Словеска №1 - Игра

Zara

Ословед
Я лежала и смотрела на небо. По нему бегали облачка - маленькие, на тонких ножках. Это было красиво. Я лежала и думала, почему облака в городе почти всегда какие-то скучные, серые, забитые, как будто на небе тоже есть твари и они охотятся за облаками, заставляя их соблюдать осторожность...
Еще я думала, Город - это действительно город или это вся планета? Есть ли вообще где-то еще другие места, где все - говорят - лучше? Мне кажется, нет. Город - это просто название, потому что нам хочется верить, что где-то есть другие города.
И потом, раз Город - это вся планета, то он же круглый, Город, тогда понятно, почему мой папа рассказывал - путешественники по городу, добираясь до одной его границы и переходя ее, появлялись на противоположной.
Я лежала и думала, какая же я офигенно умная, а голова Дон Кихота была очень озабоченной и все время говорила что-то, нависнув надо мной.
-Дитя, ты бредишь, подними свои глаза и услышь меня! - Бормотал старик. - О, без смысла звать тебя. Это моя вина, и я клянусь своей честью и добрым сердцем, что искуплю ее. Я приведу спасенье, я найду и приведу тех молодых людей, что сопровождали тебя... но душа моя, она не находит покоя, как я мог не усмотреть за тобой... - Горько сказала голова, исчезая из моего поля зрения. Раздался громкий шмяк, резкий вскрик, и после очередной неудачной попытки суицида Дон Кихот вновь возник надо мной.
-За тобой присмотрит крыса, дитя. - Молвил он печально, и исчез.
Я лежала долго, пока в моем поле зрения не появился Урсин нос. Урсула посмотрела на меня неодобрительно, потом посадила меня, встряхнув. Я ойкнула.
-Ну и где ты это взяла? - Сердито зыркнула на меня Урсула.
-А?
-Кто гриб дал, говорю? - Прикрикнула она.
-Дяденька... - Я улыбнулась. - Ой, Урса, ты разговариваешь! А че раньше молчала?
-Че, че... - передразнила крыса. Она села, грузно плюхнувшись и выпятив пузо, пошарилась за пазухой и достала самокрутку. Засунув ее в рот, крыса чиркнула в воздухе невидимой зажигалкой, и закурила, время от времени поглядывая на меня исподлобья. Когда она успокоилась, спросила:
-Какой дядечка?
-Странный.
-Как он выглядел, дядечка этот? Крылышек у него не было, или там мелки он может жрал?
-А? Не-е... - неуверенно протянула я. - Вроде только грибы.
-И он конечно велел тебе выбирать?
-Ага.
Крыса долго молчала. Потом собралась с силами и вкрадчиво так спросила:
-И какой же ты цвет выбрала? Ну-ка, вспоминай. Красненький, или синенький.
Я начала валиться на бок, и Урса меня подхватила, снова усадив, как куль с картошкой. Затем отвесила мне большую оплеуху, аж в ушах щелкнуло, и разум прояснился. Молчаливой она мне нравилась гораздо больше.
-Какой цвет, спрашиваю?????? - Выдыхнула она на меня.
-Да я не выбирала. Он сам мне дал какой-то... синенький... или красненький...
-И ты сразу схавала, да? Что-то на тебя не похоже. - Сказала Урса. - Твой характер изучен, законспектирован. Ты девочка у нас осторожная, хавать все подряд не будешь.
-Да. - Кивнула я радостно.
-А чего тогда? - Почти ласково осведомилась крыса.
Я пожала плечами. Мне вообще с ней разговаривать не хотелось. Мне хотелось смотреть и думать. И чего она прицепилась со своим грибом.
-Ты хоть понимаешь, малолетка, какая ты заурядная, ничего не меняющая личность города? И за что тебе, скажи, такая честь как Гриб досталась???
Она покачала длинным обвислым носом.
-Узнаю, кто дал, убью. Своевольничают они тут. А может, даже того, диверсию. Все под трибунал у меня пойдут, сволочи. Гады.
Мы с крысой вздохнули.
-А когда Дон Кихот вернется? - Спросила я.
Она еще раз посмотрела на меня, затянулась глубоко, потушила самокрутку и вырубила меня одним четким ударом в висок.
 
___Короткий металлический щелчок. Совсем не тот звук, который ожидаешь услышать, спуская оба курка двуствольного ружья. В это попросту не хотелось верить. Все это время в истории фигурировал ствол, в котором нет патронов? На секунду ситуация даже приняла комичный вид, но затем все последние события сложились в единую картину и стало не до смеха. Несколько часов подряд мне пришлось проторчать с оборзевшим зловонным ничтожеством, только из-за того, что на меня был направлен ствол, а в итоге… Мне показалось, что еще чуть-чуть и металлические стены гаража выгнутся наружу из-за объема образовавшегося внутри яростного негодования. Злость росла внутри меня, превращая это замкнутое пространство в подобие комнаты, наполненной газом. Всего одна искра и…
- Падаль мерзкая… - закончить свое визгливое ругательство Гавр не успел. Деревянный приклад с хрустом раздробил носовой хрящ, чавкнув налипшей жижей.
___Рывок был неожиданным даже для меня. Мужик клацнул зубами от удара, запоздало качнулся назад и, запнувшись за металлический порожек, вывалился на улицу, со скрипом распахнув двери. С улицы потянуло свежим, холодным воздухом, с едва уловимыми признаками скорого дождя. Первые капли уже впитались в землю, наполняя воздух запахом мокрого асфальта. Гаврилка, лежа на спине, шипел сквозь зубы какое-то непонятное матерное слово, держась за рожу. Во мне вспыхнул новый приступ отвращения. Словно уродливое насекомое, он извивался на земле, пытаясь встать. Захотелось раздавить его, растоптать, сжечь, закопать, лишь бы больше не видеть никогда этого тошнотворного существа. Я обеими руками взял ружье за ствол, как дубинку. Уже знакомое чувство бесконтрольного и злого всесилия загорелось внутри, охватывая меня все больше и больше. Стало жарко. Жар расползался по спине, наливался в руки, пробирался в голову, превращал и тело и разум в один сплошной сгусток хищной ярости.
___Вот грязный подонок поднялся. Он медлил, не зная, о чем я в этот момент думаю. Если бы знал, бежал бы без оглядки, пока сердце не остановится. Куда лучше ударить? Как быстрее умертвить эту гниду, чтобы она больше не позорила мир своим присутствием? Как заставить пожалеть о самом своем существовании? Сломать руки, сломать ноги, раздробить каждую фалангу пальцев, превратить его лицо в фарш, бить с размаху, раз за разом, пока не лопнет череп, пока не брызнет во все стороны теплая жижа, пока голова не превратится в месиво из кожи, волос и мозгов…
- Сдохни, тварь!! – Прыжок и замах слились в одно движение. Он все же решил бежать, но слишком уж поздно, слишком медленно. Ноги коснулись земли, спружинили, замерли. Руки продолжили движение. Медленно, очень медленно, не успевая за скоростью мыслей, приклад двинулся по дуге. Скоро, через какие-то доли секунды, он встретится с тонкой височной костью и проломит ее вовнутрь, раздробив на несколько частей. Острые костяные края проникнут в мозг, разорвут сосуды, питающие его кровью. Шейные позвонки не выдержат нагрузки и тоже с хрустом разломятся, возможно, в нескольких местах. Вся верхняя часть головы, не выдержав удара, растрескается, разорвется, лопнет и густо измажет собой засаленную деревяшку, а нижняя челюсть, с черными зубами, останется сиротливо висеть на обмылке шеи. Осталось совсем чуть-чуть, скоро раздастся этот упоительный хруст и одна никчемная жизнь оборвется…
___Не вышло… Ружье замерло в воздухе так резко, что руки чуть не вывернуло из суставов. Влажные ладони со скрипом скользнули по стволу, мушка ссадила кожу. Не удалось удержать равновесие, я упал на одно колено, разорвав штанину, и проехался ладонью по мелкому щебню. Свежие ссадины тут же вспыхнули пульсирующей болью, подхлестнули злобу. Было слышно, как удирает Гаврилка, как свистит его дыхание, как суматошно колотится его сердце. Я рванулся с места, чтобы догнать его, чтобы порвать голыми руками, размазать по земле, размозжить его репу об асфальт… Чья-то рука ухватила меня за горло, несильно сжалась.
- Уймись, он того не стоит! – это Инкогнито пытался совладать со мной. Я рычал и пытался сопротивляться.
- Ты позволишь ему уйти?! – голос был взбешенный, все тело горело.
___Мои попытки освободиться стали слабеть, наваливалась усталость, жар перестал наполнять мышцы силой, от него ломило суставы, звенело в голове. И с каждой секундой все сильнее...
- Успокойся или сожжешь себя! – он отпустил меня, сил не осталось.
___Глаза то и дело перекрывало черным туманом, руки не слушались.
- Он… - теперь вместо злобы в голосе появились горечь и бессилие, - он не должен жить… Паразит…
___Инкогнито присел, растирая ладонь. Остановленное им ружье лежало неподалеку. Глубокое чувство обиды сдавило горло гораздо сильнее, чем чужая рука. Было обидно оттого, что Гаврилка убежал, что его уже не догнать и не найти. Желание убивать прошло, но обида все не уходила. Почему-то очень отчетливо казалось, что, упуская Гавра, я упускаю что-то очень важное и этого уже не исправить. Он ушел и теперь неотвратимо произойдет что-то ужасное и непоправимое. Жар все не уходил, от него становилось даже больно. И от этого было еще поганей, еще обидней…
___Я сжал кулаки и ощутил, как из глаз по щекам текут теплые капли. Так непривычно… Как давно это было в последний раз? Я отвернулся.
- Эй, что у тебя там?
- Ничего…
___Я поспешно потер щеку тыльной стороной ладони.
- Точно все в порядке?
___Я не ответил. Вся моя рука была измазана кровью. Потом земля больно ударила в лицо.
 

    Скво

    очки: 13
    пожалста) я гда 2 занималась такими играми, потом надоело да и некогда стало. А так бы с удовольствием играла и дальше.

