечностью, я всё-таки смог найти выход из крысиного царства. Вылезти из узкой норы оказалось непростой задачей, выход был очень узким, и мне пришлось вручную его расширять. Подобно червю, я вылез из дыры и ещё несколько метров полз по ковру из гнилых листьев, желая как можно дальше уйти от ужасного подземелья. Ноги ужасно болели, я не сразу сумел встать. Двое носков, надетые на ногу смогли спасти её от большинства укусов, однако сами носки выглядели просто ужасно. Я не мог продолжать движение в таком виде, поэтому полез в свою сумку за второй парой обуви. К своему ужасу, рука нащупала в сумке не туфли, а нечто живое. Размахнувшись, я ударил сумку о дерево, отчёго всё её содержимое вылетело наружу. Отвратительный грызун пролетел пару метров, а потом очень быстро побежал к дыре, из которой я недавно вылез. Я попытался наступить на крысу ногой, на которую до сих пор был надел изгрызенный ботинок, однако промахнулся, крыса скрылась в норе. Когда-то новые туфли были изрядно попорчены крысой, однако выглядели в сто раз лучше моего резинового ботинка. Ботинки оказались уже, чем я думал, мне пришлось снять с ног рваные носки. Вокруг меня были десятки высоких, но мёртвых деревьев, которые немного пугали меня своим видом. Оглядевшись, я понял, что вышел за пределы кладбища и сейчас нахожусь в том лесу, о котором мне рассказывал Август. Я не знал, остался ли кто-нибудь кроме меня в живых, однако, не придумав ничего лучше, решил отправиться на поиски лагеря, в который направлялись мои спутники. Крепко сжав револьвер в руке я ковыляя направился в глубь леса.
 

    Lind

    очки: 7
    ыыыы

Zara

Ословед
Когда я начала сидеть, врач назвал это "прогрессом". Меня переодели, расчесали волосы (они ужасно отросли, в жизни я никогда такие не носила. В жизни - так я говорила обо всем, что было до того, как я умерла.) и посадили в кресло-каталку. Ради такого случая пригласили мать. Им нужно было показать, что они не губят меня своими препаратами и трубками в каждой вене, а наоборот, даже лечат. Мать пришла, от нее пахло воздухом. Я его давно не чуяла в серых стенах больницы. Она была такой живой, с помадой, с грязью на подошвах. Она была живой в царстве мертвых.
Когда-то я была живой рядом с ней. Я была молодой, пышущей жизнью. Может, я и была всегда угрюмой и замкнутой. Но у меня в глазах просматривалась душа.
Теперь же я сидела, утонув в белом халате, худая, с кожей, блестящей, как у восковой куклы. С глазами, как у мертвых креветок - они пялются на вас, но вам не становится стыдно под этим взглядом. Потому что в нем нет ни укора, ни боли, ни страха. Они просто пялются. Также и я пялилась - на все. На мать, на стену, на докторов. В окно. Я не могла заставить себя выразить что-то взглядом, хотя в голове роились мысли. Но и они роились вяло, беспорядочно, полуживые и отвыкшие от жизни.
Медсестра подвела ко мне мать.
-Вот, смотрите. Красавица.
-Я всегда ей говорила, что ей длинные волосы больше подходят. Дочь, узнаешь меня? - Она наклонилась ко мне, уперевшись руками в коленки.
-Извините, она не слышит вас. - Извинилась за меня медсестра.
-А почему она не моргает?
-Она не может моргать.
-А говорить она может?
-Пока нет. - Уклончиво сказала медсестра. Мама эту уклончивость сразу почуствовала.
-А когда-нибудь сможет?..
-Мы пока не знаем точно. Но она теперь может сидеть. Ваша дочь идет на поправку.
-Она не говорит, не моргает, не слышит. Она стала овощем.
И мама ушла.
Ну, ей наверно было больно. Мне не было больно от ее слов. Умом я понимала, что это драмма. Но на самом деле ничего не почувствала. Может, потому что я и была овощем.
Через какое-то время - в больнице время стиралось, исчезали сроки - меня перевезли в другое место. Я уже смогла моргать, дышать самостоятельно, и даже почти - питаться. Если я не "капризничала", как говорила медсестра, в меня могло умещаться до пяти ложек каши. Меня кормили, и это было неприятно. Еда текла со всех сторон. Но из-за того, что мне больше не нужна была капельница, меня перевезли.
Это было здание-интернат, для детей. Что я там делала, я не знаю. Мне ведь было уже больше восемнадцати. Я не помнила точно сколько. Возможно, это потому, что мой мозг стал деградировать. Я разучилась читать, писать, есть. Врач сказал, есть я не могу не из-за тела - хотя моторка тоже была нарушена. Из-за того, что мой мозг стал разрушаться, мое развитие стало как у восьмилетнего ребенка. Так он сказал. Я не расстроилась.
Там все кроме меня были дети. С нами обращались очень хорошо. Некоторые дети могли говорить, другие ничего не могли. Те, кто говорил, называли нянечек "мама".
Я знала, что они не мои мамы. Со мной никто из детей не разговаривали. В первый день они обступили меня, но так как я молчала и не моргала, я скоро им надоела.
Нянечка была доброй. Она мыла меня и иногда рассказывала о своих семейных делах. Еще они, няни, всегда читали нам вслух - тем, кто не мог двигаться.
Они читали нам сказки. Я знаю много сказок.
Когда меня перевозили, я увидела немного жизни. Там пахло ветром и люди ходили, разговаривали, закрывали глаза. Это было красиво. Меня посадили в специальную машину, но окно было приоткрыто. Я сидела возле окна и смотрела места, мимо которых ехала. Мне казалось, что я в заточении, а там, снаружи, свобода. Я подумала о Рапунцель.
Мама приходила еще несколько раз. Она плакала, и смотрела на меня.
-Поговори с ней. - Сказала ей няня.
-Она ничего не слышит. - Мама покачала головой. - Ничего не изменилось. Она никогда меня не слышала.
Мои волосы все росли и росли.
 

Godless

Ословед
Марк.

- Я бы на твоем месте не стал туда выходить, - наставительным тоном обратился уже не молодой мужчина к беловолосому сатанисту, - Ведь структура слоев совершенно разная.Там, где раньше был ты не так опасно, как здесь.Твой уровень восприятия Города серьезно изменился, в связи...
- Ты не на моем месте, - не очень вежливо оборвал старика Марк, - Так что, спасибо за еду и ночлег.Дальше я справлюсь как-нибудь сам.
_____Двое мужчин распахнули металлическую дверь, и в помещении сразу запахло сыростью Города.На улице шел дождь, и ощущение опасности буквально с первых секунд, после открытия двери бункера, заполнило коридор, в котором стояли люди.Казалось, что вот-вот из ниоткуда в дверной проем влетит какая-нибудь тварь.Марк окинул взглядом провожающих его людей, среди которых был и тот старик, который час назад читал ему лекции про опасности Города.В принципе, ничего нового сатанист от него не узнал, зато понял, что терпеть не может ученых с манией преследования, которым опасности видятся просто всюду.
"А еще нас называют фанатиками," - усмехнулся про себя сектант.
- Да он просто самоубийца! - продолжал возмущаться вышеупомянутый ученый, указывая своему коллеге, похоже тоже ученому, на Марка и яростно жестикулируя руками, - Мы выходим на улицу целой толпой, с оружием в руках, чтобы добыть еды, а он в одиночку...
Но Марк его уже не слушал, и вообще, он никогда не понимал подобных людей, которые переживают за других больше, чем за себя, будто им действительно есть до них какое-то дело.Возможно, Марк не всегда был подобным эгоистом, просто Город научил его, тому, что кроме себя самого положиться больше не на кого, разве что на близких людей, которых было не так много, как хотелось бы, а тех, которые были, Город нещадно забирал.
_____Марк недолго думал, куда пойти, ведь точных указаний тот чешуйчатый монстр ему не давал, поэтому мужчина направился по первой же попавшейся дороге.Было непривычно, что дождь всего-лишь моросил, а не шел сплошным потоком.И вообще сам Город отличался от привычного Марку образа, незримо, вроде бы тоже самое, но как-то иначе.Атмосфера была совершенно другой.Все вокруг было серым, будто кто-то выкачал все краски и оставил только два цвета: белый и черный.
- Да... - протянул Марк, - Это не красочное искажение.
_____Улицы были абсолютно пусты, причем, не было даже привычных покореженных автомобилей, мусора, стекол и прочих деталей, словно все специально убрали и почистили, лишь одинокий путник шел прямо по центру некогда бывшей здесь проезжей части.Правда одиноким он казался на первый взгляд, во мраке пустых витрин магазинов что-то или кто-то наблюдало за ним, бесшумно перемещаясь молниеносными скачками.Но Марк не замечал этого, капли дождя тарабанили по крышам, лужам на асфальте и покореженным козырькам магазинов, тем самым создавая шумовой фон...Тот самый фон, который так нравился сатанисту.Марк очень любил дождь, по его мнению, дождь несет успокоение, что немаловажно для расшатанных донельзя нервов и сумбурных мыслей, терзающих каждый день, на протяжении всей жизни в Городе.Вот и сейчас мужчина отдался природной стихии, он поднял голову вверх, и капли прохладного дождя приятно освежали лицо.Марком овладело то самое умиротворение и отрешенность от всего земного, инстинкты самосохранения притупились, чувство осторожности, казалось бы самое важное чувство в Городе, отошло на второй план, как раз в тот момент, когда незамеченная сатанистом юркая тень молниеносно вылетела из разбитой витрины, находящегося неподалеку магазина.Расстояние от человека, до злополучной витрины было метров восемь, а то и десять, но это не помешало вылетевшему оттуда существу перемахнуть его одним прыжком.Марк опомнился только тогда, когда увидел стремительно приближающиеся когтистые лапы в метре от своей головы.Но сектант не зря носил звание Темного Чистильщика, и нереальным казалось бы для обычного человека движением выхватил нож, одновременно полоснув им перед собой.Струя черной крови на мгновение смешалась с дождем и постепенно осела мельчайшими каплями, похожими на пыль...