Godless

Ословед
_____Хорошо, что я вовремя вспомнил про Кевина и решил заскочить к нему, хотя пойти с Энером и Никс в библиотеку тоже стоило. Я был сильно заинтригован неким "бредом". Но, думаю, они там справятся и без меня.
Помимо библиотеки на станции находились жилые помещения. Одноэтажные, максимум двухэтажные бетонные дома находились за живописным зданием ”Magna Librorum Copia”. К одному из них я сейчас направлялся, там обитал один знакомый Марка, возможно, ему что-нибудь известно о загадочном уходе моего наставника. Продолжая размышлять, я неторопливым шагом пересекал небольшой перекресток, пока выскочивший не понять откуда мужчина с автоматом не врезался в меня со всего размаху и не вывел из раздумий. Не извинившись, сатанист помчался дальше, в сторону входа в библиотеку. Я только пожал плечами, в Городе чего только не происходит, и все вечно суетятся. Но вскоре закрадывающиеся смутные сомнения обретали все большую силу. Люди вокруг бегали туда-сюда , у многих было оружие. То там, то тут раздавались четкие приказы старших по званию. Что еще за военное положение? Неужели вторжение уже началось, что-то рановато, обещали через два дня. Опять же нигде не было звуков выстрелов или криков. Так, я понял, проходят обычные учения, такое порой бывает. Тревога отошла на второй план, а я как раз дошел до дома Кевина.
_____Темно-серый двухэтажный домик, с пыльными стенами и местами отваливающейся штукатуркой ничем не отличался от соседних домов. Неудивительно, что все это было обустроено за потрясающим зданием библиотеки, чтобы при входе на станцию не было видно всей этой рухляди. Я постучал в тяжелую металлическую дверь, которая неестественно смотрелась на обшарпанном доме, тут бы лучше подошла прогнившая трухлявая доска.
Через несколько секунд сквозь приоткрывшуюся дверь выглянуло морщинистое покрытое щетиной лицо.
- А, Джефф, проходи, - улыбнулся Кевин, впуская меня в темную квартиру, - Чем обязан столь неожиданному гостю?
Я действительно не часто бывал у Кевина, но знал его довольно хорошо из рассказов Марка. Сорокалетний мужчина продолжал пристально смотреть на меня, жестом показывая войти. Я, наконец, пересек порог, запнувшись при этом обо что-то большое и мягкое, лежащее на полу. И это неудивительно, в комнате было темно, хоть глаз выколи!
- Прошу прощения за беспорядок, - лишь закрыв дверь, Кевин позволил себе включить какую-то масляную лампу, тускло освещающую лишь половину комнаты, - Последнее время на станции неспокойно.
Мужчина выглядел если не напуганным, то явно чем-то озадаченным. Он поднял с пола черную боксерскую «грушу» и прислонил к стене. Ха, так вот обо что я запнулся в темноте.
- Слушай, Кевин, а что тут происходит, ты от кого-то прячешься?
Обстановочка в комнате была, мягко говоря, странная. Перевернутая мебель, по полу разбросаны разные вещи, от одежды до столовых приборов. Последний раз, когда я был у Кевина, ничего подобного не было.
- Да нет, все нормально, Джефф, просто задумал сделать уборку. – Мужчина старался казаться веселым, но по нему было видно, что-то тут не чисто. И речь не о грязном доме. – А ты, какими судьбами у меня?
Ладно, если он не хочет говорить, настаивать не буду.
- Да вот, Марк куда-то пропал, ушел внезапно и весь такой загадочный, может он тебе что-нибудь сообщал? – спросил я, хотя и без особой надежды на ответ.
- Пропал? – как-то резко встрепенулся мой собеседник, а затем более спокойным тоном продолжил, - Нет, мне об этом ничего не известно. Да и вообще, Марк уже давно не появлялся здесь.
Кевин замолчал, и вообще, вел себя как-то странно, постоянно бросал косые взгляды на дверь, прислушивался к чему-то. Раньше он был любителем поболтать на разные темы, а сейчас молчит, слова не вытянуть. Что-то тут явно не так.
- Ой! – спохватился мужчина, подняв с пола деревянный стул, спинка которого еле держалась на одном шурупе, - Ты садись, может кофе заварить, или чай?
Резкие перепады интонации речи Кевина настораживали, и я решил отказаться от угощений:
- Нет, спасибо, Кевин, лучше…
_____Мою речь прервал громкий стук в дверь. Сатанист аж вздрогнул и подошел к двери. Он приоткрыл ее, послышались голоса, после чего Кевин вышел, оставив меня одного в доме. Ну, это, уже ни в какие рамки не лезет, моему возмущению не было предела. Ладно, подождем. Я осмотрелся, в углу комнаты стоял красный, пыльный диван, в тени виднелся стол, на котором расположилась разная кухонная утварь. Было ощущение, что хозяин, как минимум месяц не был дома. Лампа у двери потрескивала и заставляла тени танцевать по стенам комнаты. Что за допотопный вид освещения?
Внезапно дверь открылась, и в комнату вернулся Кевин. Выражение лица у него было самое довольное, будто ему сообщили, что он сейчас выиграл в лотерею тонну вкуснейших говяжьих консерв.
- Извини, что заставил ждать тебя, приятель, просто встречал очень важного визитера, а он немного задерживался, и я переживал, что он не придет. Ну да ладно, что ты хотел спросить у меня?
Опять резкая смена настроения. Хотя, возможно, у меня мания преследования и я во всем ищу подвох.
- Да, Кевин, у меня есть к тебе вопрос по поводу демонических рун. Название о чем-нибудь говорит?
Морщины на лбу мужчины взметнулись вверх, после секундного раздумья он ответил:
- Да, мне кое-что известно о рунах, на что конкретно ты ищешь ответ?
Я попросил у Кевина листочек и бумагу, и после того, как он принес их мне, аккуратно вычертил одну из рун, которую видел на плеере у Энера, именно ту, которая мне тогда показалась знакомой.
- Вот, ты знаешь, что она означает, мне кажется, что я ее где-то видел. – Я повернул лист с изображение к Кевину. Он мельком взглянул на него и улыбнулся.
- Ээх, - протянул он, - А еще называешь себя сатанистом. А ну-ка вспомни теперь главную заповедь бытия сатанистов, прописанную в Библии Ада.
Я вспомнил шестую страницу под оглавлением «Бытие Падших». А вслух произнес самую первую заповедь (в скобочках было написано ее начертание на рунах):
- Держись в Тени!
- Верно! – воскликнул Кевин, - Что-то ты все-таки знаешь. Ну что ж, если тебя еще интересуют руны, то я, пожалуй, смогу помочь, подожди немного.
Приятель Марка поднялся по скрипучим половицам на второй этаж, и вернулся через пару минут с большой книгой в руках.
- Вот тут, - он раскрыл первую страницу, - Есть много чего полезного. Даже не знаю, почему люди называют это бредом.
- Что? – Знакомое слово разбудило в памяти одну неразрешенную задачку, - Что еще за бред? Бред номер пять?
- Нет, - усмехнулся Кевин, - Почему сразу пять, это третий. Я тут беру их по одному у Александра почитать, по старой дружбе, интересные вещи написаны. Два бреда уже прочитал, сейчас тритий дочитываю. А что?
Вот ничего себе! Так вот, что это такое, а, кстати, что?
- А сколько их всего? – поинтересовался я.
- Ну вот, как раз пять. Ну так хочешь обсудить книжки или руны? – вопросительно посмотрел на меня сатанист.
- Значит так, слушай и запоминай, - Кевин взял листочек и карандаш и приготовился что-то записывать, - Всего существует семь рун, большинству сатанистов известны две. Одна, вот эта, - он указал на руну, начерченную мной, - Означает «Тень». Другая, вот такая, - Кевин стал вычерчивать довольно сложный знак, - Означает «Огонь». Больше сказать по переводу других рун не могу, сам знаю только две. Но скажу кое-что про структуры демонического языка. – Мужчина откинулся на спинку дивана и с хрустом размял шею.
Я, в свою очередь приготовился внимательно слушать, не каждый день удается узнать столько нового, над чем другие люди всю жизнь ломают головы.
- Итак, - продолжил Кевин, - Как ты видимо догадываешься, руны каким-то образом позволяют выживать в Городе, по крайней мере, знание и применение на практике одной из рун, а именно «Тени» позволяет сатанистам довольно сносно жить в условиях Города. Вторую руну мы знаем, но применение на практике неизвестно. – Мужчина налил себе в чашку кофе и отпил из кружки. Я решил воспользоваться возникшей паузой:
- Подожди, Кевин, но ведь в «Бытие…» написано: «Держись в Тени», а это не одна руна, да и рядом там что-то еще начеркано, - я задумался, получаются нестыковочки какие-то.
- Молодец! Верно подметил, о чем я тебе сейчас и хочу рассказать. Ты знаешь что такое «Бред»? – резко поменял тему собеседник.
Я лишь пожал плечами.
- Кратко поясню. Это записи исследований одного ученого-сатаниста, можно и так сказать, которые на первый, да и на второй взгляд лишены здравого смысла. В библиотеки они размещены в запретной зоне, причем в разделе художественных книг. Они, в общем-то, были помещены туда за ненадобностью. Люди, которые начинали читать их, редко доходили до середины второго тома, оно и неудивительно, ведь в первых двух томах описывается история Города, причем больше это похоже на небылицы, не несущие никакого смысла. Это меня как раз и заинтересовало, люблю разные истории. Но по ходу внимательного прочтения второго тома, я стал замечать, что все эти небылицы не выглядят так уж нелепо, более того, многие вещи настолько правдоподобны, что кажется, будто читаешь по учебнику, - Кевин в очередной раз отхлебнул из чашки, затем удостоверившись, что я внимательно слушаю его, продолжил, - Первый раз я коснулся темы рун в конце второй книги, это было так интересно и интригующе, что я сразу же пошел к Алексу и взял следующую часть. И тут, началось самое интересное.
Глаза мужчины загорелись, будто он сам был тем самым ученым и сейчас делился своими открытиями с коллегами. А я начал вслушиваться в каждое его слово, чтобы ничего не упустить, благо рассказывать он умел хорошо, так и хотелось слушать его мягкий баритон.
- В общем, в третьем томе рассказывается о рунах, а точнее о структуре построения рун. Сейчас поясню на примере шестой страницы Адской книги. Есть одна руна, «Тень». Ты, наверное, заметил, что около самой руны есть небольшая приписка из символов с правой стороны. Так вот, как раз эти приписки и являются частями речи, согласно «Бреду №3», справа приписываются глаголы, предлоги, союзы. Слева – прилагательные, причастия. Сверху – существительные и различные наречия. Короче, все довольно сложно и просто одновременно. Есть непонятные вещи, например, сама по себе руна не является никакой частью речи, хотя мы на сто процентов знаем, что слово «тень» - существительное. На языке демонов это вообще не понять что. Так же, пока для меня остается загадкой, что означают приписки снизу руны. Возможно, ответ я найду в четвертом томе. Единственное, что является закономерностью, что все дополнительные символы строятся строго вокруг рун и напрямую взаимосвязаны с ними.
- Да уж, интересные вещи, - присвистнул я, - А сами дополнительные символы ты можешь расшифровать?
Сатанист указал на книгу:
- Это, как раз не сложно, в «Бреде» есть список основных обозначений символов, он, конечно далеко не полный, но элементарные выражения расшифровать можно, особенно, если знаешь ключевую руну, к которой привязаны символы. Сейчас я пытаюсь перевести некоторые простейшие фразы из Библии Ада. Те, что связаны с «Тенью» и «Огнем», переводятся вполне сносно, а на остальные даже смотреть больно, - улыбнулся Кевин, - Каждая следующая руна все сложнее и сложнее, а набор привязанных к ней символов все больше и заковыристей. Поэтому, сложно даже отличить, где начинается сама руна, а где вспомогательные знаки.
Кевин закончил свою фразу, подчеркнув ее значимость поднятым вверх указательным пальцем.
- Даа, - протянул я, - Как все сложно то. А ты пробовал говорить на эту тему с Алексом? Думаю, вдвоем вы бы быстрей разобрались бы в этой загогулине.
- Да нет, Александру не интересны эти книги, он, как и многие, называет их «бредом». Я и так еле выпросил у него почитать их, он дает мне на руки только по одной книге, поэтому важные вещи я стараюсь записывать в свой дневник.
Кевин встал с дивана и пошел в другую комнату, которая находилась на этом же этаже. Вроде бы там была кухня.
- Джефф, ты точно не хочешь ничего перекусить? – крикнул он из другой комнаты.
- Нет, спасибо! – и тут я вспомнил одну важную вещь, - Вот черт, Кевин, чуть не забыл тебя предупредить, через два дня на Шпиле будет очень жарко, и я думаю, до библиотеки это тоже дойдет, - в подсознание сразу представились ужасающие образы тварей, раздирающих людей, возможно, моих друзей на части.
- Как? – Кевин явно забеспокоился, - Ты уже все знаешь?!
Хм, странно... Вообще сейчас было бы более уместно, если бы фразу Кевина произнес я. Откуда он может знать про вторжение? Я не думаю, что те пятеро рассказывали об этом всем подряд… Или я ошибаюсь?
Тем временем Кевин как-то подозрительно нахмурился. Засунув руку в карман, он начал медленно надвигаться на меня:
- Ох, Джефф, мне жаль, что все так получилось, я действительно хотел уладить все по-хорошему, попросил их дать мне время, что все мирно урегулировать… Но, видно, не судьба…
Он не торопясь достал из кармана короткоствольный магнум и направил его мне в грудь. Сказать по правде, я ничуть не испугался, скорее опешил, что вообще происходит? Кого он просил дать ему время? Неужели ту пятерку? В моей голове все конкретно запуталось, мысли забегали со скоростью темных молний, рассекающих небо Города в грозу. Почему пару минут назад он сообщал мне про открытия вселенского масштаба, а теперь нацеливает на меня револьвер.
_____Внезапно, со стороны улицы отчетливо стали слышны автоматные очереди и крики людей. Я даже вздрогнул, Кевин же только хмыкнул, видно, что он уже был обо всем осведомлен.
- Ваше время вышло, господа, - в дом вошли четверо вооруженных мужчин, в одном из которых, я узнал одного из членов Совета.
- Наступает новая Эра и новый порядок! – пафосно проговорил Хед…
 