_____Человек попал твари прямо в горло, но тело существа по инерции, с размаху ударилось Марку в грудь, тем самым сбив его с ног.Секунд десять сатанист отдыхал, скинув тело в сторону, затем резко вскочил, признав свою прошлую ошибку: "Нельзя расслабляться в Городе, тем более в незнакомом месте."Мужчина рассмотрел странное существо, раньше такие ему не встречались, примерно метр двадцать длиной, не считая длинного хвоста, худое, но "исчерченное" продолговатыми рельефными мышцами, покрытое черной кожей, без шерсти, на вытянутой голове устрашающие челюсти и полное отсутствие ушей и глаз...
- Ну и симпатяга, - устало вздохнул Марк, но "симпатяга" внезапно схватил мужчину за ноги и резко дернул.Сатанист, не ожидавший подобной подлости, упал неприятно ударившись спиной, но ножа не выронил, тварь, поняла, что соперник шутить не намерен и, не медля набросилась на него, пытаясь разорвать длиннющими черными когтями грудь жертвы.Марк в свою очередь сопротивлялся как мог, изо всех сил бил коленями по ребрам мерзости, но чувствовал, что теряет контроль над ситуацией, существо, не смотря на свои небольшие размеры и худощавость обладало невероятной силой.В следующую секунду Марк ударил ножом в висок твари в тот миг, когда она уже хотела сомкнуть челюсти на лице сатаниста.
Раздался хруст черепной коробки, нож прошел голову существа насквозь, но ей хватило силы чтобы издать последний в своей жизни крик, протяжный и близкий к ультразвуку.Мужчине пришлось выпустить рукоять ножа и зажать уши руками, кровь твари забрызгала все лицо сектанта и через мгновение черное тело обмякло, крик прекратился, а сатанист смог разжать уши.
_____Первой мыслью Марка было встать и отрезать башку твари к чертовой матери, чтоб уже наверняка не встала.Но этого не потребовалось, мужчина не успел прикоснуться к рукоятке ножа, как тело твари начало стремительно плавиться и тлеть.Лицо Марка резко обожгло, кровь существа также стлела прямо на нем.На мокром асфальте не осталось ни следа от трупа, лишь сатанинский нож, сверкающий чистым обсидианом, омывался дождем.Беловолосый сатанист поднял нож и осмотрелся.Вокруг было также пустынно, как раньше, и также моросил дождь.
Но тишина длилась недолго, вдалеке раздался уже знакомый Марку звук, причем шел он со всех сторон и, как отметил сатанист, приближался.Времени медлить не было, и мужчина ускорился, переидя на бег.Он оглядывался по сторонам, но пока кроме раздражающих криков ничего не происходило, и тут он увидел ИХ.Они лезли по крышам домов, из окон квартир, буквально со всех сторон, и их была целая тьма!Так много тварей в одном месте Марку видать не приходилось, он свернул с дороги в небольшой проем между домами, попутно отметив, что твари спокойно перемахивают одним прыжком от одного дома к другому.Мужчина петлял между домов, около пустых мусорных баков и чувствовал, что по пятам идет целая орда не понять кого.Черные тени продолжали свою песню на высокой ноте, заставляя человека зажимать уши.Вскоре на пути сектанта вырос двухметровый забор из металлической сетки, который он без труда перемахнул и опять оказался на широкой улице, где его уже ждали, облепив стены домов, с десяток черных существ.Еще целая куча тварей мчалась позади
-Да чтоб вас черти в Аду драли! - выругался сатанист и вбежал в первую попавшуюся разбитую витрину магазина.Какое-то шестое чувство подсказало мужчине об опасности, и он быстрым кувырком ушел в сторону, а на то, место, где он секунду назад находился в буквальном смысле слова впечаталась одна из тварей, прокатившись по полу, вывернув когтями несколько кафельных плиток, и ударившись боком о какой-то шкаф, который на нее же и свалился, не потерпев столь наглого с собой обращения.
Сатанист не стал дожидаться, пока эта сволочь очухается и устремился в глубь помещения, маневрируя в каких-то темных коридорах.Он уже слышал, что несколько тварей бегут следом, издавая при этом противные звуки, которые сбивали мужчину с мыслей.Вскоре коридор закончился деревянной дверью, но Марка она не могла остановить, он не замедляя шага, с разбегу подлетел и вытянул ногу вперед, с мыслью, что замок двери не выдержит, но, к сожалению, не всем планам суждено сбываться, замок оказался на удивление крепким, а вот дверь под мощнейшим ударом сатаниста просто проломилась, тем самым, пленив ногу беловолосого человека.
- Да что же за день то сегодня?! - злостно проговорил Марк.
По-быстрому освободив ногу, он начал доламывать останки двери, расширив тем самым проход до нужных размеров.Втиснувшись в проем, мужчина начал смотреть по сторонам в поисках подходящий мебели или еще чего-нибудь, что могло бы закрыть проход.Было темно, но глаза уже привыкли к мраку, и неподалеку от себя Марк увидел очертания какого-то громоздкого предмета, предметом оказался низкий металлический холодильник, закрывающийся сверху стеклянными крышками, в подобных раньше в магазинах хранили мороженное и рыбу.Недолго думая, мужчина пододвинул агрегат к двери, затем принялся за второй, находившейся здесь же, Марку пришлось попотеть, чтобы взвалить его на первый в одиночку.И только он установил один холодильник на другой, как с той стороны двери что-то ударило по верхнему бытовому прибору и тот не замедлил рухнуть прямо на сектанта, придавив его весом.
- Арр...- только прорычал Марк, он не хотел доставлять своим криком удовольствие этим демонам.
_____Тем временем, твари продолжали выламывать останки двери, а человек с трудом приподнял на себе холодильник, но внезапно, вес агрегата увеличился и снова придавил сатаниста к полу, над ним нависла темная уродливая морда.
- Увидимся в Аду, приятель, - усмехнулся Марк, и по проверенной схеме вогнал нож сквозь череп существа, затем быстро вытащил его и, наученный горьким опытом, максимально вжал голову в шею и отвернул лицо, чтобы не забрызгаться кровью.Холодильник вновь стал подъемным, и Марк не без труда сдвинул его с себя, мысленно приготовившись к возможно последней для него схватки.Но удивление мужчины было велико, когда сквозь окончательно выломанную дверь он увидел еще нескольких тварей.Одни стояли на полу, на всех четырех конечностях, а другие "висели" вверх ногами на потолке, и на стенах, но ни одна не двигалась.В помещении воцарилась тишина, прерываемая тяжелым дыханием человека.Из глубины коридора послышались неторопливые шаги.
_____Марк ощутил в голове странное чувство, необычное, но знакомое, он переживал его несколько раз и запомнил на всю жизнь, будто что-то вторгается в его мысли, он понял это раньше, чем в голове раздался голос:
"Да, Марк, ты уже все понял, это я проник к тебе в голову, быстро ты освоился." - Это ощущение было сложно забыть, когда у тебя в голове отпечатывается мысли, и ты точно уверен, что тебе они не принадлежат.
"Ах ты, гад ползучий, это ты натравил их на меня?" - негодовал сатанист, ему казалось, будто это злая шутка чешуйчатокрылого: "Я знал, что столько тварей сразу в одном месте - это более, чем странно..."
"Хм, ты мне не рад?Ну извини, что я прервал твои дружеские игры с местной фауной" - с безразличным оттенком отпечаталась очередная мысль в голове сектанта, причем самого чешуйчатого нигде видно не было.
Черные существа после этого сразу оживились, и не спеша направились к сидящему на полу человеку, предвкушая скорую трапезу.
"Подожди!" - чуть ли не вслух крикнул Марк: "Ведь ты этого не сделаешь, я ведь нужен тебе, не знаю зачем, но точно нужен, будь это не так, мы бы с тобой даже не встретились."
- Ты...Блефуешь...- медленно проговорил мужчина вслух, и его голос прозвучал в этой тишине особенно громко и отчетливо.
Твари продолжали наступление, и уже окружили не сопротивляющегося человека.Когда от самой ближней до Марка оставалось не больше полуметра, из темноты коридора вышел читающий мысли тип, и уродливые существа быстрыми тенями поспешили скрыться во мраке за спиной чешуйчатого, не издав ни звука.
_____Марк ухмыльнулся, а затем из его уст раздался негромкий смешок, переходящий в зловещий смех.Серое существо стояло рядом, на его лице читалась крайняя степень удивления.Но больше всего его поразило, так это то, что он не мог прочитать мысли человека, в тот момент, когда тот сидел и веселился, подобно шизофренику в псих больнице.
"В чем причина твоего бурного веселья?" - удивленно и в то же время раздраженно раздалось в голове сектанта.
"Что тебе от меня нужно?" - вместо ответа спросил Марк.
"Мне?Если ты забыл, то я тебе напомню - это ты попросил меня о помощи."
"Ага, и ты сразу кинулся помогать мне, ты сам то в это веришь?" - устало подумал мужчина, глядя прямо в глаза существу: "Я так понял, ты ничего мне не расскажешь, скажи хоть, как тебя зовут, а то не знаю, как к тебе обращаться."
"Называй меня Грэй.А теперь давай переидем к делу."
Марк наконец поднялся с пола, и последовал за Грэем, который начал скрываться в темноте коридоров.Между тем, существо продолжило:
"Ну что же, ты весьма неплохо освоился на новом слое, или круге, называй, как хочешь.Я наблюдал за тобой, и видел, что у тебя возникали проблемы." - Грэй "замолчал", давая возможность Марку задать вопросы.
"Знаешь, кое-что мне действительно интересно, я не мог выбраться из тоннеля, хотя, потом оказалось, что это обычный, ничем не отличающийся от других тоннель.Как такое получилось?" - вопросительно посмотрел человек на чешуйчатого монстра.
_____Тем временем они подошли к лифту, который стоял с открытыми дверями на первом этаже.
"Нам сюда," - жестом пригласил войти Грэй человека: "Ты просто не мог найти выход из искажения, не сразу приспособился на новом слое.Честно говоря, я тогда подумал, что ошибся в тебе...Но ты оправдал все ожидания."
Дверцы лифта закрылись, в кабине было темно, но через секунду грязная лампочка лифта, висевшая на порванных в некоторых местах проводах замигала и осветила кабину тусклым светом.
"Этот слой очень нестабилен," - ответил на не заданный вопрос сатаниста Грэй: "На крыше нас ждет очередное искажение."
Лифт пришел в движение, и казалось, что он еле движется, скрипя и издавая жалобные звуки.
"А что это за твари, и зачем ты натравил их на меня?" - осуждающе посмотрел Марк: "Хотел проверить меня на прочность?"
"Ну что-ты, я вовсе не травил их на тебя.Эти существа - асторы.В этом слое их превеликое множество, больше чем крыс, которых ты привык каждый день видеть на своих кругах, самое интересное, что мясо для пропитания им не нужно, они питаются энергией, исходящий от искажений, а на тебя напали, потому что ты двигался, они убивают все, что движется.Так они устроены."
Грэй поднял взгляд в потолок кабины и закрыл глаза двойными веками.Марк успел проследить за взглядом существа, как вдруг чешуйчатый расправил крылья и пролетел сквозь крышу лифта, искажая пространство.При этом в голове сатаниста прозвучало:
"Удачи." - Причем интонация мысли была насмешливой и в то же время предостерегающей.
Лифт остановился, издав противный скрежет.Двери медленно начали раскрываться, как вдруг уже знакомая, и надоевшая за сегодняшний день сатанисту тень влетела в кабину, опрокинув человека.
- Да чтоб тебя! - в очередной раз выругался Марк.
Тварь повалила его на пол и успела ударить тыльной стороной лапы, в голове мужчины раздался глухой звон, в глазах помутнело, и он полностью потерял координацию.Действовать по старой схеме не удалось, ведь сектант не успел даже достать нож.Все же ему удалось изловчиться и ударить шипованной перчаткой по зубам твари, она оттолкнула его задними конечностями, и человек вылетел спиной из кабины лифта.Не чувствуя боли, он мгновенно вскочил, тварь тоже приняла вертикальное положение, изогнувшись как змея, она уже хотела вылететь через медленно закрывающиеся створки лифта, но человек угадал ее маневр и немного разбежавшись прыгнул, выставив обе ноги вперед, как раз в момент прыжка твари.Удар был страшной силы, астора закинуло обратно в кабину лифта, припечатав к задней стенки, мужчина упал ровно на спину, при этом подняв большое облако пыли.Двери лифта закрылись, и он поехал вниз, издавая гулкие звуки, похоже удар сатаниста не сильно впечатлил астора и тварь уже пыталась вырваться наружу.
_____Марк не стал ждать, пока лифт вернется обратно, и быстро направился вверх по железной лестнице, ведущей на крышу здания.Выходом являлась дверь, обитая железом, никакого замка видно не было, но дверь не поддавалась.
"Видимо щеколда, или еще что," - подумал Марк, и так как сегодня он чувствовал себя злостным крушителем дверей, то недолго думая, он начал выламывать дверь ногой.Через минуту дело было сделано, и мужчина вышел на широкую крышу здания.По прежнему шел дождь, а спиной к сатанисту стоял, расправив, колышущиеся на ветру крылья, Грэй.
"Ну хорошо, признаюсь, это было своего рода испытанием," - раздалась в мозгу Марка насмешливая мысль: "Очень уж хотелось посмотреть, как ты справишься с тем астором."
Сатанист в свою очередь чувствовал себя слишком уставшим, чтобы спорить или пререкаться с Грэем.
"Ладно, не обижайся," - почувствовав настроение человека "сказал" Грэй, он не хотел, чтобы Марк раньше времени усомнился в нем, и решил не портить отношения с сектантом: "В общем, как видишь, крыши домов кишат асторами, а знаешь почему?Правильно, из-за искажений.Тебе сюда."
Существо указало на искажение, находившееся в нескольких метров от этой парочки.
"Думаю, это последний слой, где тебе нужно будет освоиться, прибегая к моей помощи. Встретимся там, под мостом, если сможешь добраться до туда - узнаешь правду.А нет..."
"Под каким еще мостом?" - раздраженно поинтересовался Марк.
"Поверь, этот мост ты обнаружишь быстро..."
 