___Голоса и образы пролетали мимо меня, мелькали, не давая толком их разобрать. То и дело появлялись лица, но исчезали так быстро, что я не мог понять, были они реальны или всего лишь рождены моим воображением. Слова складывались во фразы, голоса шептали, кричали, обрывались и исчезали один за другим.
- Ты слышишь их скрежет? Ржавые ублюдки ищут нас…
- Тебе когда-нибудь хотелось застрелиться от страха? А когда нет патронов, каково, а?!
- Повзрослей, наконец, придурок! Или ты всю жизнь собрался таскаться за тем, кто умеет скорчить рожу умнее, чем у тебя?!
- Мне на тебя плевать. Но я ЕМУ обещала приглядеть за тобой…
- Ты был единственным, с кем я могла бы жить дальше и не бояться. Теперь это не так.
___Постепенно мельтешение прекратилось, все стало четче, но все так же отрывочно.
___Женщина в сарафане идет по песку. Она двумя руками держит кувшин с водой, прижимая его к себе. Кувшин влажный, тонкая ткань пропиталась водой и через нее просвечивает темная родинка. Белые сандалии зачерпывают песчинки, слышен тихий шелест. Лица не разобрать… Это мама. Я помню ее, но не помню, как она выглядит. Все детали разбегаются, не дают себя поймать. А те, что изредка удается ухватить, через некоторое время кажутся чужими и становится еще гаже оттого, что не смог этого понять сразу. Я не помню, была ли она блондинкой или брюнеткой, не помню, носила ли она очки, не помню голоса, не помню, даже какой рукой она держала ручку, когда в журнале подрисовывала фотографиям несуществующие детали одежды. Серьги, сумочки, перчатки… Она видела мир по-своему и всегда хотела оставить после себя что-то, чем бы она могла гордиться…
- Пока тебя помнят, - говорила она, - ты жив.
___Я не мог вспомнить… Каждый раз, силясь вызвать из памяти ее лицо, я лишь снова доказывал, что она умерла. Ее стерли из жизни… Потом все снова смешалось.
___Ночь. Девушка со светлыми волосами сидит за деревянным столом. Стол старый, грязный, весь покрыт пылью. Ей плохо. Ей страшно. За окном высохшее вишневое дерево скребет ветвями по стеклу, заставляя девушку вздрагивать. Стол стоит впритык к подоконнику, он уставлен всякой старой белибердой. Слабый лунный свет проникает через грязное окно, с трудом расталкивая темноту, и упирается в стену. Рваная занавеска делает тень за спиной девушки неровной, похожей на человеческую фигуру. Она боится повернуться и посмотреть… Это какой-то дачный домик. Старый, возможно брошенный. Девушка дрожит. Кажется, на чердаке кто-то есть – слышны приглушенные шаги. Они пугают еще больше. Обстановка меняется.
___Пыльная дорога уходит вдаль, теряется за горизонтом. Та же девушка стоит, зябко обняв себя за плечи. Она смотрит перед собой, словно задумавшись. Она поворачивается, я слышу ее голос.
- Если ты сейчас уйдешь, обратного пути не будет. Ты просто не захочешь вернуться.
___Держит паузу, словно размышляя, говорить или нет.
- Я ни с кем себя так не чувствовала, как с тобой.
___Гремит гром. На горизонте сверкают молнии, высвечивая линии электропередач, которые возвышаются над темной стеной деревьев. За горизонтом воет собака. Девушка пропала. Одиноко. Все опять смешалось.
___Снова тот дом. Грязный стол, пыль, ржавые жестяные банки, полные окурков и сухих рыбных хвостов. Запах гнили. Тишина. Девушка все еще сидит на табуретке у стола. Она легла на столешницу, закрыв голову руками. Кожаная куртка влажно блестит. Из спины, чуть ниже левой лопатки, торчит чужеродный предмет. Это роговая ручка ножа. Занавеска на месте, но тени от нее нет. С чердака слышится тихий, еле различимый смех. Затем темнота поглощает все…

___Я проснулся от чужих голосов. Не вымышленных голосов, а вполне реальных. Уже давно я так не просыпался – без крика. Наверное, именно благодаря этому, мое пробуждение осталось незамеченным. Я открыл глаза. Ничего не изменилось – кругом было темно, словно я провалился в бочку с нефтью. Но это была не бочка. Ведь в таком случае у меня под головой не могло быть подушки, а сверху не лежал бы колючий плед. По тихому поскрипыванию я понял, что лежу на старой пружинной кровати. Двухъярусные аналоги стояли у нас в приюте. На такой кровати либо ты спишь по стойке «смирно», как солдат, либо не спишь ни ты, ни твой сосед, ни кто-либо еще, в радиусе двух комнат. С такой кроватью не нужно никаких детекторов движения: слышен омерзительный визгливый скрип – значит, кто-то шевелится и самое время зайти в комнату и лупцануть возмутителю спокойствия пыльным резиновым тапком по голове. Стандартная практика. Я постарался не двигаться и прислушался к голосам, раздававшимся, как мне показалось, из за приоткрытой двери. Тем более что говорили, вроде как, про меня.
- Сейчас он в стабильном состоянии, кроме внешних повреждений ничего нет, - голос принадлежал незнакомому мне мужчине. И, как мне показалось, довольно немолодому. – Где ты его подобрал?
- На окраинах, - это, без сомнений, был Инкогнито. – Это было чуть меньше трех недель назад.
- Вы все это время бродили по краю периметра? Мальчик не подвергался нападениям?
- Да, вглубь города мы не заходили. Когда я его встретил, у него на груди были свежие царапины, но это ведь не могло быть причиной заражения…
___Стоп. Какого заражения?
- Нет, не могло. Признаки бы проявились сразу. Это может быть результатом длительного воздействия химикатов или агрессивных соединений. Или может это аутоиммунная реакция на пораженные клетки. Возможно, сейчас организм мальчика разрушает сам себя, пытаясь избавиться от собственных клеток, которые он счел чужеродными.
- С этим можно бороться?
- Да. Но в лучшем случае ему полгода придется всюду ходить с капельницей, да и где ты найдешь столько физраствора? Больница – небезопасное место, ты же знаешь. Впрочем, мы все равно не можем знать точно, что с ним. Ты точно помнишь все симптомы?
- Высокая температура, учащенное сердцебиение, рваное дыхание, под конец кровотечение из глаз и обморок.
- Если это все, то я бы сказал, что мальчишке уже нанесен значительный вред. Эти три недели сократили его жизнь на добрый десяток лет. Когда он придет в себя, я бы хотел обследовать его глаза. Возможно, когда он проснется, он не сможет ничего видеть. Поражение наверняка серьезно ухудшило его зрение, если он уже совсем не ослеп. Если все продолжится в том же духе – я бы дал ему полгода от силы. Город убьет его.
___Лютый холод пробежал по спине и сжал сердце. Неужели?..
- Ну, раз ты так говоришь, я вспомнил еще одну деталь.
___Черт возьми, я не вижу!!! Вашу мать, я нихрена не вижу!!!
- Какую?
___Да какая еще [censored] могла со мной случиться?!! Еще вчера все было в порядке!!
- Агрессия.
___Что?!
- Что?
- Когда он очнулся, он меня чуть не убил. И я не уверен, что в тот момент это был именно он...
 

Night rain

Ословед
в Библиотеке. часть I

________Проснуться в Городе при желтоватом свете электрических ламп – очень непривычное ощущение. Я прислушался к своим чувствам. В гулкой тишине металлическим звоном перешептывались шестидесятиваттные нити накаливания. Где-то вдалеке послышались одинокие шаги. Из-за безвременья, которое создавалось этой подземной тишиной, запахом старой бумаги, и , может, чем-то еще неощутимым, Библиотека казалась частью другого, нежели Город, мира. Мира, возможно даже более удивительного, чем тот, в котором я прожил почти все жизнь.
________Я поднялся и медленно побрел вдоль бесчисленных полок. Руки касались обложек книг – иногда в прохладном кожаном переплете, но чаще в дешевом бумажном. Впрочем, встречались даже экземпляры, обернутые в рваный полиэтилен. В Городе ценны любые книги. Внезапно меня окликнули.
-________Энер, подожди. – Александр шел уверенно, но абсолютно бесшумно. – Если ты не против, я прогуляюсь с тобой.
________Я лишь пожал плечами. Компания Алекса не могла помешать моей бездумной ходьбе. Даже наушники лежали в кармане со вчерашнего вечера – бесконечная музыка была неуместна в тишине Библиотеки. Вспомнив про плеер, в памяти всплыл «бред №5» и я спросил об этой фразе библиотекаря. Алекс начал издалека:
- Ты думаешь, что сатанисты это хорошо организованное сообщество? Нет, это волчья стая! Слишком разных людей объединил Шпиль… Некоторые из сатанистов присоединились к «братству» в поисках хорошего боя, кто-то рази защиты, реже - знаний. И всю эту… - Александр на секунду замолчал, пытаясь выбрать наиболее емкое слово. - … свору может сплотить только сильный, упорный и волевой лидер. Что скрывать, часто такими качествами обладают люди со странностями. Шизофрения, психопатии… Одним из наших «вождей» было написано около десяти (есть мнение, что существуют еще несколько)-Пояснил библиотекарь, - томов монументального труда, повещенного странностям Города. На первый взгляд тема выбрана идеально, про аномалии нашего мира можно писать бесконечно долго. Но этот чудак собрал в своих книгах нелепые байки и ничем не подтвержденные слухи! Единственная причина, по которой эта ересь находится в Библиотеке – уважение к автору, как к одному из лучших лидеров сатанистов. Второе название этих книг, а мы просто называем их «бредом», стало нарицательным. Библиотекари даже не рассматривают теории, изложенные в «бреде», однако среди некоторых сатанистов идеи книги находят поддержку.
________Вдруг Александр нахмурился:
- Откуда ты вообще узнал про эту чушь? Зачем тебе эти книги?
- Алекс, у меня есть основания считать, что не все, описанное в этих книгах, бред сумасшедшего. Пока очень небольшие основания, но… -Я достал плеер и протянул его библиотекарю. В том, что сейчас на нем появится новое сообщение, я не сомневался. Александр заворожено смотрел на череду летающих вокруг плеера нитей иероглифов. Когда царапины сложились в слова, лицо библиотекаря исказилось, и он зажал устройство в руке, не желая показывать надпись мне. И, я думаю, у него были на то причины.
- Он умен, очень умен… - Прошептал Алекс. Минуту он стоял в задумчивости, а затем махнул рукой – Идем, я дам тебе эти книги. –Александр осторожно разжал пальцы, и, убедившись, что послание исчезло, отдал плеер мне.
________Библиотекарь искал на полках не оригинал «бреда», а его переведенную версию. Как оказалось, читать книгу, написанную более столетия назад, к тому же в крайне «оригинальном» стиле, практически невозможно.
________Александр сказал, что Никс уже проснулась и завтракает с библиотекарями. Сославшись на необходимость беседы с Советом Библиотеки, он оставил меня наедине с книгами.
Некоторое время я не решался взять в руки пятый том «бреда». Что я там увижу? Та пятерка, назову ее «клубом», даже и не скрывает, что использует нас. И их цели мне не ясны. Они предупредили Никс о бойне на Шпиле. Но разве «клуб» говорил о перевороте? Обещанное нападение должно было произойти через два дня после встречи девушки с пятеркой, а не через несколько часов. Впрочем, подумал я, мы с Никс и Алексом пропустим эту битву в любом случае – ворота, отделяющие Библиотеку от остального мира, откроются еще не скоро. Я достал толстый том «бреда» с пыльной полки. Интересно, неужели мне придется читать всю книгу, чтобы найти… Но я даже не знаю, что искать! Мне известен лишь номер тома… Я вздохнул и открыл книгу где-то на середине:

«… Люди попадают в Город из мира настоящего, но вещь… Закройте неполный ящик консервов и уйдите на несколько минут. Все знают, что вскоре ящик снова окажется полон. Законы сохранения, открытые еще в средневековой Европе, отсутствуют в Городе? Наш новый мир, бесконечно страшный, но и удивительно прекрасный, способен создавать вещи из ничего! Но мысли людей, его населяющих, влияют на творения города. Были найдены свидетельства о появлении страшного монстра в глубине слоев. Оно было покрыто защитными пластинами, как насекомое, обладало необычным внешним видом (рисунок отсутствует, прим. переводчика), плевалось ядом и скорость реакции этой твари была ужасающей. Удивительно, но некоторые сатанисты утверждали, что видели это существо еще Там, вне Города! Но не настоящего, а лишь куклу в (далее автор дает подробное описание телевидения, прим. переводчика). Фантазия людей создала в Городе этого монстра. Ходят слухи, что Здесь иногда появляются люди без прошлого, никогда не существовавшие в реальности, но созданные мыслями окружающих. И люди эти не призраки, а существа из плоти и крови…»

________Внезапный звук выстрела заставил меня захлопнуть книгу. Что могла случится в Библиотеке? Неужели как-то открыли ворота? Я побежал на звук выстрела. Во время бега вдоль бесчисленных полок, я пытался понять, что именно хотели сказать мне члены «клуба» пятым томом «бреда».
________Какой-то библиотекарь остановил меня и успокоил – иногда в «Magna Librorum Copia» пробираются одна-две крысы и Совет Библиотеки вынужден применить личное оружие. Сатанист, который оказывается искал именно меня, передал приглашение Александра позавтракать вместе с ним и Советом…
 

    Rock4ever

    очки: 22
    Веско ;)
- Третий этаж, последняя квартира слева. Окна зашторены, не вижу, что происходит внутри, - спокойный и четкий голос Мэдисон был воспроизведен на другом конце радиопередачи.
___Чуть сниженный тембр и чеканящий акцент выдавали в ней некую долю африканской крови, даже больше, чем внешность. Смуглый оттенок кожи сошел бы за летний загар, если бы не этнически полные губы и широковатый для европеоида нос. К счастью, женщине от матери достался высокий, красивый лоб и невероятно выразительные глаза – это делало лицо гармоничным. Ее даже можно было бы назвать красавицей, если бы не две жесткие морщинки, начинавшиеся чуть выше уголков губ и уходившие к переносице, да постоянно холодный и сосредоточенный взгляд. В отличие от других тридцатилетних женщин, Мэдисон не прикладывала никаких усилий, чтобы выглядеть женственной – наоборот, она отвергала все, что представляло бы ее слабой. Короткие, как у солдата, волосы, отсутствие косметики, твердый живот, широкие плечи и сильные руки – вот что выбрала она для себя. Никто в команде еще ни разу не слышал, чтобы она жаловалась на что-то или ставила под сомнение целесообразность приказов, если ради их выполнения нужно было рисковать. Именно поэтому женщина и была одной из пяти человек, которым поручили это задание.
- Принято. Шерлок, как там у нас положение? – Виктор Каттинг замер у подъезда, словно обычный жилец, разглядывающий рекламу на щитке.
___Из всей пятерки он был, пожалуй, самым терпеливым. Впрочем, некоторые считали, что он просто тормоз. Как бы то ни было, свое дело он знал. Если требовалось открыть чужую дверь, не имея ключа или непринужденно врать, глядя в глаза – Каттинг мог сделать и то и другое, а если понадобится, то и одновременно. Это было даже немного странно – специалист по ловкой лжи, который мог заговорить зубы даже тому, кто не разговаривает ни на одном из подвластных ему языков, вне задания был молчалив и задумчив. За это его тоже изредка принимали за невнимательного оболтуса. Свой пистолет, спрятанный в кобуре подмышкой, он считал излишней мерой предосторожности, прекрасно зная, что начнись заварушка, от его «Беретты» толку не будет. Для перестрелок в команде есть Мэдисон, которая сейчас пытается разглядеть, что происходит в нужной квартире через оптику штурмовой винтовки, надежно укрывшись в тени рекламного щита, на крыше соседнего здания. Да и зачем им вообще оружие на этом задании? Объект в любом случае должен остаться в живых… Рация зашипела в ответ:
- Все чисто. Похоже, малыш Ричи полностью уверен в своей безопасности, - Роберт Холмс еще раз пробежался взглядом по улице, пытаясь углядеть подозрительный транспорт.
___Кличку «Шерлок», Роберт получил из-за фамилии и только из-за нее. Со знаменитым сыщиком его объединяли только эти пять букв. В команде он был специалистом по транспорту – мог завести что угодно и успешно этим управлять, причем такая мелочь, как ключи, его совсем не волновала. В отличие от своих коллег из кинофильмов, Роберт предпочитал уходить от погони еще до того, как она началась, умело встраивая автомобиль в поток движения таким образом, чтобы его невозможно было заподозрить в причастности к потревожившим покой событиям. Учитывая его вечно приподнятое настроение, Холмса легко можно было принять за невнимательного новичка, но это мнение было бы ошибочным. Даже сейчас, сидя за рулем как бы невзначай припаркованного у перекрестка фургона, он на автомате отмечал каждый альтернативный путь отступления и снова прогонял в голове лимит времени, который у них есть, если кто-то вдруг вызовет полицию. Из приемника послышался отзыв четвертого члена команды:
- Черный ход ведет во дворы. У него нет окон на эту сторону, так что я подстрахую прямо отсюда, - Стэнли Дойл прислонился к стене у двери, наклонив голову так, чтобы черная кепка закрывала лицо. Его задача была такой же, как и у Мэдисон – наблюдение и устранение нежелательных участников этой игры. За слишком уж откровенную тягу к «грубому» разрешению конфликтов, он был лишен возможности, играть основную роль в этом деле. Все что ему оставалось – надеяться на то, что этот продажный онанист Ричи каким-то образом заподозрит, что его вычислили, и попытается смыться через черный ход. На свою, что называется, беду. Стэнли готов был даже немножко ему в этом помочь, лишь бы получить возможность сломать ублюдку пару ребер. Последним подал голос командир группы:
- Ладно, лишнего времени у нас нет. Виктор, начинай, - получив команду, взломщик, как ни в чем не бывало, снялся с места и вошел в подъезд.
___Гектора все знали как распоследнего жополиза и властолюбца, но отнюдь не бездарного командира. Пусть он вызывал презрение у всех четырех своих подчиненных, постоянно показывая, кто в группе главный, без всякой на то причины, Гектор знал, что делать в динамически меняющейся ситуации. Поэтому он считался ценным и лояльным кадром и именно поэтому был назначен главным в таком щепетильном деле. Неделю назад, одно из доверенных лиц босса, решило проверить, насколько дорогим может быть это самое доверие. Этим лицом был Ричи Вабо, так же известный, как Черный Ричи. Прозвище такое он получил вовсе не за темные дела, а, очевидно, за цвет своей кожи, который был на удивление темным, не разбавленным примесью светлой крови. Как оказалось, он был несколько более хитрожоп, чем о нем привыкли думать и, узнав достаточно ценной информации, чтобы считаться находкой для шпиона, слил ее конкурентам. И, по понятным причинам, несколько влиятельных людей теперь хотели получить его голову, в достаточно хорошем состоянии, чтобы она могла рассказать, какие именно сведения стали достоянием конкурентов, что позволило бы им должным образом отреагировать. Гектору понадобилось некоторое время, чтобы узнать, где Ричи пережидает бурю, и теперь операция перешла в заключительную стадию – захват.
- На первом этаже никого, поднимаюсь по лестнице, - Виктор продолжал поддерживать связь с командой.
- Окна по-прежнему перекрыты. Ну, давай же, засранец, открой шторы… - без обзора Мэдисон не могла ничего сделать.
- Второй этаж. Чисто.
- Во дворе все тихо.
- Я на третьем. Ни души. Продвигаюсь к его квартире.
- Будь предельно осторожен, - Гектор наблюдал за главным входом с расстояния.
___На некоторое время в эфире повисло молчание. Затем приемник снова зашипел:
- Внутри тихо. Возможно, его там нет.
- Должен быть. Я трижды проверил информацию. Взломай замок и проберись внутрь. Если его там действительно нет, придется ждать, пока он не вернется.
- А если он не вернется? Если информация ложная…
- Приказы тут отдаю я, понятно? Делай свое дело и не трепи языком. Приступай.
- Принято, - если Виктор и был недоволен, он это скрыл. Хотя, он бы не смог подавить улыбку, если бы знал, что остальные трое, в этот момент, как по команде, показали в приемник средний палец.
___Снова повисла тишина. Через некоторое время Мэдисон потянулась за рацией:
- Виктор, что там у тебя?
- Ничего особенного, - раздался приглушенный голос в ответ. – Замок очень старый, механизм тугой. Не хочу испортить отмычку. Ага, погоди-ка, сейчас немного проверну и…
___По рации было слышно, как Каттинг затаил дыхание. Все затихло. Затем раздался какой-то щелчок, и с той стороны двери что-то глухо ударилось об пол.
- Черт, пи…
___Звук взрыва поглотил конец ругательства. Ударной волной выбило окна на третьем этаже, приемник громко зашипел, и связь пропала.
 