    Rock4ever

    очки: 20
    Сий твой пост побудил меня на последующие побегуси по крышам:D
- Главный аспект жизни в Городе – это борьба, - голос Инкогнито доносился через «вату» в ушах. – Сами по себе твои приступы никуда не денутся.
___Я еле мог подняться на ноги, после очередного ужасного видения. Все тело дрожало и кололо от пережитого. Я высунул голову из окна третьего этажа и пытался продышаться. В полуметре от моей головы начиналось другое здание, уставившееся на меня в упор своим слепым пыльным глазом без стекла. На это раз меня заживо завалило землей и жидкой грязью в скотомогильнике. Тошнота все не отступала, накатывая снова и снова при каждом воспоминании о раздутых тушах и их набитых опарышами глазницах. Я ненавидел себя за свою беспомощность, и это чувство жгло изнутри.
- Ты должен победить себя, заблокировать кошмары или использовать себе на пользу. Если ты не можешь справиться с самим собой, как ты тогда сможешь справиться с кем-то вроде тех недоумков?
- Я… могу… - я сжал зубы, чтобы меня не вырвало. – Я понял…
___Инкогнито подождал, пока я не справлюсь со своим желудком.
- Я нашел ключ к своим кошмарам. Мне постоянно что-то угрожает, и в начале и под конец. Но пока я бегу я в безопасности. Пока я бегу – мне не страшно. Все, что мне нужно – это бежать. Это все, что я пока могу.
- Рано или поздно найдется кто-то быстрее тебя. Это Город, тут нет простых решений. Если это все, что ты можешь придумать – значит, я в тебе ошибся.
___Как током по оголенным нервам… Я, наконец, смог справиться со своим организмом и выпрямился, отойдя на пару шагов от подоконника. Глубокий вдох помог настроиться на нужную волну, вернуть то ощущение, которое наполняло меня во сне. Биение пульса, до этого лишь отдававшееся болью в голове, задало ритм. Ровный, быстрый, агрессивный. Взгляд сфокусировался, все предметы обрели неестественную, но просто великолепную резкость, словно я мог видеть с нескольких точек одновременно. Мои зрачки… Да, я уже почти научился контролировать их обращение, и сейчас они были как нельзя кстати.
- Ошибся? – я напрягся, разгораясь злостью на самого себя и на Инкогнито. – Тогда решим все здесь и сейчас. Еще одна партия в догонялки. Теперь ты за мной. Если проиграю – разбежимся.
___Инкогнито прищурился. Кажется, у него тоже накопилось раздражение, которое надо было куда-то выместить. Наши эмоции вошли в резонанс, подхлестывая обоих на необдуманные шаги.
- Отлично. Но при одном условии, - его голос заставил мою кровь чуть ли не вспыхнуть. – Это будет игра до первой крови.
___Вот это уже дело… Я уже давно хотел дать Городу сдачи. Неважно как. Уже давно пора пустить кровь.
- Без жалости, - злобно прочеканил я. – Без поблажек.
___Не надо меня недооценивать. Слово «партнер» подразумевает «равный». Я уже не ребенок и не жертва Города. Я его обитатель.
- Ты свой нож посеял, – продолжил он, - но не маленький уже, выкрутишься. Я дам тебе фору…
- Пошел к черту… - я рванул с места и лишь подобрал ноги к груди, когда оконная рама ухнула за спину.
___Глаза не подвели – собравшись в полете, я четко вошел в оконный проем противоположного здания, лишь сорвав пыльную ситцевую занавеску. Под ногами зашуршал драный половик и, перекатившись, я устремился вперед по коридору. По бокам мелькали хлипкие деревянные двери, а впереди сгустилась темнота, до которой не мог дотянуться блеклый отсвет из окна. Я прищурился, чтобы разглядеть дорогу, но впереди меня ждал лишь завал, видимо созданный обитателями дома для защиты от зверей. Я уверен, он лишь преградил им путь к бегству и именно поэтому за дверьми так тихо. И сейчас эта пробка из шкафов, холодильников и диванов мешала мне. Я резко затормозил, проскользив по гладкому паркету и развернулся на месте. Напротив оконного проема уже стояла темная фигура с тростью в руке. Вот такой он говнюк – то он здесь, то, через секунду, он уже не пойми где. Останавливаться было нельзя. Оттолкнувшись руками от стены для большего усилия, я вломился плечом в крайнюю правую дверь, с треском выломав замок из набухшей от влаги древесины. Поток теплой воды, высотой чуть ниже колена, хлынул в коридор, смывая иссохшиеся половики, а я, преодолевая напор воды, большими прыжками пересек прихожую, оказавшись в спальне. В кухне, за стеной, шумел не закрученный давным-давно кран, вся квартира была покрыта плесенью, фотографии на стенах сморщились, обои и побелка были покрыты рыжими разводами и обваливались прямо на пол, тонули в прозрачной воде. Какая-то тварь, видимо, влезла по пожарной лестнице и разбила окно, сбросив на пол цветочные горшки. Земля ровным слоем расстелилась по полу, покрыв собой обвалившуюся побелку, которая показывалась наружу только сейчас, когда я взбаламутил воду. Ее светлые осколки выглядывали из черных облачков побеспокоенной земли, как белеющие кости утопленников на дне озера. Я запрыгнул на двуспальную кровать, стоявшую у окна, она чавкнула и начала сочиться желтой влагой, скопившейся в пружинном матрасе. Не теряя времени, я перепрыгнул на подоконник, за которым виднелась пожарная лестница, и выбрался наружу. Конструкция со скрежетом задрожала, но ступеньки уже исчезали сзади, одна за другой, рывками. За считанные секунды преодолев два пролета, я осознал, что до верха добраться не успею – лестница начала проседать и деформироваться. Не дожидаясь повторения истории, случившееся со мной в день прибытия, я оттолкнулся ногой от перил, и вломился в грязное окно, закрыв голову локтями. Осколки брызнули в помещение, со звоном рассыпавшись по кафельному полу. Спустя секунду я уже снова был на ногах. Дверь этой квартиры на месте отсутствовала, что позволило мне без труда выскочить в коридор и устремиться к лестнице. Тут тоже был завал, но он перекрывал пролет, ведущий на нижние этажи. Значит мне наверх – не останавливаясь, я рванул вверх по ступенькам, отталкиваясь руками от стен, чтобы не терять скорость. Каждая мышца горела и гудела, яростно требуя еще скорости, больше ускорения. Вместо двери на крышу, была железная решетка, которую что-то со страшной силой искорежило, разорвав прутья, которые торчали наружу, согнутые и перекрученные. Я «нырнул» вперед, не сбавляя скорости, и перекатился по поверхности крыши, затянутой старым рубероидом. Справа раздался знакомый щелчок…
___Тело само отреагировало, уходя в противоположную сторону, и в следующую секунду там, где я находился, коротко свистнул узкий клинок. Не дожидаясь, когда его обладатель сделает новый выпад, даже не глядя в его сторону, я снова сорвался вперед, набирая скорость. Ветер зашумел в ушах, заглушая хлопанье подошв. Впереди находилась ржавая лестница из всего пяти ступенек, а за ней начиналась небольшая площадка, которая, по-видимому, служила основанием для голубятни, которая так и не была построена. Взлетев наверх, я обнаружил, что площадкой дом и заканчивается, а следующая крыша находится двумя метрами дальше. Додумывал я это, уже срываясь с края. Я сжался в прыжке и, увидев носки своих кроссовок, приземлился всего сантиметрах в двадцати от обрыва. Мир снова перевернулся, а затем мимо замелькали трубы и антенны, с уханьем исчезая за спиной. Усталость и не думала меня навещать…
___В любой другой ситуации я бы давно уже начал волноваться, что нахожусь так высоко, а перил по краям совсем нет, и вообще пора бы спуститься с крыши хотя бы на верхний этаж, но только не сейчас. Пока я бегу, страх не может меня догнать. В лицо метнулась ржавая антенна и я, едва успев среагировать, упал на спину и проскользил под раскосыми прутьями. Маневр был неожиданным, я не успел подготовиться, больно ударился лопаткой и замешкался. Ускорение было потеряно, но Инкогнито не спешил снова атаковать. На его месте я бы давно попытался пустить в ход клинок, пока я еще не оклимался. Словно в ответ, у меня за спиной раздался щелчок, с которым поворачивалась ручка трости, чтобы высвободить лезвие из зажима. Я немедленно прыгнул вперед, развернувшись в полете, и упруго расставил ноги, готовый уйти от выпада. Инкогнито стоял напротив меня и старался держаться ровно, но от охотничьих глаз не ускользнули незначительные перемены в его состоянии. Он явно потратил много сил, тяжело дышал и не без усилий сохранял спокойный вид. Значит, он все же не может по первому желанию перемещаться куда угодно. Есть определенный механизм, пользуясь которым он создает подобную иллюзию, но при этом ему приходится попыхтеть. А возраст у него явно не самый цветущий, как бы презентабельно он не выглядел. И, тем не менее, он явно намерен атаковать…
___Я знал, что он собирается сделать. Я уже видел этот трюк однажды и знаю, насколько сложно будет от него увернуться. Но мне просто нельзя допустить, чтобы он хоть кончиком лезвия меня задел. В противном случае все будет кончено. Пропадет все, чего я старался достичь, все, что было для меня ценно. Особенно после того, как я потерял остатки самых дорогих воспоминаний… В какой-то момент образ Инкогнито смазался. Всего на секунду, но этого было достаточно, чтобы понять – началось. В следующее мгновение мужчина исчез. Просто исчез, словно никогда и не стоял передо мной на крыше. Теперь самое опасное… Одна секунда тянулась, накапливая напряжение, и не спешила заканчиваться. В тот раз атака показалась мне молниеносной, но сейчас между исчезновением Инкогнито и первым выпадом растянулась целая вечность. Как бы медленно время ни шло, завязнув в ускоренном восприятии, оно все равно двигалось. Последние миллисекунды пропадали в небытие, и каждая последующая могла оказаться сигналом к атаке… Сейчас! Стартовали самые долгие пять секунд моей жизни.
___Первая секунда. Угроза слева и сзади. Косой удар снизу вверх. Лезвие прочертит по мне полосу, наискосок, от бедра до середины спины и уйдет вверх. Я наклоняюсь вперед и поворачиваю тело чуть влево. Амплитуда крошечная, инерция минимальна. Удар уходит мимо – я в другой плоскости. Клинок проходит в половине сантиметра от спины, срезает торчащую нитку и исчезает. Первая секунда заканчивается – ничья. Секунда вторая. Угроза спереди. Короткий укол в правую половину груди. Лезвие войдет чуть ниже ключицы, остановится на середине и выйдет обратно. Я подгибаю колено, плечо уходит вниз. Амплитуда чуть больше чем нужно, инерция замедлит обратное движение. Клинок плашмя проезжает по плечу, срезает прядь волос, уходит обратно в опасной близости от щеки и исчезает. Вторая секунда завершена – ничья. Третья секунда. Угроза сзади. Горизонтальный удар по ногам, под колени. Острие рассечет сухожилия и уйдет вправо. Нужно прыгать. Инерция от предыдущего движения все еще давит на плечо, замедляет подъем. Ноги отрываются от земли, лезвие уже рассекает воздух. Неимоверным усилием стараюсь перевести тело в горизонтальную плоскость, едва успеваю. Клинок срубает кусочек подошвы, уходит в сторону и исчезает. Третья секунда подходит к концу – ничья. Четвертая секунда. Угроза снизу. Рубящий удар снизу вверх. Лезвие рассечет кожу на боку, уйдет вертикально. Использую инерцию вправо. Тело вращается, левый бок начинает подниматься. Лезвие появляется снизу, идет вверх, навстречу коже. Вращательное движение убирает тело с траектории, острие разрезает ткань, уходит вертикально и исчезает. Четвертая секунда пережита – ничья. Секунда пятая. Угроза сверху. Вертикальный пронзающий удар в середину груди. Лезвие проткнет меня насквозь, как бабочку, пригвоздит к крыше. Мне от него не уйти. Я сгибаю ногу в колене, удар уже начался, мое тело падает вниз, описав один оборот вокруг своей оси. Острие идет вниз, ему ничто не может препятствовать. Я выпрямляю ногу, время возвращает свою привычную скорость. Я падаю. Атака завершена. Бой окончен.
___Я лежу плашмя на крыше, выставив ногу вверх. Подошва кроссовка уперлась в запястье Инкогнито. Клинок в руке, он не достает до груди всего несколько сантиметров. В его глазах удивление, в моих - вертикальные зрачки.
 
В Пустоте. Дождь.

Сколько я себя помню, в городе в это отвратительное время года всегда было так.
Непроходимая стена дождя, холодный воздух, поддернутый плотной туманной дымкой, скрозь которую изредка проглядывают смутные очертания домов и смазанных молчаливых фигур прохожих, прячущих маски-лица за высоко поднятыми воротниками пальто.
Хмурое стальное небо, нависает так низко, что порой мне кажется, что это вместо облаков до самого горизонта расползся удушливый смог, идущий из серых заводских труб, в постоянной пелене осеннего морока похожих на мачты затонувших кораблей.

Проклятый ливень не прекращается уже несколько недель. Такое ощущение, что прошла целая вечность и время замерло в одной точке: если бы не старый дребезжащий будильник, то я бы уже давно перестал различать тот момент, когда заканчивается день и наступает ночь.
В моей жизни нет больше ничего, кроме дождя, унылой монотонной работы, давящей тоски и серых безликих фигур, которые изредка проплывают мимо меня по мрачным улицам, словно тени за ширмой. Почему-то я избегаю смотреть на них, когда возвращаюсь с ночной смены.
Я в Пустоте. И кажется, что этому уже никогда не будет конца....

***

Шум дождя и далекий гул моторов сливаются в один сплошной звуковой фон. Музыка большого города.
Я сплюнул, крепко втянул в легкие горьковатый сигаретный дымок и, прищурившись, взглянул на дешевые электронные часы (носить другие в промышленном районе было бы попросту неразумно).
Было раннее утро, шел ливень, я, накинув капюшон на голову, стоял под узким навесом закрытого на вечный ремонт магазинчика.
По обе стороны от меня простиралась безлюдная улица. Правильно, какие же нормальные люди в такую рань под дождь полезут, да ещё и в выходной день... Моя смена закончилась около получаса назад. Усталые манекены рабочих уже растворились в утренней темноте и, ведомые ледяными потоками дождя, вяло растеклись по своим домам. Я остался один.
Все как обычно. Сейчас я выкурю ещё одну сигарету, постою несколько долгих минут, бессмысленно вслушиваясь в шум дождя, поправлю накинутый на коротко стриженную голову капюшон, поежившись, подниму повыше воротник куртки и, засунув руки поглубже в карманы, двинусь наконец до своего дома - отсыпаться до следующего звонка будильника. Только затем, чтобы проснувшись, вновь повторить этот же день, точно по шаблону скопированный с предыдущего....
 
В Пустоте. Перекресток.

Транспорт в это время ещё не ходит, так что я быстрым шагом иду сквозь дождь по пустынной улице, докуривая уже четвертую по счету сигарету.
В нескольких местах асфальт размыло и пузырящиеся ручьи, сбегая по витиеватым тещинкам, с ревом Ниагарского водопада обрушиваются куда-то в темноту бездонных проломов в дорожном покрытии.

Впереди ещё два квартала, узкий мрачный переулок, темный провал подъезда, ступени, обшарпанная дверь, приятный полумрак коридора, родные желтые стены с оборваными обоями, скрипучая кушетка, стакан виски, когда-то подаренного забытым другом, и... долгожданное беспамятство. Мысли о сне (хотя это мучительное состояние полуобморочного бреда и сном-то назвать язык не повернется) заставляют меня делать шаг шире.

Впереди виднеется широкий перекресток. Сквозь водную пелену предупреждающе светится красный огонек светофора. Мокрый бычок летит на асфальт и, подхваченый потоками воды, исчезает в решетке канализационного люка. Я покорно останавливаюсь у края тротуара и, переминаясь с ноги на ногу, раздраженно вытягиваю ещё одну сигарету из мятой пачки. На перекрестке кроме меня нет ни души. Безуспешно щелкая неработающей зажигалкой, я лениво оглядываю безжизненную дорогу и нетерпеливо посматриваю на светофор: все ещё упорно горит красный огонек, даже не думая смениться на своего зеленого друга.
В голове всплывает нелепый образ - промокший до нитки неудачник, уныло стоящий перед сломанным светофором на всеми забытом перекрестке и ждущий пока тот соизволит пропустить его дальше...

Точка сигареты алеет уже у самого фильтра. Даже самому безграничному терпению имеется свой предел...
Шагнув вперед и основательно зачерпнув кроссовками ледяной воды из бегущего вдоль тротуара ручья, я перехожу дорогу.
Рев мотора и слепящий свет фар, сквозь ширму водной завесы похожих на глаза какого-то подводного чудища, на мгновение вводит меня в ступор. Жуткий удар выбивает воздух из легких, ломает ось хрупкого тела, крушит внутренний каркас, давя и разрывая внутренние органы обломками костей.
Ни истеричного гудка, ни скрипа тормозов, ни визга шин по мокрому асфальту - сбивший меня ублюдок, казалось даже не заметил, как изломанное тело прокатилось по ржавому капоту его рыдвана и шлепнулось в лужу посреди проезжей части.
Вместе с предсмертным хрипом изо рта точками выходит темная кровь, смешиваясь с мутной дождевой водой. Красные огоньки легковушки мелькнув где-то вдалеке, исчезают. Острый болевой шок накрывает тьмой словно пыльное покрывало.
Последнее за что успевает зацепиться пронизанное мучительной болью сознание - это дразнящий отсвет от сломанного светофора, зеленым пятном падающий на мокрый асфальт...
 