Zara

Ословед
В больнице со мной хорошо обращались. Лучше, чем я заслуживала. Смутно я помнила, что я плохой человек. Что мне есть в чем себя винить. Я помнила, что совершила что-то... что-то плохое. Но вся моя память - что-то с ней случилось. Она была в теле, я знаю, она была здесь а не там, с душой, в каких-то других мирах.
Я иногда думала о душе. Думала, смогу ли я когда-нибудь вернуть ее. Совершенно ясно было, что так жить нельзя. Так, пустой оболочкой. Во мне не осталось ничего - только обертка, без конфеты внутри. Только скорлупа - без желтка и белка. Только тело - без того, что делало меня мной.
Моя память. Она подавала признаки жизни. Когда меня разрешили беспокоить - до этого всем говорили, что состояние нестабильное - ко мне приходили из милиции. Мужчина, от него пахло телом и тканью. Он не смотрел на меня - прятал глаза, но голос был суровым.
-Она, значит, не может говорить? - Спросил он, избегая моих пустых, ничего не выражающих глаз.
-Нет, не может. - Отвечала молодая медсестра, с короткими желтыми волосами - неудачное превращение в блондинку, наверное.
-А понимать-то понимает? - Спросил он почти с отчаянием. Медсестра пожала плечами.
-От нее вы ничего не добьетесь.
Я узнала, что со мной случилось. На меня ведь напали. Кто-то повалил меня на землю и избивал, пока я не превратилась в бессловесную куклу.
-Ей проломили череп. Чудо, что она жива.
-Жива - это сильно сказано. - Пожала плечами медсестра. - Еще неизвестно, что лучше - смерть, или... так...
Милиционер сурово глянул на нее, она усмехнулась.
-Да не волнуйтесь вы! Она вряд ли нас понимает, а если и понимает - скоро ничего не вспомнит.
-И вы не помните вообще ничего? - Повернулся ко мне наконец милиционер, выискивая разум в моих зрачках. - Ни нападения, ни нападавшего? - Он говорил горячо, отрывисто.
Вечер. Темно. Я возвращаюсь домой... откуда? Я иду, и мне скользко. Зима?
Потом он. Вышел откуда-то сбоку, встал у меня на пути. Закрыл дорогу. Лицо смотрит на меня, и я его знаю. Не помню, кто он, но точно помню - мы и раньше были с ним знакомы. С человеком, который напал на меня.
Его губы шевелятся. Лицо искажает гримасса. Я не чувствую страха. Не чувствую потребности защищаться. Странно... я хочу, чтобы он ударил меня. Я виновата. Виновата, гораздо сильнее его. Я не бегу, не кричу "На помощь". Я стою и смотрю в сторону, пока он походит.
Потом удар. Удар. Опять удар.
И его лицо, нашептывающее мне:
-Ты же помнишь? Ты же помнишь, что ты с ней сделала?..

После того раза милиция не заявлялась. Действительно, бесполезно. Даже если бы я могла говорить - стала бы? Нет.
А в больнице... да, в больнице ко мне относятся хорошо. Да еще фокусник. Приходит почти каждый день. Больше не к детям, нет. Ко мне. Сидит, читает мне книжки.
Алису в Стране Чудес почти дочитал, обещал дальше взяться за Дон Кихота.
Все медсестры посмееваются.
"Везучая", - говорит мне молодая, с короткой стрижкой. - "Смотри на себя - больная, худая, не двигаешься, и то в тебя влюбились. Вот я - молодая, здоровая, и хоть бы кто..." - Она молчит, расчесывает мне волосы. Взгляд - застывший куда-то в мысли. Потом вдруг смотрит на меня. - "А что ты, вот такая вся, ненакрашенная - это не страшно. Мы тебя в следующий раз прихорошим, вообще красавицей будешь. Ты ведь очень даже... только худая очень."
И в следующий раз она мажет мне губы каким-то вонючим липким блеском, красит ногти на руках, будто кукле. Поправляет волосы, чтобы красиво лежали.
-Красавица. - Ласково говорит так.
Фокусник приходит только вечером.
-Вы что, посещения уже закончились! - Возмущенно шепчут ему в коридоре. Я слышу. Он извиняется, что-то говорит просительным голосом. Потом тихий смех, кокетливый. -Ладно уж, голубки. Воркуйте.
Дверь раскрывается, он заходит, садится. Читает. Это последняя глава "Алисы в Стране Чудес". Он сам так сказал.
Темно. Вечер. В стеклах отражаемся мы, я - лежащая, он, рядом со мной, с книжкой.
Я смотрю на него, всматриваюсь в лицо.
Фокусник ловит мой взгляд. Захлопывает книжку, довольно улыбается.
-Ты ведь идешь на поправку? - Говорит он, оглядываясь на дверь. Все дети, со мной в палате, спят. Медсестры остались на своих постах, в приемной.
Только он и я.
-Я уж думал, так и не узнаешь. - Говорит он, откладывая книгу в сторону. Придвигается ко мне. - Надеялся, что ты умрешь. Но ты сильнее. Ее.
Я смотрю на его лицо, которое шепчет мне что-то. А в голове только зима, скользкая, неудобная обувь.
-Ты ведь узнала меня? Наконец-то? Я столько ходил к тебе, а ты - как мертвая, даже не боишься меня. - Говорит фокусник, наклоняясь ко мне, шепотом. - Ты ведь должна была сдохнуть! У тебя вся башка была в крови.
Его голос. Я узнаю его. Падение, боль в затылке - ударилась об лед. Потом - его неуклюжее тело, тяжелое, навалилось на меня. Руки - в перчатках, кожа скользит, пахнет сигаретами.
-А теперь, погляди только. Лежишь, как принцесса. Волосы уложила, даже ресницы тебе накрасили. Смотри, как хорошо тебе. Думала, все? Думала, искупила свою вину? Ту, которую никогда - слышишь, никогда - не искупить?
Он шепчет мне, а в голове холод, и страх, наконец-то проснувшийся, только вот слишком поздно. И даже чьи-то негромкие голоса - прохожие обходят темные места стороной, даже если оттуда несутся стоны и мольба: "Спасите".
-Сдохни, сдохни, сдохни по-хорошему! Я ведь все равно тебя не оставлю. Думала, спряталась? Думала, я к тебе не приду? Думала, все закончилось? - Говорит фокусник, шепча мне прямо в лицо.
Я помню его. Помню его лицо, в тот вечер. Удар, удар, опять удар. Помню его слова.
-Ты ведь все вспомнила, верно? Помнишь, меня? Помнишь? О, не смотри так. Ты же помнишь. Ты же помнишь, что ты с ней сделала...
В комнату заходит медсестра. Смотрит на нас, с умилением. И правда, два голубка - склонились друг к другу, в интимной тишине больничной палаты.
-Ладно, хватит. Проведали, теперь прощайтесь. Завтра заходите лучше.
Фокусник встает, оправляет мне одеяло. Забирает книгу, улыбается.
-Да, я завтра прийду. Алису закончили. Завтра начну читать Дон Кихота. - Говорит он медсестре, и мне. И выходит.
-Счастливая. - Улыбается медсестра.
 

Godless

Ословед
- Наступает новая Эра и новый порядок! – пафосно проговорил Хед…
_____Ох, как сильно мне в этот момент хотелось вломить по его смеющейся рожи чем-нибудь тяжелым. Но наставленный моим бывшим другом ствол магнума не давал мне такой возможности. Я был в не себя от переполняющей злости, хоть и не показывал этого внешне. Пусть думают, что я спокоен, как удав, и им не удалось застать меня врасплох. На самом же деле, во мне кипела такая обида! Обида на предавшего меня Кевина, на ублюдочного Хеда (всегда его ненавидел), на Марка, который, как сквозь землю провалился, тем самым заставив меня прийти к Кевину, на весь не совершенный мир, Ад его поглоти!

- Хед, дружище, давно тебя не видел, выглядишь неважно, да еще и порядок пропагандируешь. Неужели Кевин позвал тебя и твоих друзей, чтобы навести порядок в своем доме? Хорошая уборка тут не помешает, – попытался потянуть время я, судорожно обдумывая план действий.
- Твои шутки сейчас не уместны! – прикрикнул новоиспеченный «уборщик». Ну, это я и без него знал.
- Знаешь, я давно подозревал, что твои помыслы не чисты, но то, что ты хочешь сделать, превзошло все мои ожидания, - на самом деле, я понятия не имел, каковы цели этого ублюдка, но очень хотел бы узнать.
Кевин продолжал держать меня под прицелом, хотя надобности в этом уже не было, куда я побегу, когда тут четверо вооруженных автоматами сектантов, и мне кажется вопрос «стрелять или нет» долго их мучить не будет.
- А от тебя, Кевин, я подобного не ожидал, - продолжил я, - Ведь мы с тобой давно знакомы, а как думаешь, что на это скажет Марк, когда узнает? Чего пообещал тебе этот мерзавец, - кивнул я в сторону Хеда, - что ты готов убить друга?
Кевин заговорил, опустив, наконец, револьвер:
- Знаешь, Джефф, я не думаю, что Марк что-то скажет, ведь он об этом даже не узнает, - заулыбался Кевин, посмотрев в сторону не менее довольного члена Совета, - А на счет обещаний, ведь мне много не нужно, я всего лишь стану лидером «Чистильщиков», а то бывший лидер не очень хорошо справлялся со своими обязанностями.
- Теперь мне все ясно, - вот же чего задумали эти гады, смену власти, - Ты займешь место своего «лучшего друга» Марка, а Хед станет новым лидером братства, да-а, - протянул я, - Далеко смотрите, мужики. А не боитесь, что те же «Чистильщики» не захотят принимать нового лидера, старый, вроде, всех устраивал. Они пойдут за Марком даже через все круги Ада. Я не думаю, что вы сможете остановить толпу хорошо обученных людей, главной профессией которых является убийство.
Я думал, что после моих веских доводов они, как минимум, пересмотрят свое решение по смене власти, но, кажется, мой главный козырь, не стал для них сюрпризом. Видимо, их козырь старше моего…
- Бедный Джеффри, ты так наивен, ну неужели ты думаешь, что мы не позаботились об этом. Уже все «Чистильщики» знают, что Марк позорно сбежал, оставив всех на произвол судьбы в трудный час, - Хед просто упивался своим положением, - Ведь ты сам недавно сообщил нам, что Марк внезапно исчез, не сказав даже тебе, куда именно он направился. А не это ли значит, что он просто сбежал?
- Это ничего не значит! И ты сам это знаешь, - все же «новому» лидеру удалось вывести меня из себя. Автоматы его подопечных сразу нацелились на меня, и мне пришлось прекратить разговор на повышенных тонах, - Ты хочешь назвать Марка трусом? Возможно, и меня считаешь таковым, может тогда твои люди опустят оружие, и мы с тобой разберемся по-мужски? А то, получается, боюсь совсем не я, а ты, – я откровенно пытался спровоцировать его на какую-нибудь глупость, но, видимо не зря он метил в лидеры. Здравый смысл у него имелся.
- Не пытайся Джефф, конечно, я знаю, что Марк не трус. Я хорошо его знаю, долго наблюдал за ним. Но ведь остальные этого не знают, мы очень удачно закинули зерно сомнений в ряды «Чистильщиков», у нас там свои люди есть, да и Марк оказал нам хорошую услугу, пропав неизвестно где. Психология хорошая штука, теперь мало кто, доверяет прежнему лидеру «Чистильщиков». И даже если он вернется, его никто не поддержит, а один в поле не воин… Ладно, кончайте с ним, он больше не представляет угрозы, а все, что мы хотели от него узнать, уже узнали, - кивнул он своим людям, а сам, в сопровождении двоих сатанистов, вышел из дома.

Я остался в доме с двумя сектантами Хеда и с Кевином, который вновь нацелил на меня револьвер:
- Позвольте мне это сделать, - проговорил он и наставил магнум мне в голову, - Заодно и докажу Хеду свою преданность, а то он сомневался во мне.
_____Те двое только ухмыльнулись, а Кевин смотрел на меня пронизывающим взглядом, в котором читалась твердая уверенность в своих действиях. Еще мгновение, и я вижу вырывающийся из дула огонь, а следом за ним, вылетающую, как из огненной бездны пулю, которая долго, как при замедленной съемки летит, будто специально растягивая последнюю секунду жизни, оплавляется на пути, и входит раскаленным осколком в черепную коробку, проходит сквозь кость и пробивает через мягкое серое вещество выход наружу, раздрабливая темечко и забрызгивая стену позади кровью и ошметками мозга.
- Иначе не могло быть, Джефф…
Хотелось зажмуриться… Но я должен был увидеть это… Последний миг жизни.
Кевин медленно прикрыл глаза, а затем, резко открыв их, молниеносно развернул руку с магнумом в сторону одного из сектантов Хеда и произвел выстрел. Он попал точно в голову… все те же самые действия произвела пуля, но радовало, что произвела не на мне. Стена окрасилась красным…
Второй мужик толком не успел ничего понять, но все же сообразил открыть огонь, Кевин классическим гарпуном (удар плечом с разбега в живот, исп. в регби, прим. автора) повалил меня на пол, а сам кинул в противника подвернувшуюся под руку масляную лампу. Все так же метко, человек Хеда вспыхнул, как факел, сразу забыв о стрельбе. Комната наполнилась ужасным криком. Ненавижу, когда люди страдают, даже враги, поэтому, недолго думая, я поднял с пола револьвер и выстрелил. Крики прекратились, в комнате запахло горелым.
_____Я отпустил магнум и просто сел на пол, прислонившись спиной к стене. Кевин устало опустился рядом. Я бросил на него оценивающий взгляд, задавать вопросы не было сил. Он улыбнулся:
- Неужели ты думал, что я предам тебя или Марка, а тем более смогу убить. Да ты, оказывается, совсем не знаешь меня…
- Спасибо, Кевин. За все.
- Тебе может помощь нужна? Одному тут точно не справится.
- Мне нужно срочно попасть в библиотеку, у меня там друзья, и они в опасности…
 
- Музыка слишком громкая!
- Что?!
- МУЗЫКА-СЛИШКОМ-ГРОМКАЯ!!!
- Ааа…
___Из-за непрекращающейся долбежки, девушкам приходилось, чуть ли не читать по губам. Впрочем, темнота и разноцветные вспышки мешали бы общаться даже так. Толкотня, духота и непрерывный террор барабанных перепонок – неотъемлемая часть местных ночных клубов. Вскоре, одной из них это окончательно надоело.
- Пойдем отсюда, Джули?!
- Чего?!
___Вместо того чтобы снова драть глотку, Клер схватила подругу за запястье и настойчиво поволокла в сторону выхода. Та слегка поупиралась, но быстро сдалась, повинуясь своей алкогольной доброжелательности. За дверьми клуба их немедленно встретила волна холодного воздуха, особенно хорошо ощутимая после нагретого десятками разгоряченных тел танцевального зала. Казалось, еще чуть-чуть и горячие капельки, выступившие на коже, начнут испаряться, оставляя в воздухе призрачные следы.
- Ну, куда же ты, мартышка? – игриво улыбалась броско накрашенная блондинка, повиснув у подруги на локте и неловко перебирая ногами.
- На сегодня хватит, - отрезала девушка. – Джули, тебе нужно протрезветь.
- Ты знаешь, сколько времени? – возмутилась та в ответ. – Еще только 01:25! Так что «сегодня» будет длиться еще почти целых двадцать три часа. Ты хочешь испортить мне все веселье?
- Именно… - Клер настойчиво тащила подругу подальше от ночных соблазнов, но со временем это становилось все труднее.
___Наконец Джули окончательно потеряла равновесие и с пьяным хихиканьем уселась прямо на асфальт посреди абсолютно пустой улицы.
- Ой, что-то голова кружится…
___Клер со вздохом опустилась рядом, придерживая блондинку за плечи, ибо та действительно то и дело заваливалась набок.
- Эй, тупица, чего это с тобой?
- Не знаю… Выпила то я совсем чуть-чуть… - она попыталась сотворить соответствующий жест, но руки ее плохо слушались. - Ой… Это наверное потому, что я сегодня не позавтракала… А вчера… А вчера не поужинала как-то…
- То есть ты со вчера вообще ничего не ела? Вот балда… Сначала алкоголь натощак, а теперь еще и голодный обморок… Ну и что мне с тобой теперь делать, а?
___Джули пожала плечами и виновато улыбнулась.
- Тут холодно, я уже вся замерзла.
- В таком-то наряде неудивительно. Вся спина голая…
___Джули, в самом деле, была одета слишком легко для конца августа – босоножки, яркие шорты и топик со шнуровкой на спине, вот и все, что она могла противопоставить холодному ветру. Клер была старше всего на два года, но уже ощущала себя молодой матерью рядом с этой беззаботной девицей. Она стянула с себя короткую кожаную куртку и накинула на плечи подруги. Ей в обтягивающих джинсах и футболке, позаимствованной у брата, холод был не так страшен.
- Так, слушай сюда, - устало проговорила она, - сейчас пойдем к моему отцу в ресторан. Он уже закрылся давно, так что мы никому не помешаем. Я соображу что-нибудь на кухне на скорую руку, согреешься, поужинаешь, потом вызовем такси и поедем домой.
___Она смотрела на подругу строго, словно на непутевую дочь. У той был вид провинившейся собачки.
- Клер…
- Чего?
___Джули положила руки на талию подруги и попыталась поцеловать в губы. Клер знала, что она отмочит что-то подобное, поэтому ей не составило труда удержать девушку за плечи.
- Прекрати. Вечно в тебе на пьяную голову лесбиянка просыпается…
- Клер, ты самый хороший человек на свете!..
- Вот поэтому отстань, не порть мою карму.
___Клер помогла подруге подняться. Через полчаса они добрались до ресторана «Vince’s Spot». Как и ожидалось, он уже был закрыт на ночь – свет выключен, стекла занавешены. Клер начала копаться в сумочке, ища запасной ключ. Было темно и ей все не удавалось его найти. Она уже отчаялась отыскать что-либо в этой мешанине своих и Джули вещей, и начала не на шутку сердиться, как вдруг где-то совсем недалеко раздался грохот. От неожиданности обе девушки вскрикнули, тут и там начали зажигаться окна, разбуженных посреди ночи горожан.
- Что это было?!
- Не знаю, и мне не особо любопытно, - Клер с удвоенной энергией принялась ворошить весь свой дамский хлам.
___Наконец ключи нашлись, девушка открыла дверь, втащила подругу внутрь и поскорее заперла ее за собой. Они некоторое время стояли в темноте, пытаясь разглядеть, что происходит на улице. Снаружи стало гораздо светлее из-за зажженных окон. Почти в каждом светлом прямоугольнике можно было различить фигуру разбуженного жильца.
- Может нужно вызвать полицию?
- Так сейчас думает каждый второй. Не бери в голову. Нам сейчас нельзя светиться. Как я докажу, что я дочь владельца этого заведения, а не грабитель, залезший под шумок за выручкой?
___Клер усадила подругу за один из столиков, подальше от окон и приложила палец к губам.
- Сиди тихо, как мышка. И не вздумай включить свет. Я сейчас.
___С этими словами она отправилась на кухню. На кухне свет можно было включать смело. Порыскав немного в холодильнике, Клер выудила оттуда упаковку рыбных котлет и пакет с замороженными овощами. Скорее всего, они были не для посетителей, а так, на всякий случай. Такой как этот, например. Набрав в одну из кастрюль воды, девушка высыпала туда овощи и поставила на конфорку. Вторую заняла сковорода с котлетами. Отец Клер прекрасно знал значение выражений «на малом огне» или «на среднем огне», поэтому плиты в ресторане были газовыми. Блюда, приготовленные «по схеме», никогда не сравнятся с теми, которые были приготовлены «вживую». Правда, сейчас девушке было не до таких мелочей. Она повернула один вентиль на «большой огонь», а второй на «средний» и стала шарить глазами в поисках спичек.
- Куда же вы их дели?..
___Скорее всего, девушка бы их в итоге нашла, если бы не…
- Клер!..
___В голосе Джули, донесшемся из зала, был испуг. Он был таким отчетливым, что девушка забыла обо всем, словно мать, которая все бросает, слыша крик своего ребенка.
- Что случилось?! – она выскочила в зал и замерла.
___В ресторан заходили люди. Двое мужчин держали третьего, который еле держался на ногах и глухо стонал. Рядом с ними шла женщина, хищно оглядываясь по сторонам, словно ожидая нападения в любую секунду. Человек, который напугал Джули, стоял теперь посередине зала. Он целился в нее из пистолета, хотя палец, на всякий случай, держал на раме. При появлении Клер, он развернулся и ствол «Глока» уставился ей в лицо.
- Что вы здесь делаете? – немного удивленно спросил он.
___Двери ресторана закрылись.
 

Stich

Ословед
______Он поднес предмет, который все это время вертел в руках и который на поверку оказался черным мелком, к губам и демонстративно откусил кусок. Через секунду налетел сильный порыв ветра. Яркая вспышка и я уже стоял в гордом одиночестве на заброшенном кладбище автомобилей…
______Просто Мерлин блин. Ну и что мне теперь делать? Хорош, ничего не скажешь, наговорил чепухи какой-то и растворился как дым в воздухе. А теперь, попробуй узнай, правда это или все – один большой глюк. Может все-таки паштет испорченный был? Я посмотрел вокруг – ничего, у завода ничего не было видно. Я пытался прислушаться – тоже глухо. Могло ли мне все это показаться, и я просто разговаривал с пустотой и дрался с невидимым соперником? Нужно проверить. Я пошел к той самой маршрутке, где недавно была схватка. Трупа псины не было. Господи, как меня бесят такие вещи!! Я, не теряя надежды, зашел в известный автобус, но там тоже ничего не было, ни следов крови, ни тела, вообще никаких следов недавней битвы. Черт! Что ж это такое? От чего ж я тогда устал так, словно километров 10 пробежал? Это шутки города, или моего воображения, или же все таки… Тут меня осенило: я размахнулся и воткнул один из саев прямо в находившееся рядом сиденье автобуса. И с триумфальной улыбкой наблюдал свою правоту: кожа, покрывающая сиденье, начала быстро обугливаться вокруг сая, и тлеть прямо на глазах… Болван. Если он хотел пошутить со мной, то у него ничего не вышло. Этот маг, как оказалось, знает не все про меня. Оно и к лучшему. Меня это вполне удовлетворило, значит, я не сошел сума, и все это не было лишь игрой воображения. Хвала ветрам. Я вытащил сай…
______Я сидел в автобусе и раздумывал, над тем что произошло, над тем кто этот Гендальф-выскочка, и что мне теперь делать. Так расслабься… Он упомянул слово «игра», причем сказал это так, будто все здесь в ней замешано. Может правда все это игра? Тогда где же финал и какова цель? Неет, глупо. Так… еще он знает что я ищу человека, но возможно не знает кого именно… Хотя, мне кажется, ему все равно. Сказал, что знает, где искать. Глупости! Я даже не уверен, жив ли Слай! Однако голос его звучал уверенно, будто он знает, о чем говорит. Еще была речь о команде, неужели это те люди, которых я видел на горизонте? Он сказал, они пойдут на вокзал. Может, и правда стоит пойти туда? Все равно вариантов больше нет, да и к тому же теперь я уверен, что все это не было иллюзией. Я взглянул на соседнее сиденье, которое почти полностью обуглилось и теперь больше напоминало чьи-то внутренности в сильно покареженном состоянии.
______Пора идти. Я встал и направился к дверям автобуса. Снаружи, вокруг была пустота, но, к сожалению, далеко не красота. И все бы хорошо, но только я понятия не имею где искать вокзал… А вот завод стоял совсем рядом. Тут в мозгу что-то переклинило, в голову стали вкрадываться мысли типа: «Да кто вообще такой, этот маг, что может делать вид, будто все знает?», «Зачем мне его слушать, ведь у меня был безупречный план, пока этот Волондеморд недоделанный не появился?», «А не послать ли мне его советы, куда подальше и сделать так, как я хочу?». И я, совсем потеряв осторожность, и забыв про предупреждение чародея, направился на завод, вспомнив, что именно его я видел на фотографии со Слаем…
______Это стало моей последней ошибкой…
 