___Сашины дни проходили в суете и заботах, на всякие сторонние мысли времени практически не оставалось. С утра ее ждала работа в одной из летних кафешек, вечером – подготовка к поступлению. Только перед сном возвращалось волнение, которое не оставляло ее с того самого дня. Стыд и какое-то невнятное чувство, похожее на страх и чувство вины, терзали ее сердце, не давая уснуть. Затем пришло письмо от матери, которое еще сильнее усугубило положение. Саша чувствовала себя недостойной всех тех теплых слов и пожеланий, которые были аккуратно вписаны в тетрадные странички. Но упорство, которым ее наградила мама, не позволяло сдаться и раскрыть провал. И вот, чтобы не тревожить маму, Саша вечером взяла ручку и села писать ответ, отыгрывая свою первую в жизни актерскую роль.

__ «Здравствуй, мама! У меня все отлично, солнечно и перспективно. В общем, все сложилось так, как я и ожидала. В общежитии столько разных ребят, я и не представляла, насколько различными бывают люди! Может, это, конечно, связано с нашей профессией, но мне почему-то кажется, что это не так. Просто мы повзрослели, вот и все. Хотя… Бывает по вечерам их всех приходится вручную укладывать спать, иначе будут балагурить до утра. А ведь порой и самой так хочется лечь спать попозже…
___Оценок у нас не выставляют, ведь как можно скупой цифрой отразить насколько человек тонко чувствует и удачно выражает? Мы с группой, как одна большая семья. В следующем году, говорят, останутся только самые интересные предметы, а пока еще все довольно вразброс. Но это даже хорошо, у нас в городе таких предметов не преподают. Успехов особых у меня пока нет, я хочу освоиться получше, прежде чем заявлять о себе. Но учусь я все равно хорошо, как и раньше.
___И еще… Ты прости, конечно, но на каникулы я приехать не смогу. Тебе и так приходится высылать мне деньги, а тут еще и билеты подорожали… Мам, я пока на работу устроюсь. У моей одногруппницы есть подруга, она работает в кафе. Говорит, что летом можно спокойно зарабатывать на расходы, главное не лениться. А я лениться просто не умею, ты же меня знаешь. А пока – учиться, учиться и учиться. Ну вот и все, больше ничего, вроде бы и нет нового».

___Саша посмотрела на свежие, еще пахнущие шариковой ручкой строчки, перечитала одну за другой, всматриваясь в каждое предложение. Сплошной массив из обмана. Снова она почувствовала себя виноватой перед мамой, за эту ложь, даже захотелось заплакать от стыда, но Саша справилась с собой. Девушка решила больше не плакать с того самого дня, как узнала, что не поступила. Она решила быть сильной, как мама. Не отступать, бороться. Ведь как она могла вернуться домой ни с чем, после того, как она всех убеждала, что с легкостью справится? Она поступит на следующий год. Поработает в городе, освоится, подготовится и запросто поступит…
___Да, она не врет, просто не раскрывает всей правды. Результат ведь все равно окажется тем же, так зачем попусту тревожить маму, которая и так волнуется? Нет, она поступила верно. И незачем винить себя. Нужно лишь добавить хоть слово правды в это письмо и все будет хорошо. Все будет верно. Она глубоко вздохнула, сосредоточилась и снова взялась за ручку.

__ «Мам, я очень, очень по тебе скучаю. И по Любе тоже. Сильно-сильно. Вы мне снитесь часто, все хочу вас обнять, но все просыпаюсь… Я вас обеих очень сильно люб…».
___Не дописала. Не выдержала. Успела лишь отвернуться, чтобы не намочить страничку, да спрятаться в ладони…


___Утром, когда волнения вечера уже кажутся глупыми и надуманными, Саша, наконец, снова смогла взять себя в руки. Собираясь на работу, она уже и думать забыла о том, что было вчера, с головой погрузившись в спасительную ежедневную суету. На кухне возилась та самая «подруга одногруппницы», с которой Саша жила и работала эти три месяца. Можно сказать, что ей действительно повезло, раз она смогла найти себе и работу и квартиру, познакомившись всего с одним человеком. Валерка и сама поступила не с первого раза, пусть и жила в Москве. Ее родители, хоть и могли позволить себе две отдельные жилплощади, решили дочь не баловать. После поступления на заочное отделение, они оставили ей в пользование двухкомнатную квартиру и несколько советов по поводу заработка, обещав взять на себя расходы на институт.
___И вот, одну из комнат теперь снимала Саша, которая, помимо собственного заработка, получала немного денег от мамы. Ей хватало на расходы, поэтому большую часть маминых денег она складывала в конверт от первого письма и прятала в учебник. Не то чтобы она боялась, что соседка их украдет, просто ее успокаивало то, что эти купюры были от мамы. Эти деньги имели для нее особую ценность – они связывали ее с семьей.
___Саша оделась, совершила все утренние ритуалы, которые привычны всем послушным девочкам и, вместе с новой подругой, отправилась на работу, отбросив все печали до вечера.

___Вечер для Саши наступал довольно быстро – на работе скучать ей не приходилось. Конец дня она замечала только тогда, когда последние посетители расходились по своим делам, и нужно было протереть столы. Эти минуты Саша особенно любила. Возвращаясь домой, она успевала только приготовить нехитрый ужин и тут же садилась за занятия, но здесь, в кафе, она могла поболтать с Лерой о чем-то повседневном, простом и забавном. Лишь в эти минуты Саша жила для себя. И сегодняшний день был не исключением.
- Так, - как всегда начала первой Валерия, - давай в «Чушь»?
- Это еще что за игра? – Саша ловко сметала крошки, изредка вопросительно поглядывая на подругу.
- Ну, девочка моя, правила просты, - Лера специально делала смешной голос, когда ей нужно было рассказать Саше что-то новое. Она морщила брови и вытягивала губы уточкой, чтобы казаться деловитой теткой. – Я придумываю какую-нибудь белиберду, которая фактически может существовать, слушай внимательно милочка.
- Ми-илочка… - передразнила Леру девушка, стараясь подражать ее голосу.
- Да, милочечка моя, белибердушечку. А твоя задача – опровергнуть бессмысленность этой штукенции. Начнем с простого – черный мел, например.
___Саша на секунду остановилась и наморщила лоб.
- Черный мел… Знаешь, на самом деле даже школьная доска не всегда черного цвета. У нас в школе, по крайней мере, были коричневатые и темно-зеленые. А вот в музыкальном классе была белая, разлинованная. Писали на ней фломастером, но, думаю, черным мелом ноты рисовать получилось бы не хуже.
- Рисовать ноты черным мелом?
- Ну не есть же его…
- Хорошо, - сдалась Лера, - твоя очередь.
___Саша снова немного постояла в раздумьях, прежде чем вернуться к своему занятию.
- Знаешь, у нашей соседки была кошка. Вернее, она и сейчас, наверное, есть, просто я не в курсе. Так вот, она меня постоянно изводила своими криками. Если у нее была течка, критические дни, плохое настроение или ей было попросту скучно, она начинала орать. Назойливо и противно, словно ей кто-то за это доплачивал. А стены в нашем доме как картонные – кто-то чихнет, и весь дом говорит «Будь здоров!». Я с детства увлекалась пением, так что меня это особенно доставало. Как только я начинала что-то напевать, эта усатая редиска глушила меня своими воплями. Причем в этом случае ее крики были еще более противными и требовательными, словно она хотела этим сказать «Заткнись, дура, в этом доме только одна дива и это не ты!». Если есть на свете тот, кого я от всей души ненавижу, так это именно она.
- Мне почему-то кажется, что мне бы лучше не слушать про твое белибердовое изобретение, но все же…
- Ну, я вот подумала, если связать кошке плотный шерстяной жилет, из которого она не сможет вывернуться и не снимать его, даже если в комнате отопление… Кошке все время будет жарко, она будет потеть, чесаться, но не сможет вылизываться. Сначала она, естественно, всех будет изводить криками, но затем зуд и дискомфорт доканают ее. Она потеряет покой, не сможет нормально спать и, в итоге, будет настолько сонной и уставшей, что ей будет не до криков.
___В пустом зале на некоторое время повисла тишина.
- Саш, знаешь, а тебя лучше к животным не подпускать…
- Ну что? Это кошка меня действительно достала. Она еще любила скрести в коридоре свой туалет, и при этом лапой лоток задевала, и он об кафель стучал громко!
- Ладно, ладно. Чувствую, что в эту игру мне тебя не выиграть, а слушать про новые проделки девочки-монстра мне под вечер как-то не очень хочется. Я вот другую игру вспомнила, после твоих историй с потеющими кошками.
- Тоже со словами?
- Тоже со словами. Нужно назвать слово, которое само на себя не похоже.
- То есть?
- Ну, вот пример, который мне пришел в голову после шерстяных жилеток смерти – шаровары. В чем суть шаровар?
- Шаровары – это свободные такие штаны, или вроде того.
- Вот. Свободные штаны. А вот если идти от названия, то шаровары – это, наоборот, теплые штаны из плотной ткани, которые не пропускают воздух. А в области паха у них еще и шерстяная вставка должна быть. Понимаешь? Мужчина одевает такие штаны, воздух внутри нагревается, температура растет, понимаешь? ШАРОВАРЫ!
___Следующие минут десять Саша не могла встать со стула, задыхаясь от глупого подросткового смеха. Лера тоже хохотала, как безумная, их веселье вошло в резонанс и еще долго не успокаивалось. Все оставшееся время, что понадобилось им, чтобы убраться в зале, они то и дело хихикали, вспоминая позабавившее их слово и представляя все в красках. Улыбки так и остались на их лицах, когда они закончили и пошли домой. Когда они вышли, Валера одернула Сашу за рукав.
- Ау? – отозвалась та.
- Шурко, а ты знаешь, какой у тебя хороший смех?
- В смысле хороший? Смех как смех.
- Это ты просто мало смеха слышала, поэтому так говоришь. У тебя замечательный смех. Всем бы такой.
- В смысле «такой»? Говори уже, что на уме, - Саша засунула руки в карманы, сжав озябшие от осеннего ветра пальцы в кулачки.
- Знаешь, смех всякий бывает. Я, можно сказать, с парнем своим только из-за смеха познакомилась.
- Да? Ты не говорила.
- А с тобой и поговорить то не удается толком, все работа да учеба, вот и не рассказывала. Мы с ним познакомились еще до того, как я на заочку поступила. Я экзамены не сдала и решила годик поработать. Вот так же, в кафе. Нас там четверо было – я, еще две девочки и Дима. Я его как увидела, так меня от него в озноб сразу бросило. Я чуть в тот же день увольняться не пошла.
- Он что, страшный у тебя?
- Наоборот. Он как модель – хорошо сложен, осанка прямая, волосы, кожа, глаза, все просто идеально. Он ходит, словно танцует, голос как у ангела, манеры, речь, все на высоте. А уж какой вежливый…
- Ну, так что с ним не так? Три глаза, ухо во лбу? Мне непонятна суть претензии…
- Да вот этом всем и дело. Посмотри на меня. Я похожа на модель? Я совсем из другой лиги. Он когда со мной разговаривал, мне все время казалось, словно он не подошел время спросить, а снизошел. Я рядом с ним себя чувствовала какой-то ущербной, недоделанной. А самое противное, что он для этого ничего не делал. Одно дело, когда рядом с тобой такой расфуфыра, что прям ни лечь ни встать, и можно просто посмотреть на него одним глазом и плечами пожать, мол не по пташке перышки, и совсем другое, когда рядом идеальный человек. Просто смотришь на него и чувствуешь себя мокрицей. И понимаешь, что он тебе по определению искренне улыбаться не может, а только из сострадания. Я НЕНАВИЖУ идеальных людей. Я несовершенна и я люблю каждый недостающий сантиметр, каждый лишний грамм своего несовершенства. Но рядом с идеалом, я не могу любить себя. Рядом с идеалом, я вижу в себе только плохое. Поэтому я его избегала постоянно, а он, как назло, всюду меня преследовал. Я думала, что ему в кайф торчать рядом со мной и оценивать разницу. А потом он подошел ко мне, когда рядом никого не было, и сказал, что я ему нравлюсь. И он сделал это, как чертов идеальный человек. Так, что мне стыдно стало за то, что я вообще рядом с ним нахожусь. Я покраснела, как свекла, минут пять слова ни могла сказать, а потом взорвалась и наорала на него. Все-все высказала, что думаю про него и его идеальность. И вот стою я, уставилась на него, красная, злая, дыхание перевести не могу и не знаю, что лучше сделать – врезать ему, зареветь или повеситься…
- И что он сделал?
- Он заржал, как конь. И это был самый дебильный смех, который я когда-либо слышала. Расхождение с его образом в 101%. И он остановиться минут двадцать не мог. Пищал, взвизгивал, хрюкал, но не мог. И мне просто по человечески стало жалко на него смотреть. Вроде бы все от природы у него великолепно, а такая мелочь портит всю картину. И приходится прятать это от всех, сдерживаться даже тогда, когда от всей души хочется посмеяться. Вот так и приходится жить, в плену у своего образа. С того самого момента, вся неприязнь к нему улетучилась. Мы когда вдвоем он постоянно смеется, как идиот. А на людях ни за что. Улыбается, сдерживается, но никогда не смеется. И для меня то, что он доверяет мне свой дебильный смех, гораздо важнее всяких признаний и подарков.
___Некоторое время, девушки шли молча, думая, каждая о своем. Потом Саша нарушила молчание:
- Значит у меня тоже дебильный смех?
- Мозг у тебя дебильный, я не про то рассказывала.
- Ну, так какой?
- Хороший. Очень хороший. От души. От сердца. Искренний. Звонкий. Заразительный. Ты когда смеешься, вся, словно раскрываешься, расцветаешь.
- Так это ж у всех так. Люди смеются, чтобы веселье, скопившееся внутри, выливалось наружу, потому, что внутри уже все им переполнено. Вот как-то так…
- Знаешь, есть люди, которые смеются так, что охота им затычку в рот забить. Есть люди, которые смеются только тогда, когда это кому-то обидно. В общем, смех можно так исковеркать, что его и возненавидеть недолго будет… В общем, смейся всегда так, как смеешься сейчас. В остальных случаях лучше просто улыбайся.
___Девушка отвечать не стала. Остаток пути они провели в молчании, только возле двери Саша снова обратилась к подруге.
- Слушай, а к чему ты про смех заговорила? Не просто так ведь.
- Нет, не просто, - Валера задумчиво возилась в сумке, в поисках ключа. – Ты ведь понимаешь, что уже начало октября. Сейчас у всех свои заботы, студенты учатся, люди работают. Я думаю, что работодатель тоже сокращать свой штат будет, так как клиентов меньше. Тебе скоро понадобится новая работа.
- Да…
- Саш, ты говорила, что с детства увлекаешься пением, так? И голос у тебя хороший. Мне кажется, я знаю, к кому тебе стоит обратиться, чтобы твой талант не пропадал зря…
___Ключик повернулся и перед Сашей распахнулась дверь в новый мир.
 

Night rain

Ословед
часть первая

_______...Книги. Десятки, сотни книг стояли на полках. Запах библиотеки каждый знает с детства – даже у человека, редко читающего, этот бумажный аромат вызывает теплую ностальгию. Ну а в Городе, где литература практически отсутствует, это чувство возрастает в разы. Некоторые (из тех, кто недавно Здесь) ухмыляются разговорам о том, что почитать в Городе нечего совершенно, и со скептической усмешкой направляются к ближайшему ларьку. Обычно, не приходится долго ждать разочаровавшегося новичка – в лучшем случае под обложкой скрываются нечитаемые иероглифы, чаще просто пустая бумага. Я взглянул на Александра – он тоже смотрел на стеллажи с восторженным видом, словно не работал здесь много лет, а попал сюда впервые. Впрочем, следует заметить, Алекс учился на филолога еще Наверху, трепетное отношение к литературе – часть его профессии, да и его характера тоже.
_______Александра мы встретили позавчера, почти сразу же после ухода Джеффа. Тот сатанист, что разговаривал с ним, предупредил Алекса о встрече, поэтому наш проводник в "Magna Librorum Copia" уже знал о том, что мы близко знакомы с Джеффом. Александр не походил на других сатанистов – высокий, лет 35и, в квадратных очках с аккуратной бородкой, он больше был похож на преподавателя в вузе, из тех, что рассказывают о своей науке с горящими глазами, и окружающий мир замечают лишь при необходимости. Впрочем, два дня назад это не помешало ему драться наравне со мной... Но, стоит рассказать все с самого начала.
_______...Буквально через несколько минут после знакомства, к нам подошел еще один сатанист. Как он сказал, Джефф просил передать, что задержится еще на пару часов, а значит, мы можем не торопясь осмотреть библиотеку. Почему мы не поняли тогда, что это ложь? Возможно потому, что и я и Никс уже сильно устали. Я не спал уже дня три, а во сне я все-таки иногда нуждаюсь, а на Никс странно повлияла встреча с той пятеркой. Впрочем, она итак еще слишком доверчива.
_______Итак, мы общались с Алексом, осматривали книги и пытались найти хоть что–то связанное с рунами на моем плеере (здесь, кстати, я его снял и через некоторое время чувствовал себя нормально без постоянно звучащей музыки). Через некоторое время наш путеводитель нашел одну интересную книгу—в ней были изображения первых трех иероглифов и описание еще нескольких. Как говорилось в этом старом фолианте, эти руны — очередная попытка выхода из Города. Очередная неудавшаяся попытка–все эти иероглифы должны были только помочь в поисках выхода, но знание о некоторых из них было утеряно, вместе с надеждой выбраться для их создателей. Сохранившиеся три иероглифа способны были на некоторые «фокусы», но не более того. Информация в книге о том, что сохранились три руны, сходилась со словами Грея (об имени монстра мне рассказала Никс). Однако он говорил о том, что их было семь. «Носителя» одной из них он убил сам… Но на плеере только пять символов! Еще одна игра? В первые минуты после этой мысли я хотел найти недостающий знак. Но затем, сообразил, что это не поможет ничем, лишь добавит новых вопросов, которых и так невпроворот.
_______В памяти отпечаталось, что Никс тогда громко окликнула нас — она нашла какой–то старый учебник, В котором упоминалось исчезновение людей. Александр рассказал, что из-за этой информации его и запретили – люди пропадали всегда, но никто на это не акцентировал внимание – мало ли маньяков бродит по планете? А тут какой-то историк вдруг заикнулся, что и в нашей стране есть неразгаданные преступления, в стране, которая так близка от светлого будущего!
_______Никс вспомнила тот сайт, некоторое время обсуждали, почему только один человек во всем мире додумался собрать документы о пропажах и проанализировать их? После недолгой полемики вернулись к изучению учебника – читали про революцию, свержение старой власти… Замечательно помню то мгновение–перевернув страницу–увидели надпись–«–нимает воззвание к стране…», и кто-то продолжил эту фразу вслух, правда, искаженно, вместо «всю власть Советам!» сказали «всю власть Совету!». Мы подняли глаза. Пять вооруженных сатанистов стояли, напротив нас, направив дула пистолетов и автоматов на нас. Похоже, почти полное совпадение фазы было очередной ухмылкой Города (судьбы, как говорят Сверху)–по лицам, не обремененным интеллектом, было видно ,что специально они договорить фразу из книги явно не могли. Впрочем, это нас и спасло — изумленные солдаты смотрели, как троица напротив них тычет в них пальцами и хохочет. Подобного они явно не ожидали и столпились, закрывая возможность стрельбы нескольким из них. Мы с Алексом ударили одновременно. Я не привык драться с людьми, особенно вооруженными, однако в этот раз все сложилось идеально. Находящиеся сзади сатанисты попытались атаковать, естественно никак не скоординировав свои действия. Пока передняя пара сатанистов падала (один, потому что у библиотекарей, оказывается, тоже есть клинки, а второй из-за того, что глаза–слабое место и у людей), я оттолкнул Никс в сторону и побежал вокруг оставшихся троих. Если честно, я не умею останавливать время, или крутить умопомрачительные сальто, но часто оставаясь один, научился «танцевать». После мне показалось забавным, что удар ногой в спину произошел автоматически – подсознание помнило, на какой высоте у местных Псов находится морда. Случайная пуля ранила еще одного сатаниста, ну а последнего мастерски отрубил Алекс (я потом долго пытался узнать, где библиотекарь так научился драться.)
_______Спрятавшись за стеллажами, пытаясь отдышатся, мы накидали план действий. Идти за Джеффом было бессмысленно–со стороны входа в библиотеку слышались бесконечные автоматные очереди. Через несколько минут послышался металлический грохот – по славам Александра, кем-то из библиотекарей были опущены ворота – через два дня они поднимутся автоматически. Подобные «революции» уже происходили на Шпиле, и обычно утихали за пару дней. Это и послужило причиной создания тяжелых чугунных плит, намертво закрыв проход со станции входа. Мы решили углубиться в коридоры "Magna Librorum Copia", в служебных помещениях можно отдохнуть и поесть. Все равно, выбраться отсюда еще 48 часов не представляется возможным. Мы с радостью последовали за ним.
_______Александр ушел на совет к остальным библиотекарям, Никс уснула почти мгновенно (я никак не мог привыкнуть, что ей нужно спать каждую ночь) , а я прислонился к одному из многочисленных стеллажей и достал mp3–шник. И оказался прав–через несколько минут руны привычно зашелестели и на холодном металле появились царапины «Ты ничего не забыл?». Сволочи, подумал я, они действительно играют нами! Но искать сейчас «бред» я не собирался – мне тоже хотелось выспаться.
–Надеюсь, с Джеффом все в порядке – тихо произнес я и уснул прямо в читальном зале…
 

    Godless

    очки: 8
    кул=)мирк не робит:(
____Лес, по которому я брёл, оказался настоящим лабиринтом. После спуска с одного холма мне приходилось идти по усыпанной мусором низине, а затем меня встречал новый холм, от постоянных подъёмов и спусков ноги быстро уставали. В мои планы не входило заблудиться, поэтому, я начал вырезать острым камнем на иссохшей коре отметины, однако вреда от этого оказалось больше чем пользы. В какую бы сторону я не шёл, какая-то неведомая сила заставляла меня делать круг и возвращаться к своим же отметинам. Я подумал, что криво вырезанные мной знаки могли быть какими-то проклятыми символами, эта мысль позабавила меня некоторое время, а потом была благополучна забыта. Идти становилось ужасно сложно, ковёр гнилых листьев скрывал под собой стволы поваленных деревьев и корни, которые кажется, намеренно вылизали из земли. Ноги то и дело спотыкались о скрытые препятствия, иногда после этого меня ожидало болезненное падение. В туфли всё время забивались мелкие камушки, которые всё время причиняли раздражающую боль. Я напрягал свой слух и зрение, однако это не давало никакого эффекта, вскоре потерялось даже чувство времени, и я уже не мог сказать, как долго нахожусь в лесу.
____Я в очередной раз добрался до отметин на дереве но, решил не останавливаться, а идти дальше. Я шёл по уже знакомым местам и довольно неплохо спровлялся со всеми препятствиями, как вдруг что-то привлекло моё внимание и я резко остановился. Несколько секунд я пытался понять, что же изменилось в этом монотонном лесу и наконец понял. Мой путь преграждало очень странное дерево, которого определенно небело раньше. Оно не было сломано, зато было очень уродливым и гнутым. Это растение, как будто было вырвано из сна какого-то безумца. С пол метра ствол выглядел нормально, однако сразу после этого, он гнулся почти на девяносто градусов. Ветки дерева протыкали лиственный покров, как иглы, те же ветви, что не смогли пробиться под землю, как змеи, расползлись по лиственному ковру в разные стороны. Столь странное дерево не вызывало доверия и я не задумываясь решил обойти его. Я начал медленно обходить дерево, В любую секунду могло что-то случиться и, я хотел быть готовым к этому.
____Я попытался сделать шаг, однако нога отказалась отрываться от земли, подошву ботинка как будто прибили гвоздями. Рыская глазами в поисках ловушек, я даже не понял, когда угодил в одну из них. Рукой, я разворошил листья и увидел, что моя нога погрязла в какой-то грязи. Схватив ногу руками, я попытался вытащить её, но тем самым только ухудшил ситуацию. Вырвав ботинок из крепкой хватки, густой, как смола, грязи, я попытался убраться подальше от этого места, но не сумел и, потеряв равновесие, упал на лиственный ковёр, который защитил меня от удара. Только теперь я заметил, что моя левая нога была почти по колено утоплена в этом жалком подобии зыбучих песков. Нога всё больше и больше уходило под землю, а та скорость с которой это происходило, мешала сосредоточиться и очень пугала меня. Каждая моя попытка вытащить левую ногу, заканчивалась большим её погружением в грязь. Осознав, что я только делаю хуже, я на какое-то время прекратил попытки вытащить ногу и начал искать другой выход из этой ситуации. Размышления не забрали много моего времени и, уже через пол минуты я силился дотянуться рукой до веток уродливого дерева.
____Схватившись обеими руками за ветку, которая больше напоминала мёртвую змею, я наконец смог продвинуться в собственном спасении. Успех был не долгим, потому что уже через пару секунд я понял, что мой ботинок не просто застрял в грязи, но ещё и запутался в чём-то. Я вполне мог застрять в толстых корнях дерева, однако единственной ассоциацией в тот момент был огромный червяк. Уже через пару секунд мне начало казаться, что меня определенно тянут вниз, я запаниковал. От отвратительных ощущений по телу поползли мурашки, а нежелание закончить жизнь под слоем грязи заставляло меня с новой силой ползти вперед. Некоторое время борьба с воображаемым монстром шла с переменным успехом, однако, сделав последний рывок, я смог вырвать ногу, правда мне пришлось пожертвовать ботинком, который уже через несколько секунд, скрылся под слоем грязи. Освободив ногу, я прополз ещё метров десять, перед тем, как встать на ноги. Теперь направление моего движения занимало самую нижнюю строчку в списке вещей, на которые я должен обратить внимание, мне просто хотелось убраться подальше и неважно куда.
____После нескольких минут бега я обессилил и буквально свалился на землю, жадно хватая ртом воздух. Используя остатки своих сил, я поднялся на ноги, опёрся спиной на ствол одного из уродливых гигантов, и начал думать стоит ли мне взбираться на очередной крутой холм или идти обратно. Очень тщательно я рассматривал каждую деталь открывшейся передо мной лесной картины, беззвучной и недвижимой. Листва под деревом зашевелилась и, это сразу же привлекло моё внимание. Несколько секунд ушло, чтобы распознать нечто, вылезшее из-под толстенного слоя листьев. Чёрное как смоль насекомое, около двадцати сантиметров в длину, находилось всего в нескольких метрах от меня и кажется, совсем меня не замечало. Пробивающийся сквозь ветки мертвых деревьев, дневной свет отражался от панциря насекомого, и это только придавало ему омерзительности. Я всегда боялся насекомых, особенно таких больших, но когда жук задергал своими странными антеннами и повернулся в мою сторону, меня охватил настоящий ужас. Я с трудом смог выдавить из себя крик, который пронзил тишину леса, как молния пронзает небосвод во время шторма. Рука машинально потянулась в карман за револьвером. Не тратя много времени на прицеливание, я выстрелил в насекомое. Выстрел поднял в воздух сноп листьев, когда же они опустились, я нигде не смог увидеть причину моего недавнего страха. Я подошел к месту, на котором недавно видел отвратительное насекомое, и стал рыскать глазами в поисках разорванной тушки, однако не смог найти ничего. На какое-то мгновение у меня возникла мысль о том, что жука не было с самого начала, а произошедшее является плодом моего бурного воображения, однако я быстро пресёк эту идею, не желая признавать себя сумасшедшим. Я сделал несколько неуверенных шагов назад, а затем, ускорив шаг начал уходить вверх по холму от этого проклятого кем-то места. Взобравшись на вершину холма, я снова бросил взгляд назад, в надежде увидеть в траве мёртвого жука, однако мои ожидания не оправдались. Я не знал, в какую сторону идти теперь. В ожидании какого-то чуда, я топтался на месте, пока моя нога не запнулась об очередной корень. Не удержав равновесие, я покатился по слону холма.
____Голова сильно кружилась, поэтому встать было довольно непросто, но когда я это сделал, мгновенно впал в ступор, не веря в реальность происхождения. Прямо передо мной тянулась лента дороги, которая как граница отделяла владения леса от владений города на другой стороне. У меня возникло ощущение, что лес выкинул меня, как ребёнок выкидывает наскучившую игрушку, однако я даже был рад этому. Опустевшие здания безразлично смотрели на меня своими пустыми глазами, но я всё равно был чертовски рад увидеть их вновь.
 