___Никогда бы не подумал, что буду радоваться обыкновенному дрожащему лучу света… Отсюда, с кровати, на которой я лежал, было видно всего маленький кусочек этой желтой дорожки, но это уже говорило об одном, невероятно важном факте – я не ослеп. Чертовы заговорщики, не могли приоткрыть дверь раньше? Теперь их голоса стали слышны еще отчетливей.
- Не мели чепухи! Ты опять пришел рассказывать мне всякие небылицы? Мальчику этому ты тоже мозги промыл своими историями? Который он уже по счету? Пятый? Или ты еще кого-то успел угробить?
___А вот с этого места поподробней, пожалуйста…
- Сначала таскался всюду с Анной, потом она куда-то пропала, а из тебя месяц было ни слова не вытянуть. Затем этот наивный простофиля, Воронцов, отправился с тобой к центру города, а потом ты мне заявляешь, что он погиб по глупости! Впрочем, если ему хватило ума потащиться с ТОБОЙ куда-то, он действительно сам во всем виноват… А те двое, брат с сестрой? Я их всего один раз видел. Что с ними стало? Они так же ушли и не вернулись!
___Человек за дверью замолчал. Судя по тому, что Инкогнито тоже не сказал ни слова, все сказанное было правдой. Сколько бы я ни вслушивался, я не мог услышать ничего, кроме звона, который из ниоткуда появляется в тишине, да еле различимого тиканья механических часов. Наконец, старик снова заговорил. Голос был тяжелым, обвиняющим:
- Если тебя, выродка, жизнь ничему не учит, то не трогай хотя бы остальных людей, не тяни за собой… В последний раз, когда ты приходил с Анной, она говорила, что ты отмечен смертью и она будет забирать всех, кто рядом с тобой. Я – человек науки, я не верю в предсказания, в судьбу, в карму, но, в конце концов, Анна ведь оказалась права. Еще никто из твоих «компаньонов», - он произнес это слово нарочито насмешливо, - не прожил достаточно долго, чтобы понять, что ты за человек.
___Снова зазвенела тишина. Я ждал, когда кто-нибудь из них заговорит, но, по всей видимости, сказано было достаточно. Затем негромко скрипнула табуретка, послышались шаги, зарычали ржавые петли. На несколько секунд стало слышно, как снаружи шумит ветер, затем дверь закрылась, и я опять остался наедине с тиканьем часов. Интересно, кто ушел, а кто остался? Лучше бы остался Инкогнито – позиция старика мне абсолютно не понравилась. Вот так с места переводить разговор на повышенные тона могут лишь люди, которым нравится создавать негативно заряженные ситуации. Иными словами – склочники. А таким свойственно преувеличивать и искажать факты, лишь бы задеть собеседника. Я уверен, если Инкогнито говорит, что кто-то погиб по своей глупости, то так оно и есть. Если бы не он, я бы и недели тут не протянул.
___В комнату пробрался отголосок свежего воздуха, проникшего в помещение через дверь. Он был влажным, пропитанным запахом недавнего дождя, запахом сырой земли. Он быстро пропал, вытесненный обратно нагретым воздухом, пахнущим то ли шерстяными пледами, то ли ватными матрасами, то ли старыми подушками, то ли всем сразу. Комната вдруг показалась невыносимо душной, захотелось выбраться наружу. А поскольку дальше валяться было бессмысленно, я встал с кровати, которая, естественно, немедленно об этом растрезвонила всей округе, и на ощупь стал пробираться к двери. Она оказалась древней, рассохшейся, с куском валенка, вместо замка и оконной ручкой, вместо дверной. Когда-то середина двери была стеклянной, но затем стекло разбилось и пришлось ее с одной стороны заколотить фанерой. На вторую то ли фанеры не хватило, то ли руки не дошли, так она и осталась открытой, демонстрируя жильцам пустой проем. Теперь эта дверь висела на петлях, старая, изношенная, недоломанная и недоделанная, как и все в этом тусклом месте. Раз уж все в радиусе километра, и так в курсе, что я проснулся, стоять за дверью было бы глупо, так что я просто открыл ее и шагнул внутрь.
___После темной «спальни», желтоватый свет электрической лампочки показался ярким до боли. Затравленно подрагивая, он растекался по крохотной комнате без окон, плотно заставленной ветхой мебелью. Старый диван, покрытый душным пледом, едва втиснулся в дальний ее конец. Над диваном висела деревянная полка, полная различных книг в тусклых переплетах. Явно не детская литература. На самом верху стояла черно-белая фотография. Отблеск от лампочки не давал рассмотреть, что на ней изображено. Впритык к дивану был поставлен стол, наполовину занятый тетрадями и канцелярскими принадлежностями, среди которых угнездился и тот зловонючий будильник, что начал меня уже нервировать. Вторая половина была идеально чиста. На стене, над столом, висело несколько старых фотографий с различными пометками. Они были прикреплены к стене ровно и симметрично – похоже хозяин комнаты заморачивался на порядке. Сам он сидел на табуретке, у торцевой части стола, неподвижный, как статуя. Весь серый и ничем не примечательный, словно не человек, а мебель. Еще одна табуретка стояла с противоположной от дивана стороны. И завершала эту картину дверь с массивной защелкой, которая, по всей видимости, выходила на улицу. Почему-то мне сразу очень сильно захотелось распахнуть ее настежь, чтобы в комнату проникло хоть что-то свежее.
- Молодой человек, вы что, проснулись? – требовательный голос старика заставил меня вздрогнуть от неожиданности. Что-то я действительно задумался.
___Первым желанием было сказать «Нет». Напугал, блин, да еще и таким глупым вопросом. Сдержался. Меня так и подмывало сказать «Я не ослеп» но и это замечание пришлось оставить при себе, так как это было и без того очевидно и, к тому же, означало бы, что и не оглох тоже. Пока в голове суетливо строились и распадались варианты ответа, язык взял, так сказать, инициативу в свои руки.
- Я… - на том его пыл иссяк. – Я…
___К счастью, старик по-своему понял беспомощность, отразившуюся в этот момент на моем лице.
- Не тушуйся, тебя приволок сюда твой знакомый. Сядь, - он указал жестом на свободную табуретку.
___Что-то в его речи сразу ударило по нервам. Он говорил, как человек, привыкший к безусловному уважению. Слишком властно, слишком повелительно. Тем не менее, у меня не было причин его не слушаться, поэтому я не стал заострять внимания на его манере речи и послушно сел. Старик довольно бесцеремонно протянул руку, взял меня за подбородок и начал поворачивать мою голову туда-сюда, подставляя на свет, словно это была не чужая голова вовсе, а настольный глобус. Его морщинистые губы при этом шевелились, словно он отмечал про себя какие-то детали. Наконец, он наигрался и разжал пальцы.
- Как у тебя со зрением? – все так же требовательно спросил он.
___Блин, откуда мне знать? Я похож на окулиста?
- Не знаю.
___На его лице, на секунду, появилось выражение, словно бы говорящее «А ты вообще что-нибудь знаешь, бестолочь?». Еще один удар по моему, и без того изношенному, самолюбию. Затем он видимо сообразил, что точных данных он тут от меня всяко не добьется, и вины моей в этом нет. Нахмурившись, он обвел взглядом комнату, затем снова врубил диктатора:
- Сколько человек на той фотографии? – он кивнул в сторону книжной полки.
___Я глянул туда, немного прищурился и ответил:
- Шестеро.
- Так, хорошо, сколько мужчин и сколько женщин?
___Я прищурился сильнее, но так разглядеть и не смог.
- Не вижу.
- Понятно, не меньше минус двух. Когда последний раз проверял глаза?
- Года два назад.
___Снова презрительная мина. Меня даже подташнивать от него стало. Кто ж виноват, что в последний раз в больнице я был на медосмотре в восемнадцать лет? Всерьез задумался о том, чтобы просто встать и выйти. Остановить то он меня все равно не сможет… Меж тем, он продолжил:
- У тебя из глаз шла кровь. По крайней мере, так говорят… Никаких повреждений я не заметил, как ты это объяснишь?
___Да у него что, привычка вопросы задавать в форме наезда? До чего раздражающий человек… Я ухмыльнулся в стиле «Это же очевидно…» и показал пальцем на ссадины, украшавшие почти всю левую половину лица. Сам то я понимал, что все не может быть так просто, но этот человек, по всей видимости, доверял только научным доводам. Мне показалось, что я удачно выкрутился, но реакция старика оказалась малость… неадекватной.
- Ты мне еще погримасничай! – неожиданно громко прикрикнул он и раздраженно ударил ладонью по столу, отчего будильник подпрыгнул и негромко звякнул.
___Меня аж подбросило. Я всегда очень остро реагировал на агрессию, даже если она была направлена не на меня. От такой неприкрытой деспотии внутри все вспыхнуло от возмущения и обиды, а по спине стегануло холодом. Да что это с ним? Я всего лишь не хочу казаться самому себе зачуханной школьницей. Или мне на все вопросы отвечать вслух, вполголоса, добавляя в конце «господин»? Если ты старше на полвека, это не дает тебе права считать окружающих существами низшего порядка…
___Пока я об этом думал, старик встал, взял фотографию с полки и поставил передо мной.
- Вот…
___Смысл этого действия от меня ускользнул. Это новый способ унизить незнакомого человека? Ой, прости, я, наверное, слишком туп и никчемен, чтобы понять этот тонкий намек на мою тупость и никчемность…
- Это наша группа, - при этих словах из его голоса куда-то пропала вся надменность. А-а-а, ясно – сейчас Владыка будет повествовать о себе. А я, стало быть, должен быть польщен, что мне оказана такая честь? Хотя, подобная перемена в его голосе меня отчасти заинтересовала.
___Я внимательно вгляделся в лица. Одна женщина и пятеро мужчин. Стоят на фоне разрушенного здания, у всех в руках какие-то приборы. Поражало то, что фотография без сомнения была сделана в Городе. Неужели люди могут попадать сюда по собственной воле? А если и так – кому это может прийти в голову?
- Вот это - Вячеслав Коршун, - продолжил старик, ткнув пальцем в крайнюю фигуру. – Выдающийся физик и микробиолог. Он приехал сюда, чтобы зафиксировать появление новейших видов насекомых.
___С фото на меня смотрел статный, широкоплечий мужчина в роговых очках. На вид ему было лет сорок, сорок пять. Взгляд серьезный, сосредоточенный. Если бы меня попросили наугад сказать, кто у них главный, я бы показал на него.
- Вот это я…
___Старик на фотографии выглядел моложе лет на двадцать. Я бы его даже стариком не назвал. Стоял ровно и в камеру смотрел, высоко подняв подбородок. Что, впрочем, придавало ему столь раздражающий горделивый вид.
- Рядом – моя жена, Нина.
___Невысокая женщина, слегка располневшая к бедрам, улыбалась в объектив. У нее было очень простое и открытое лицо, а глаза улыбались вместе с губами. Она словно выделялась из кадра, как нечто лишнее. Ей здесь явно было не место. Я скорее представил бы ее с сачком на поле, бегающей за кузнечиками, у которых в таком то году удлинились лапки на полмиллиметра, или протирающей коленки в лесу, с линейкой, измеряющей длину опавшей хвои… Но не тут, не среди развалин и грязи.
- Вот это – наш коллега из Германии, Юрген Зейдеман.
___Рядом с Ниной, поставив одну ногу на обломок стены, стоял мужчина с красивым, волевым лицом. В его взгляде, замершем на фотографии, чувствовался недюжинный ум. Он словно каждый предмет мысленно брал, развинчивал, изучал и собирал обратно. Этот человек явно не смотрел на мир, он его ВИДЕЛ. Люди с такими глазами всегда все осмысливают гораздо глубже, чем все остальные, поэтому многие вещи, неочевидные окружающим, для них просты, понятны и открыты.
- У него за плечом – наш специалист по аппаратуре, Валерий.
___Высокий блондин, с выражением лица, словно на паспорт, встал чуть позади немца. Возможно, в жизни он был красив, но фотопленка его не красила. Она проглатывала все выступы и впадинки его лица, делая его похожим на блин. Светлые волосы этому только способствовали.
- А вот это – самый молодой из нашей команды, Константин Воронцов, земля ему пухом.
___Впереди всех, присев на корточки, чтоб никого не закрыть, был запечатлен парень, лет этак двадцати пяти. В нем все так и горело молодостью – широкая улыбка, живые глаза, штаны, закатанные до колен и клетчатая рубашка с расстегнутой верхней пуговкой. Мне он почему-то сразу показался очень знакомым, но, сколько бы я не всматривался в его лицо, так вспомнить и не смог. Нужная мысль вертелась на самом краешке сознания, но всякий раз как я пробегался взглядом по непослушным волосам, густым бровям и слегка торчащим ушам, она соскальзывала обратно, в глубины моей памяти.
- В семьдесят третьем, когда авария только произошла, мы рассматривали ее лишь как глобальное бедствие…
___Минутку, а ту часть, где я говорю «Ой, а расскажите, как вы тут очутились?» мы что, опускаем? Мне, вообще то, неинтересно. Но его, похоже, было уже не заткнуть. Будьте вы трижды прокляты, люди, считающие себя важнее остальных…
 

Night rain

Ословед
В библиотеке. часть 2.