    Rock4ever

    очки: 24
    Куда ж ты пропал? Возвращайся скорее ;)
В Пустоте. Больница.

_____Подъем с глубины сходен пробуждению после сильнейшего наркоза - к тебе постепенно возвращается слух, зрение - мутная картинка, стоящая перед глазами постепенно фокусируется. Помутнение, вызванное сильным давлением, спадает. Ты начинаешь чувствовать свое тело.
Даже не пытаясь пошевелиться, я слепо взираю на грубо выбеленный полоток больничной палаты. В голове нет ни единой мысли. Я опять в Пустоте... Глаза начинают слезиться, тяжелеющие веки медленно опускаются.
_____В сознании тут же услужливо всплывает холодная пелена дождя, красный отблеск светофора, яркий свет фар, металлический удар, словно взрыв внутри моего тела, хруст костей и жуткая боль в груди... Пытаясь отогнать нахлынувшее воспоминание, я с усилием мотаю головой: резкий укол боли словно тупая игла пронзает онемевшую шею. Какое-то время я лежу, собираясь с силами, тяжело дыша и представляя как теперь выглядит мое тело со стороны - словно чудовище доктора Франкенштейна, грубо сшитое по частям и скрепленное металлическими спицами и болтами. Раздробленные кости рук и ног пронизаны растягивющими их штифтами элизаровского аппарата, из горла торчит шланг, подключенный к установке искусственного дыхания, шея и торс нарепко закованы в жесткий гипсовый корсет. Из-под него, словно скопище склизких белых червей, прогрызших себе уютное гнездо в чреве покойника, тянутся толстые трубки дренажей, выкачивающих кровь и сукровицу из внутренних органов, наполовину замененных искусственными аппаратами по очистке крови. Из вспухшей вены скромно торчит кнопка катетера, к которой присоединена капельница с физраствором.
Но я жив, а это главное! Проваляюсь в больничке пару месяцев, приведу голову в порядок, вылечусь, похожу ещё полгода на какие-нибудь восстановительные процедуры, устроюсь на новую работу, налажу связи, а там глядишь и поквитаюсь с той мразью, сбившей меня. Жизнь наладится... Или нет... А разве может несчастный, с разорванными легкими называться полноценным человеком, разве может овощь с неработающими почками жить нормальной жизнью, не зависящей от установки по очистке крови... Можно сделать операцию, пересадить себе новые органы или заменить их на искусственные. Но откуда мне, будучи прикованным к кровати и не имеющим ни друзей, ни родственников достать такие деньги...
Мимолетная радость того, что я все ещё жив, моментально сменяется безысходной тоской и страхом от осознания того, что я навсегда останусь изувеченным инвалидом, живым трупом, не мыслящим себя без всех этих приспособлений.
_____Когда болезненная пульсация в шее прекращается, я осторожно приподнимаю голову и, скосив глаза вниз, изучаю свое тело. Не видно ни трубок, ни бинтов, ни спиц... С души словно обрушивается целая скала, утягивая следом вагон надуманных проблем. Все ещё отказываясь верить своим глазам, я приподнимаю одну руку, другую, затем шевелю большим пальцем на ноге, медленно поворачиваю голову, разминая затекшую шею. Моему ликованию нет предела. Радость переполняет меня, словно живительная влага старый высохший сосуд. Расстегивая непослушными пальцами пуговицы на пижаме, я с удивлением провожу руками по груди - ни единого шва, ни единого шрама, которые неизбежно должны были остаться после успешно проведенной операции. В том, что эта операция все же была, я не сомневаюсь ни на секунду - после такой жуткой аварии полностью восстановить организм без хирургического вмешательства попросту не возможно.
Решая повременить с многочисленными вопросами, роящимися в моей голове, я оглядываюсь по сторонам в поисках кнопки экстренного вызова врача.
_____Просторная больничная палата, обставленная кроватями с панцерной сеткой, сквозь задернутые занавески пробивается тусклый свет. На улице опять идет дождь. Кажется в палате кроме меня никого нет. Глаза постепенно начинают привыкать к мраку...
Заклееные газетами окна, непонятные желтые пятна поверх облупившейся штукатурки, шелушащаяся краска на болотного цвета стенах, прогнувшиеся кушетки с драными матрасами на них, запах спирта и грязных тряпок. Я с отвращением оглядываю мерзкий клоповник, больше похожий на бомжовский притон. О таких "больницах" я слышал немало историй, которые никогда не расскажешь за обеденным столом в кругу семьи.
Помесь вытрезвителя, дома для больных холерой сирот и бесплатной больнички для бедных какого-нибудь провинциального городка, куда привозят искалеченных, изуродованных страшными болезнями беспризорников, подобранных в грязных подворотнях.
В идеале им здесь должны предоставлять бесплатное медобслуживание, заботится о них, выхаживать, безболезненно отправлять в последний путь... На самом деле такая "больница" - огромный могильник, рассадник всевозможной заразы, место, куда заранее запихивают весь сброд, чтобы потом не подбирать его мертвым на улицах. Если не хватает свободных кушеток, людей "складируют" прямо на полу в коридоре. Врачи, которые по мере своих возможностей должны облегчать последние страдания больных, появляются в здесь в лучшем случае дважды в неделю. На их лицах белые маски и респераторы, на руках - толстые резиновые перчатки. Переступая прорезиненными сапогами через изъеденные болезнями трупы, они собирают их и, побросав на тележку, выносят в крематорий, который находится в соседнем здании. Попасть в такое место - значит быть обреченным если не медленную и мучительную смерть, то на пожизненное приобретение целого букета заболеваний.
_____Но как, черт возьми, здесь оказался я? Хотя не удивительно - нашли наркоманы посреди дороги изломанное тело, естественно не проверили - осталась ли в нем жизнь или нет, обчистили до нитки. Бумажник, паспорт, ключи, одежду - все туда же... Даже часами дешевыми не побрезговали. В квартиру наверняка залезли - адрес ведь в паспорте указан. Так позже и нашли на улице еле живого человека без имени, без одежды, без денег, без удостоверящих личность документов. А таким дорога одна...
Но тогда как смогли в этой кунсткамере поднять на ноги, буквально выдернув с того света, фактически обреченного человека? Возможно ли вообще такое?
Вопросы, вопросы....
Ещё раз оглядев палату, я понимаю что ответы на них сами просто так ко мне не явятся и, недолго думая, начинаю осторожно слезать с кровати...
 

    Rock4ever

    очки: 22
    Гони пост, зараза!:megalol: Каталку в президенты!

Zara

Ословед
Пока Урса осуществляла свою потребность в любви с пернатым, мы с психом старались не смотреть туда – пусть для Урсулы все было в дымке любви, выглядело со стороны омерзительно. Дон Кихот накручивал свои смешные итальянские усики, а я достала книжку из сумки. Ту самую книжку, которую стащила, сама не знаю зачем, у сатаниста.
-Что это? – Спросила я у психа, протягивая ему. – Прочитай?
-Ты не умеешь читать, кроха? – Ласково спросил он. Мне захотелось шваркнуть его чем-нибудь тяжелым.
Я не умела читать. Папа несколько раз хотел научить меня, но ему всегда недоставало времени.
А потом он ушел, чтобы найти нам еду. Сейчас мне казалось, что с того дня прошло не меньше ста лет. А это было – ну, не знаю – пару недель назад? Тут сваливать на город бесполезно – время, насколько мне рассказывали, всегда подобные вещи выделывает.
Так или иначе, я видела перед собой белые страницы, а какой-то жалкий всклокоченный псих вполне осмысленно прочитал:


«Алиса в Стране Чудес…» Ее принес мужчина. Я не знаю, кто это был – медсестры не сказали. Он пришел тогда в первый раз - и стал приходить несколько раз в месяц. У него было сумасшедшее лицо. Он приносил с собой целый мешок разных вещей, и веселил детей в больнице. Медсестра сказала, он святой. Сказала, дети почти всегда после его прихода поправляются. Все его любили.
Он доставал из мешка птиц, рыбок и кроликов. Поставил мне аквариум возле кровати – он не знал, что я не люблю рыб.
А в тот, самый первый, день, он читал книжку. Вслух. «Алиса в Стране Чудес».
Я старалась изо всех сил. Слушать. Но у меня не выходило – я стала засыпать. Потом медсестры сказали, что это чудо – я в первый раз заснула без снотворного, к которому пристрастилась.
Еще одно чудо было известно только мне. В ту ночь мне в первый раз приснился с о н. Настоящий сон. А я уже забыла, что это такое.
Но чудеса никого не удивляли. Ведь они всегда происходили с его появлением. Ведь он был святой. И еще – на полставки – фокусником.


Дон Кихот не успел прочитать мне первую страницу, как я услышала шлепок. Надо же, крысы тоже умеют давать пощечины! Ворон улетел, по-моему, матерясь на своем вороньем языке, и с него медленно опадали перья.
-Урс, ты в порядке??? – Крикнула я ей. Ну, потому что морда у нее была расстроенная. Я это сразу заметила. А эта дурочка развернулась и побежала в сторону жилого квартала.
Нет, ну просто истеричка влюбленная!
-Бегом. – Я схватила Дон Кихота, он схватил сумку, и мы побежали за ней. Я уже привычно волочила за собой мужика, потому что он был легче Урсы, а я привыкла носить ее на руках. Избаловала, наверное. Нормальная крыса ни за что бы не побежала от хозяйки.
Нормальная крыса ни за что бы не забежала в какой-то полуразваленный дом, у которого по самому центру была огромная расщелина – как будто великан пытался разделить его напополам.
Нормальная крыса не сумела бы вызвать лифт, нажать на кнопку и поехать наверх, оставив нас с Дон Кихотом на сырой пропахшей кровью лестнице.
-Я проголодался. – Неожиданно вспомнил псих, разглядывая надписи на стенах и разбитые почтовые ящики. Я покрутила пальцем у виска и полезла вверх по лестнице, рассчитывая, что услышу, на каком этаже будет плакать Урсула. Пока я поднималась, пыталась придумать, как утешать крысу от несчастной любви.
Я шла по лестнице и радовалась, что не умею читать – надписей становилось все больше, кто-то даже написал фломастером что-то на голом трупе, лежащем на полу в луже чего-то фиолетового.
-А вдруг там написано: я живой, я только притворяюсь? – Сказал кто-то у меня возле самого уха.
Ох, это было страшно. Я завизжала и прыгнула в сторону, и каким-то образом слетела с лестницы.
И полетела вниз. Я летела, а с двух сторон проносились лестничные пролеты, и я еще удивилась, как я успела так высоко подняться. Я летела, и костерила того, кто имеет привычку подкрадываться и говорить что-то под ухом у маленьких девочек.
Я летела, и думала, что я лечу уже несколько минут, а мое падение все не кончается.
А потом я уже просто летела и пыталась сообразить – что это за чертовщина, у этой лестницы вообще нет конца, что ли????
А потом до меня дошло – я попала в какое-то искажение, туннель, возможно – шахту лифта – меня просто переместило прямо на лету, и непонятно теперь, сколько дней – если повезет – продлится все это, прежде чем я шлепнусь где-нибудь на юго-востоке города в центре – если не повезет - крысиной возни.
И вот тогда-то я упала на что-то мягкое.
Что-то мягкое оказалось с бородой, и еще оно сказало:
-Ой.
А потом, расстроено:
-Я не умер.
-Сочувствую. – Буркнула я, слезая с Дон Кихота. – Как ты здесь оказался?..
-Пошел по стрелочкам и надписям на стене. – Сказал он, печально осматривая сломанный палец. – Даже не болит, - пожаловался он и стукнул его об пол. – Уй!!!! А ты как сюда попала?
-Через искажение.
Мы оба задрали голову кверху. Над нами был обычный потолок, без всякого намека на туннель. Только на потолке маркером была нарисована огромная грустная рожа.
-Та-ак. – Сказала я, осматривая комнату. Четыре стены и дверь. – И что надписи на стенах говорят?..
-«Встань на четвереньки и посмотри в мышиную норку». – Прочитал он. – «Ваня козел е@ый»
Чувствуя себя неудачником, я встала на четвереньки перед норкой. В ней жила по-настоящему маленькая мышь, а не то что наша крыса. Я приблизила к ней глаз и в него кто-то вцепился.
-АААААААА! – Бить себя по глазу было бессмысленно, именно поэтому так и сделала. Что-то отвалилось, как мне показалось, с глазом, но потом это ощущение прошло.
-«Ну ты и дура». – Прочитал Дон Кихот. Я пнула его в ногу со всей дури, и он упал, хныкая, что «юное создание сегодня просто совсем окрысилось». Я нагнулась, чтобы посмотреть, кто это вцепился мне в глаз. Ожидала увидеть насекомое, но вместо этого увидела маленькую, с ноготь, бутылку из-под пива.
-«Выпей меня», - подполз и прочитал Дон Кихот, которому так понравилось читать, что он уже читал все без разбору.
-Ага, щаззззз. – Я подняла бутылочку и швырнула ее в стену с мышиной норкой. На месте, где она разбилась, кирпичи стали шипеть и дымиться, с жутким запахом, капелька жидкости из бутылочки проела дыру размером с холодильник. Там, за стеной, оказалась площадка, очень похожая на площадку для посадки вертолетов. Наверно, потому что на асфальтовом полу был нарисован краской большой круг с крестиком в центре, а сбоку нарисованы маленькие вертолетики.
В центре круга сидел человек. Вроде – живой. Вроде даже – безвредный. Но на всякий случай я пустила вперед Дон Кихота. Дура – думала, он подойдет да разведает, вместо этого он побежал сбрасываться с крыши.
-Извините. – Рискнула я подойти к мужчине. Он поднял на меня глаза из под берета, разукрашенного во все цвета радуги. В руке у человека была пластиковая штука, полупрозрачная, внутри все булькало, а шланг от штуки человек подносил ко рту и курил. – Простите, вы не видели здесь крысу такую… большую?
-Она очень спешила. – Сказал мужчина задумчиво, устремив голубые глаза к небу. Он сидел в позе лотоса и молчал, пока я снова не заговорила:
-И куда она пошла???
-Смотря откуда смотреть.
-Ась?!
-Если я встану на твое место, а ты на мое, то она побежала влево. А если я вернусь на свое место, а ты встанешь обратно туда где ты стоишь, то тогда она побежала вправо.
-Хм…
-Эй, девочка, хочешь грибы? – Вдруг засмеялся он. Я подозрительно посмотрела – он протягивал мне два гриба на ладони, один – красный, другой – синий. Есть я вообще-то хотела, а запасов было не много. С другой стороны, кто в городе станет отдавать другому еду?
Потом попробую сначала на Дон Кихоте, решила я, и потянулась, а он покачал головой:
-Нет, ты выбери какой-нибудь один. Ведь так все и получается, да? Выбираешь что-то, на свой страх и риск, и твоя судьба начинает двигаться в совершенно другом направлении… Вот сейчас, возможно, ты держишь в руках свою судьбу… ой, черепахи полетели. – Улыбнулся он. Я повернулась, чтобы увидеть черепах, но там был только Дон Кихот, вопящий и болтающийся над пропастью в сорок два этажа, зацепившись шарфом балку из разлома дома.
Когда я повернулась назад, мужчина исчез, оставив возле моих ног синий гриб, а в перекрестье для посадки вертолетов стояла Урса с виноватым видом.
-Чертов город… - прошипела я.
 

    Night rain

    очки: 15
    Ты великолепна! :)
В Пустоте. Тьма.

_____Тело все ещё жутко ломит, ноет каждый сустав, в висках мерно пульсирует боль. Превозмогая слабость в ногах я, опираясь то на металлические штативы капельниц, то на спинки кроватей, медленно иду к выходу. Подойдя к порогу, я напоследок оглядываюсь назад - кажется здесь кроме меня действительно никого нет.
Толкнув дверь, я выхожу из палаты. Справа и слева и от меня тянется уходящий во тьму коридор, заколоченные и закрытые металлическими листами окна. Особого выбора у меня нету и я, решив в случае чего вернуться назад к своей палате, иду налево.
Разбитые плафоны ламп уныло покачиваются под потолком на выдранных проводах, под ногами хрустит обвалившаяся штукатурка и влажно хлюпают какие-то мокрые тряпки.
Затхлый воздух становится все гуще, мешая сделать полный вдох. Обходя стоящие возле стен металлические каталки и перевернутые инвалидные кресла, я медленно продвигаюсь вперед. Обшарпанные двери больничных палат проплывают мимо меня. На половине из них нету ручех, а те, на которых они есть, не желают открываться. Сквозь заколоченные окна пробиваются тонкие лучи света, не давая отчаянию овладеть моим существом. Мои глаза уже настолько привыкли к темноте, что даже этого скудного освещения хватает, чтобы увидеть впереди двойную металлическую дверь выхода из отделения. Она оказывается запертой. Перед тем как повернуть назад, я ещё несколько раз сильно толкаю закрытые створки - с обратной стороны гремят железные цепи, обмотанные вокруг ручек.
Плюнув от злости, я возвращаюсь назад и, боясь пропустить приоткрытую дверь своей палаты в этом бесконечном коридоре, до боли в глазах вглядываюсь в темноту.
В спертом воздухе незаметно появляется незримая дымка чьего-то присутствия. Словно кто-то невидимый бесшумно скользит во мраке за моей спиной, подбираясь все ближе и ближе...
_____Когда мне начинает казаться, что я уже прошел нужное место, из сумрака, словно люк затонувшего корабля, всплывает проем распахнутой двери. Странно, мне казалось, я прикрыл её, когда выходил... Сквозняк наверное.
На всякий случай я заглядываю в комнату - вроде бы все так же, как и было. Тот же штатив возле кровати, на которой я очнулся, то же зашторенное окно... Но тут мой взгляд натыкается на новую деталь, которую я не заметил раньше. Мое внимание приковывает стоящая возле самого окна просевшая кровать. В пыльном полумраке мне кажется, что на ней кто-то лежит, накрытый наволочкой с бурыми пятнами. Или это просто скомканное грязное белье... Отсюда не разглядеть.
Стараясь не шуметь, я аккуратно закрываю дверь и отступаю в темноту коридора. Периодически оглядываясь назад и отказываясь объяснить самому себе чувство смутной тревоги, черной тенью нависшее надо мною после привидевшегося морока, я медленно иду в дальнюю половину отделения.
В спертом воздухе появляется приторный запах гнили. Голова кружится, меня начинает мутить. Чем дальше я прохожу по коридору, тем сильнее становится тошнотворный запах, вытягивая мои силы и мою решительность.
Не желая даже представлять себе, что может издавать такую отвратительную вонь, я нерешительно останавливаюсь. Вокруг сгущается непроглядная тьма. Ноги начинают дрожать и отказываются ступать вперед. Тревожный голос в голове твердит, что идти дальше опасно, что риск неоправданно велик, а в такой темноте все равно не удастся ничего разглядеть. Но другая моя часть, не обращая внимания на все разумные доводы, тянет меня вглубь, во тьму....
_____Внезапно со стороны своей палаты в тишине темного коридора, нарушаемой лишь моими осторожными шагами, я ясно слышу отчетливый хлопок, словно с силой распахнувшаяся дверь ударилась ручкой о стену, осыпав на пол кучу отслоившейся краски. Резко обернувшись, я прижимаюсь к стене.
Дыхание замирает, сердце бьётся всё громче и громче.
Мои глаза широко открыты, и взгляд блуждает во тьме коридора.
В груди поселяется что-то щекочущее, то давящее изнутри и распирающее рёбра, то сжимающееся вдруг в беспокойный комок и льнущее к тяжело стучащему сердцу…
Это сквозняк, всего лишь сквозняк. Действительно, все от ветра - вон сколько щелей в наспех заколоченных окнах. Так и свищет... Вот дверь моей палаты и распахнулась... Уже второй раз.
Насколько далеко я успел отойти от нее?
Уши обрели волчью чувствительность и даже малейший шум теперь не остается неуслышанным.
На миг мне кажется, будто из невидимой глубины коридора доносится едва слышный шорох.
Я врос в стену, став с ней единым, её цельной частью. Но сколько я не вслушиваюсь, пытаясь понять, что скрывает от меня темнота коридора, больше не слышно ни звука. Показалось?
Страх начинает постепенно спадать, оставляя за собой лишь учащенные удары сердца, разрывающие образовавшуюся тишину словно тревожный барабанный бой.
_____И в этот самый момент, когда вера в хозяйничающий здесь сквозняк уже занимает свое место на полочке моего сознания, обостренный слух выхватывает из темноты постепенно нарастающий мерный звук, от которого кровь стынет в жилах, а в сердце капля за каплей начинает просачиваться черный холодный ужас.
С другого конца коридора, там, где остался замотанный цепями выход из отделения и комната, в которой я пришел в себя, думая что все будет хорошо, раздается приближающийся топот, словно кто-то что есть мочи несется на меня из темноты. Внутри меня словно что-то оборвалось.
Это и есть та последняя ниточка, удерживающая сознание адекватного здравомыслящего человека на грани рационального спокойствия, не давая рухнуть ему в преисподнюю животного ужаса...
Больше не отдавая себе отчета в том, что делаю, я что есть мочи рвусь в непроглядную тьму коридора, где не видно даже спасительных лучиков тусклого света. Не обращая внимания на втыкающиеся в босые ноги острые кусочки обвалившейся штукатурки вперемешку с чем-то, похожим на инъекционные иглы, я сломя голову бегу вперед, спасаясь от невидимого преследователя.
К моему ужасу, топот за спиной становится только ближе. Тьма вокруг становится абсолютной, не видно уже ровным счетом ничего, и от этого возникает ощущение, будто мое тело исчезло, растворилось во мраке. Я опять в том сне, когда за тобой гонится нечто неосязаемое и бесформенное, а ты, не находя в себе силы обернуться назад, двигаешь ватными ногами, пытаясь бежать, но все твои движения словно в замедленной съемке - мучительно медленные и неэффективные, а воздух, словно вязкая смола обволакивает тебя, сковывает по руками и ногам, не давая ни единого шанса; твое тело раздирают на части безжалостные клыки, с которых капает кипящая слюна, а из глотки за доли секунд до спасительного пробуждения рвется предсмертный вопль отчаяния...
_____"Больше всего человек боится неизведанного, которое ему неподвластно. Чтобы перебороть себя, ты должен взглянуть в глаза своему страху." - всплывают в моем затуманенном ужасом сознании слова какого-то древнего мудреца, чье имя было утеряно в веках так же, как и мое. Такие казалось бы, правильные, нужные и подходящие слова. Но когда ты уже находишься на грани необъяснимого безумия и готов обделаться в штаны, ползая по шею в дерьме, или бежать хоть на край света, чтобы только отделаться от демонов, преследующих тебя, грош цена этим словам.
_____Продираясь сквозь полчища неясных черных тварей, цепляющихся своими когтями за мою пижаму, я, уже не различая где явь, а где моя сознательная больная выдумка, несусь вперед, туда, где разрывая темноту виднеется слабый отсвет электрической лампочки, из-за угла очерчивающий неровную грань между светом и тьмой.
Шаги преследователя слышны прямо за спиной. Или это гулко стучит кровь в ушах?
Едва не опрокинув в темноте стоящую поперек коридора каталку, я, не вписавшись в поворот, на полном ходу влетаю в стену и, не обращая внимания на пронзившую плечо боль, вваливаюсь в круг света. Под потолком, одиноко покачиваясь, светит пыльная колба электролампочки, отбрасывая по углам неясные колеблющиеся тени. Двустворчатая дверь, ведущая в другое отделение, крест-накрест заколочена трухлявыми досками. Это тупик. И лишь на правой стене, прямо под лампочкой, которая словно акцентирует мой единственный выход, темнеет дверной проем.
_____Необъяснимое желание хоть глазом увидеть преследователя, смешанное в ледяной коктейль с диким ужасом, заставляет меня остановиться в двух шагах от спасительной двери. Неизвестный совсем близко, и его шаги уже слышны за поворотом. Ослабевшие колени не просто дрожат, а ходят ходуном так, что мне приходится ухватиться за дверной косяк. Мгновения до того момента, когда я наконец столкнусь лицом к лицу со своим преследователем, мучительно растягиваются в целую вечность.
И когда мне кажется что я больше не выдержу, металлическая каталка, наполовину выкатившаяся из-за угла, с чудовищным грохотом переворачивается и с силой ударившись о противоположную стену, разваливается на части....
 
- Догонялки – игра на время, - говорил мне когда-то Инкогнито. – Бегущему дается срок в 24 часа, чтобы достичь своей цели. И, несмотря на то, что я сам это правило только что выдумал, я считаю ограничение по времени очень нужной штукой…
___Тогда я не придал значения этим словам, но сейчас, находясь в положении убегающего, начал осознавать всю суть этого мудрого правила. Не будь его, я мог бы уже привыкать к жизни больного гемофилией, преследуемого метателем ножей. Но, к счастью, все, что мне нужно, это продержаться сутки. Забег начался незадолго до рассвета, воздух был еще мутным от ночного мрака. Сейчас уже непроглядно темно. Осталось недолго, главное не сглупить и не влипнуть в неприятности… Там, на крыше, я сделал вывод – Инкогнито медленнее меня. Этот его хитрожопый метод перемещения вовсе не телепортация. Такое чувство, что ему удается на короткий период замедлить время, или выпасть из его течения. Или что-то еще. Но сам он при этом не может порхать, как бабочка, ему приходится преодолевать необходимое расстояние, возможно прилагая некие физические усилия. Да он и не молод… В итоге, он просто не может угнаться за мной, поскольку в состоянии, которое я воспроизвел из своего сна, я могу вытворять довольно рискованные трюки, сокращая свой путь, долго не устаю, да и бегаю с не свойственной мне скоростью. Плюс глаза, которые позволяют разглядеть каждый выступ, каждую трещинку, оценить расстояние, рассчитать усилие. Собрав все это вместе, я могу обогнать даже свой страх. Сейчас я слегка не рассчитал, бежал слишком долго. Усталость незаметна, пока я бегу, но стоит остановиться, и она сковывает грудную клетку, цепляет невидимые гирьки к рукам и ногам. И все же это гораздо лучше, чем приступы неконтролируемой ярости и последующая боль в качестве расплаты. Забравшись на металлический гараж, я приводил дыхание в порядок, на всякий случай, изредка вглядываясь в темноту позади. Ошибка номер раз.
___У меня есть фора. Сразу после нападения Инкогнито я попытался врезать ему по колену, но он снова пропал. Хотя, с другой стороны, я об этом ничуть не жалею. Не дожидаясь, пока он придет в себя и контратакует, я спрыгнул на балкон верхнего этажа и, наконец, смог спуститься на улицу. А там уж особенно не мудрил – просто ударился куда глаза глядят, изредка делая передышки. Бег оказался замечательной штукой. Не в плане пользы для здоровья и всего такого – просто период восстановления был безболезненным и относительно недолгим, если сравнивать с тем, сколько я мог бежать. Жаль, что и у него были свои минусы – как ни крути, я человек, и бежать быстрее лошади не смогу. А кто знает, какие тут водятся лошади… Да и в тесном или ограниченном пространстве он меня не спасет. Все же Инкогнито прав – скорость есть скорость, и решать все жизненные проблемы она не может. Вот если бы…
- Ты че там делаешь, [censored]?!
___Резкий, грубый крик снизу заставил меня вздрогнуть, а сердце сжаться от неожиданности. По спине от испуга пробежал морозец.
- А ну, [censored], слезай на [censored] оттуда!!
___Я обернулся на голос. Внизу стоял блатного вида мужик в спортивных штанах и засаленной «алкоголичке», поверх которой была накинута непонятного вида куртка, явно на пару размеров меньше. В силу этого гоп-переросток не стал продевать руки в рукава, а лишь накинул одеяние на волосатые плечи. Последний раз такое плечевое оволосение я видел в фильме «Чужой 4». Но это было не главное – самым неприятным было то, что мужик целился в меня из охотничьей двустволки.
- Я, [censored], кому сказал, [censored]?! Живо метнулся сюда, на [censored]!!
___В голове уже вертелись варианты отступления, но все они были обречены на провал. Даже если мне удастся избежать первого выстрела и соскочить на землю, то мне все равно некуда деваться. Я все это время старался держаться окраин и не углубляться в город, как мы делали с Инкогнито, так что, куда бы я не рванул, заряд дроби все равно будет быстрее.
- Ты глухой, [censored]?! Считаю до трех, на [censored], два уже было!!
___Не знаю, что заставило меня пойти на это – синдром жертвы, чмошный страх, который является главным оружием таких уродов или же страх вот так глупо проиграть. Я спрыгнул вниз. Ошибка номер два.
- Вот так сразу надо, броня, [censored]. Ты ваще кто такой, на [censored]?
___Я промолчал. Больно жирно.
- Немой что ли, [censored]?
___Бесконечный поток наездов начал утомлять. Я решил сразу избавить себя от проблем и просто кивнул.
- [censored] себе… Ты мне [censored] не неси! – он замахнулся прикладом.
___Я рефлекторно отдернул голову. Один удар и скорее всего пойдет кровь. Человеческий организм хрупкий и это раздражает…
- Дичь, [censored]… - бросил мужик. – Сюда иди, [censored].
___Он протянул ко мне грязную лапу. Сразу захотелось отшатнуться – в волосах на его руках виднелись проплешины. Еще не хватало подхватить лишай… Но он так и не опустил ружье, пришлось вытерпеть этот контакт. От мужика ощутимо воняло немытым телом. Вонь была настолько сильной, что на языке появилась горечь. Было противно даже стоять рядом с ним. Он втащил меня в гараж и прикрыл дверь. В зловонной темноте было слышно, как он шарится по коробкам, гремит железяками, грязно ругается сквозь зубы. Наконец он нашел, что искал. Негромко шурхнула спичка, и в темноте прорезался огонек масляной лампы. Он разгорелся смелее и осветил гараж изнутри. Старая металлическая конструкция была оборудована наподобие жилища – в дальнем конце были настелены матрасы, неподалеку стояла железная печка. Возле стен были выставлены деревянные ящики и картонные коробки с разным барахлом, по всей видимости, унесенным из квартир. Под ногами хрустели то ли опилки, то ли косточки, а рядом с дверью стояло железное ведро, куда обитатель гаража, очевидно, справлял нужду. Обе. Ведро давно не выносили, оно было наполнено почти до краев. Запах стоял соответствующий, хотя хозяин, видно, уже давно его не замечал. В общем, я дико вляпался…
- Так, значит, слушай сюда, [censored], - снова начал докапываться до меня этот выродок. – Ты ваще какого [censored] полез на крышу ко мне, а, [censored]?
___При условии, что я ему представился немым, вопрос был немного нелогичным. Я промолчал.
- [censored],[censored], ты ж немой, [censored]…
___Молодец, что вспомнил. А теперь не мог бы ты перестать тыкать в меня ружьем, дебил?
- Короче…
- У кого короче, тот сидит и отращивает
- Ты, я смотрю, ваще не сечешь, что тут за дела.
- Ага. Ты только ствол опусти и повернись спиной, я тебе покажу, что тут за дела
- Меня звать Гавр, хотя, [censored], тебе не насущно…
- Точняк. Для меня будешь Гаврилка, тупой ублюдок.
___Гаврилка подошел к печке и стал пихать в нее скомканные журнальные листы. Следом за ними отправились останки табуретки. Спустя несколько минут внутри уже трещал огонь.
- Так, ты сиди тут и за огнем приглядывай. И смотри никакой чтобы мне [censored], а то живо инвалидом сделаю.
___Он поднял лампу и поставил на ящик, так, чтобы меня было хорошо видно. Ошибка номер раз.
- Тут тебе не санаторий, [censored], - похоже Гавр был порядочным треплом.
___В голове вертелись разные мысли, направленные на одно – как бы отсюда свалить. Этот отморозок, наконец-то, перестал в меня целиться, но все еще не выпускал ствол из рук, чтобы в случае чего сразу можно было пустить в дело. Черт. Перестраховщик хренов… Пока он трепался о том, как на зоне важно фильтровать базар, я прикидывал, чем бы ему врезать и по какому месту. Выводы, к которым я постепенно пришел, удручали – я не имею ни малейшего представления о том, как вырубить человека. Особенно, если он вдвое здоровей меня. А права на ошибку у меня, по всей видимости, нет… Меж тем, время шло. Я даже как-то забыл про Инкогнито, увлеченный своей проблемой. Хотя от него помощи можно не ждать. Максимум, на что он может пойти – это политика невмешательства. Надеюсь.
- Так вот, [censored], ты тут не задаром жить будешь.
- Пожалуйста, я могу уйти.
- На зоне все с этим просто – ты даешь, ты получаешь.
___Что-то мне совсем не понравилось, куда поплыл разговор.
- Недомерки, вроде тебя, [censored], тут долго не живут. Но есть один вариантец, на [censored].
___А вот это ты зря.
- Щас, [censored], отолью, и приведем приговор в исполнение…
- Ога, [censored], своей бабушке это скажи
___Гаврилка подошел к ведру и прислонил ружье к стенке. Ошибка номер два. Теперь нужно отвлечь. Мужик отвернулся и пустил струю, которая тут же начала брызгать ему на штаны содержимым ведра.
- Ах ты, [censored]… - бормотнул он вполголоса.
___С тех пор, как салокомбинат закрысил револьвер, у меня не было оружия. Ни ножей, ни дубинок, ни, тем более, огнестрельного. Но, все же, был у меня припасен один секрет. Сзади, в ременной шлевке, спрятанной под курткой, у меня был зажат патрон. Тот самый, винтовочный, который я нашел две с половиной недели назад. Он и был моим козырем в данной ситуации. Гавр не смотрел в мою сторону, увлеченный борьбой с собственным агрегатом, так что мне не составило труда незаметно вытащить патрон. Секунду спустя он отправился в печь, а я прикинулся, что встаю, размять ноги. Урод что-то заподозрил и обернулся, одной рукой стряхивая, а другой нашаривая ствол, но мой план уже пришел в исполнение. Громко бабахнул разорвавшийся патрон, из печи вылетел сноп искр. Гаврилка шуганулся, резко развернувшись на звук. Все его внимание на эту секунду было поглощено громким хлопком. Он даже забыл схватить ружье. Ошибка номер три.
___Краем глаза он уже заметил мое движение, но было слишком поздно. Улучшенные глаза четко отмерили расстояние, рассчитали силу. Пинок с правой, был, возможно, слишком сильным, но это лишь сыграло мне на руку. Получив мощный импульс, масляная лампа оторвалась от поверхности ящика и, разбившись, понеслась навстречу удивленно-напуганной роже. Масло загорелось еще в воздухе, распустившись ярко желтым цветком. Острый осколок вошел в щеку и обломился, застряв в кости, а пламенеющая жидкость расплескалась по всей харе.
___Мужик дико заорал и начал метаться, пытаясь ладонями сбить пламя, но вместо этого, лишь вымазал их в горящем масле. Истошно вопя, он метался в поисках чего-либо, чем можно было бы затушить огонь. На его беду единственным, что подпадало бы под этот критерий, оказалось ведро… Громко зашипело, испаряясь, его содержимое, воздух наполнился еще большим зловонием. Не теряя времени я подскочил к своему тюремщику, схватил ружье и быстро отступил в глубь гаража. Он, наконец, выдернул перемазанную в собственном дерьме, рожу из ведра и снова завыл – субстанция явно не способствовала снятию боли при ожогах. С трудом он разлепил один глаз и уставился на меня. Я вскинул ствол, прицелился ему в голову и нажал на оба курка.
 
____Наступил полдень, солнце с самого утра искало пробелы в облаках, металлическим занавесом накрывавших мертвый город. Дома, как скелеты давно погибших гигантов, безмолвно наблюдали за проходящими мимо них веками. Время как будто замерло, в этом месте не было ни звуков, ни запахов. Как кукла в руках таинственного кукловода я шёл между зданий, без малейшего понятия о том, что может ждать меня в конце пути. Ноги очень болели и мне давно пора было совершить привал, но я упорно убеждал себя в обратном. Я обещал себе, что как только пройду следующие сто метров, обязательно остановлюсь и отдохну, но когда я проходил это расстояние я начинал обещать себе привал только когда пройду ещё сотню метров.
____Я медленно плыл под окнами очередного здания, когда услышал странный глухой звук позади себя, я обернулся. На земле лежал красный кирпич, которому явно уже не один десяток лет. Несколько секунд я размышлял о том, как было бы ужасно, если этот кирпич упал бы на меня, а потом поднял голову вверх. В одном из окон восьмого этажа я увидел человека, в руках он держал ещё один кирпич. Этот вид как будто разбудил меня, усталость куда-то исчезла и ко мне вернулась ясность мышления. Кирпич со свистом полетел вниз, и я чудом смог увернуться. Я выхватил из кармана револьвер и выстрелил в мужчину, я не рассчитывал попасть в цель, но мне хотелось хотя бы напугать его. Пуля пролетело метром выше нападающего, и силуэт сразу юркнул обратно в квартиру. Револьвер в руке внушал мне уверенность, и я решил преследовать незнакомца. Я бегом зашёл в нужный подъезд, который находился в каких-то пятнадцати шагах от меня. За всё время моего пребывания в городе я ни разу не встречал работающего лифта, поэтому, от меня требовалось лишь подниматься вверх по лестнице. Первые два этажа я преодолел за пару секунд, но затем заряд энергии полностью иссяк.
____Когда я поднимался по лестнице ведущей на седьмой этаж, что-то выскочило прямо передо мной. Я поднял глаза и увидел человека, стоявшего в двух метрах от меня. Его лицо было обмотано белыми бинтами, на которых хорошо была видна запекшаяся кровь. Он тоже исследовал меня своим единственным, не покрытым бинтами, глазом и когда заметил в моей руке оружие, сразу же бросился бежать вверх по лестнице. Я кинулся за ним, но явно уступал в скорости, он скрылся за одой из дверей восьмого этажа. Я последовал за ним в квартиру и вскоре оказался в узком коридоре. Слева от меня была забитая всевозможным хламом кладовка, не тратя много времени на её осмотр, я бросился в другой конец коридора, где меня ждала распахнутая дверь. Держа оружие наготове, я заскочил в комнату, но, к сожалению никого там не увидел. Вся мебель в комнате была разобрана и аккуратно сложена, единственной целой вещью был большой дубовый шкаф, стоящий у стены. Несмотря на то, что окно было распахнуто настежь, в комнату совсем не попадал дневной свет, и я не сразу заметил на подоконнике несколько кирпичей, сложенных в ряд. Сопровождаемый скрипом половиц, я подошёл к окну и посмотрел вниз, на траве лежали два кирпича, которыми меня недавно пытались убить. Половицы заскрипели, я обернулся и увидел перед собой человека с забинтованным лицом, в этот раз в руке он сжимал кухонный нож. Осознав, что его обнаружили, незнакомец бросился на меня. Я уже был готов выстрелить, но не успел, мой бок проткнула острая боль. Я сделал несколько шагов назад и опёрся на стену. Боль сжигала меня изнутри, мысли смешались. Незнакомец отступил от меня, с его ножа капали на пол капли тёплой крови. Красное пятно на моей одежде разрослось с ужасающей скоростью. С каждой секундой револьвер становился всё тяжелее, и я уже не мог удержать его в руке. Пальцы разжались сами собой, и пистолет упал на скрипучий пол. Я потерял контроль над телом, и оно начало медленно сползать по стене, оставляя за собой кровавый след. Я всегда считал, что свежая кровь имеет определенный запах, но сейчас понимал, что это не так. Я уже не мог сосредоточиться ни на чём. Веки потяжелели и закрылись. Я остался совершенно беззащитен перед убийцей, который уже рыскал по моим карманам в поисках чего-нибудь ценного. Звуки смешались, и вскоре меня покинуло моё сознание.
 

    Lind

    очки: 11
    Нет комментариев
Сверху