________К сожалению, "обеденный зал" находился на другой ветке этой станции, и, чтобы добраться до нее, необходимо было пересечь почти всю библиотеку. Следуя указаниям молодого библиотекаря, я направился к ближайшему переходу. Проводить меня сатанист отказался, впрочем, заблудится в залах библиотеки, если знать нужное направление, достаточно сложно.
________Все помещения, которые я проходил, были заставлены бесчисленным количеством книг. Почти три столетия сатанисты накапливали это немыслимое сокровище. И библиотекари считали его важнее всяких военных переворотов, смены власти и прочих "развлечений" сатанистов. И, если честно, я был согласен с хранителями знаний. Я заметил, что небольшие технические помещения использовались как личные комнаты библиотекарей, или как склады продовольствия. Таким способом обеспечивалась полная автономность и безопасность Библиотеки.
После одного из переходов я оказался на двухъярусной станции, и, судя по словам того библиотекаря, мне нужно было подняться на второй этаж и не пересекая станцию, свернуть в очередной переход. Но, когда я подошел к эскалатору, мне пришлось удивленно остановиться. Автоматическая лестница была залита бетоном. Но, в шершавом покрытии вновь были вытесаны ступени! я наклонился, и постучал по бетону. Судя по звуку, толщина слоя была минимум сантиметров десять. Стоило мне подняться с колен, и ступить на лестницу, под ней раздался крайне неприятный звук. Словно сквозь какую-то вязкую жидкость пропустили поток воздуха, заставив ее пузыриться. Прямо под моими ногами бетон ощутимо задрожал. Я поспешил подняться наверх. Что бы там ни было, сатанисты поступили правильно, замуровав (как потом выяснилось) все эскалаторы в Библиотеке. Дальнейший путь прошел без каких-либо происшествий.
________У самого входа в зал я встретил Никс. Оказалось, ей надоело бродить по залам, и она решила тоже встретиться с Советом. Они, скорее всего, не будут против, подумал я, и мы зашли в зал...
________...Который оказался почти пустым. Я ожидал, что в нем будет много народа — как минимум, все члены совета, и еще несколько обычных библиотекарей. Но за длинный оцинкованным столом сидел один Александр. Взглянув на наши недоуменные лица, он вздохнул, и кивнул в сторону стульев:
________-Садитесь. Как обычно, у Совета нашлась убедительная причина не встретить гостей, а поручить беседу с вами мне. — Алекс говорил о Совете Библиотеки таким, тоном, словно сетовал на непослушного ребенка.
________-Разве они не хотели узнать больше о рунах? Ты же говорил мне, что Совет был очень заинтересован, известием о них.- Никс была удивлена не меньше меня.
________-Да, говорил. Но они решили, что человек, интересующийся "бредом", не может принести Библиотеке ничего нового. Мой рассказ о рунах они назвали шарлатанством. Старые иди... — Александр осекся. — Ладно, мне не стоит быть настолько эмоциональным. Просто члены Совета — превосходные организаторы, но библиотекари они никудышные. Без новой информации, действительно важной, Библиотека погибнет. Совет делает упор на расшифровку уже добытых старых рукописей, но это мало что дало сатанистам. А руны на твоем плеере... они могли бы нам помочь. Кстати, откуда они у тебя?
________Я рассказал про Грея, а затем Никс поведала Алексу про встречу с "клубом".
________—Забавно. — Библиотекарь задумался. — Я ни разу про них не слышал. В игру можно достичь могущества, причем, иногда за очень короткий срок. Правда, всегда приходится чем-то жертвовать. И если они не потеряли внешний облик, кроме этого...ммм.. Серого, то это даже хуже, чем внешние изменения. Иногда подобные люди собираются — в старых книгах есть рассказы о подобных "клубах по интересам". Но вот зачем они это делают, какая у них цель, это не ясно. Дело точно не в безопасности, они и поодиночке почти неуязвимы. Вырваться из Города? Не думаю, что это возможно. Да и зачем им это?
________-Может, им просто скучно? — Никс улыбнулась, — И поэтому они помогают другим?
________-Скучно... вполне возможно. — Алекс продолжил, — Но я не верю в их альтруизм.
________-Я тоже. Зачем им это? они не получат никакой выгоды от помощи нам. Скорее всего, не все их развлечения так безобидны. — Меня все еще сильно раздражала вера Никс в гипотетическую доброту "клуба" и Грея в частности.
Вдруг Александр резко встал из-за пустого стола:
________-Черт! Я совсем не умею принимать гостей. Энер, я же обещал тебе завтрак с Советом, а не беседу на голодный желудок! Никс, ты будешь?
Никс отказалась — она уже завтракала, пока я бродил по залам Библиотеки. Александр выглянул из комнаты и окликнул кого-то. Через несколько секунд в зал зашел пожилой толстяк с подносом в руках. Поставив дымящиеся тарелки на стол, он вытер руки о грязный фартук и удалился. Я с удивлением смотрел на еду. Это были не привычные для меня консервы, а настоящие картофельное пюре, мясное рагу, белый хлеб и стеклянные баночки для соли и перца.
Алекс вновь улыбнулся:
________-Совет может себе это позволить. Впрочем, не надейся, что картофель и зелень настоящие. Нормальные растения в Городе вообще не растут, так что пюре порошковое, а зелень сушеная.
Но эти слова все равно не могли развеять мой восторг.
________-Кстати, ты заметил, что в городе без разницы, какую пищу есть? Несколько месяцев на одних консервах там, Наверху, и цинга бы свалила и самого здорового человека. А здесь все это не имеет никакого значения. Хотя, есть нормальную пищу, или почти нормальную, значительно приятнее.
________-Алекс, мы можем как-то помочь Джеффу? — Спросила Никс, пока я жевал.
________-Боюсь, что до завтрашнего дня — нет. Я не особенно знаю тонкости работы этих ворот, но по заверениям техников, ровно двое суток после закрытия их открыть невозможно. Ни с нашей, ни с противоположной стороны. Мне кажется, за Джеффа можно не волноваться. Я давно знаю его и он нужный человек для сатанистов. Он не рвется к власти, а значит, его незачем устранять. Он верен даже не власти "секты", а ее идеям. Ну, а если новое "руководство" окажется достаточно неумным и решит убить его, это у них тоже вряд ли получится. Боец он превосходный. К тому же, ему наверняка на помощь придет Марк, который тоже замечательно...
________-Марк исчез. — Прервал Алекса я. Может, это и не культурно, но я хотел реально оценить шансы Джеффа, а не слушать о бойцовских качествах его друга. — И помочь Джеффу он не сможет.
________-Хм...- Библиотекарь нахмурился. — Даже без Марка, Джефф не пропадет. Я надеюсь. — Алекс перекрестился.
Этот жест показался мне необычным для сатаниста. Никс тоже смотрела на Алекса удивленно:
________-Алекс, — Сказала она, — разве сатанист может креститься?
________-Сатанист? Я-то? - Александр усмехнулся. — Нет, я сатанистом не являюсь и никогда им не был. Неужели вы думали, что каждый, кто находится на Шпиле или в Библиотеке обязательно должен быть сатанистом?
________-Вообще-то да. Это было бы логично. Если нам с Никс, чтобы просто оказаться в Библиотеке, понадобился авторитет Джеффа, то, как ты можешь быть библиотекарем, не являясь сатанистом?
________-Сразу видно, что за пределами Шпиля о сатанистах знают очень мало. Совсем не обязательно придерживаться их веры, чтобы присутствовать и работать здесь. Начну издалека. В Городе можно выжить одному. Энер, ты, например, здесь очень давно. Но твоя жизнь наполнена опасностями, случайными и не всегда приятными встречами... Можно обезопасить себя, но потерять свою человеческую сущность, как это сделал.. мм.. снова забыл... Грей. Чтобы было проще, некоторые образуют небольшую группу — не больше десяти человек. Но им приходится постоянно двигаться, искать пищу, сражаться. Часто в такой группе возникает раскол, который приводит к ее гибели. И все способы, которые я перечислил, Это способы выжить. А не жить. Но иногда, люди основывают город в Городе. Распределяют обязанности, выбирают руководство. И тогда можно жить с относительным комфортом даже Здесь. Я знаю о трех таких поселениях. Но орден сатанистов — самый старый и единственно существующий в данный момент союз такого большого количество людей. Конечно же, нужна была общая идея, и в Городе ей вполне естественно, стал сатанизм. Есть забавный факт-эта идея ничего общего не имеет с бессмысленными девизами малолетних придурков Сверху, режущих бедных кошек на кладбищах. Не так много людей поклоняется дьяволу. Большинство сатанистов верят, что находятся в аду. А значит, главный здесь — именно дьявол. Они не отрицают существования Бога, но не говорят об этом вслух, не молятся и не крестятся. Ведь, если это ад, то подобные молитвы могут привести к немедленной гибели или еще что похуже. Поэтому все эти демонические письмена, библия ада — интерпретация обычной религии, помноженная на необходимость в практических, а не абстрактных знаниях. И никто не будет заставлять человека поклоняться кому либо — если он полезен Шпилю, он будет принят, и к нему будут относиться как к своему. Ведь не могут быть все библиотекари, техники, оружейные мастера изначально сатанистами?
________-А как ты оказался здесь? Ведь чтобы попасть в библиотеку, нужно сначала узнать о Шпиле и сатанистах, добраться до них... А ты, все-таки не похож на война. — Поинтересовалась Никс.

И Александр рассказал о своей жизни...
 
В Пустоте. Подвал.

И когда мне кажется что я больше не выдержу, металлическая каталка, наполовину выкатившаяся из-за угла, с чудовищным грохотом переворачивается и с силой ударившись о противоположную стену, разваливается на части....

____Не в силах больше испытывать свою храбрость, я, словно в темный омут, ныряю в проем и захлопываю за собой дверь, привалившись к ней плечом. Сохранившаяся щеколда с глухим щелчком встает на место в металлическом пазу. Трясясь от ужаса, я упираюсь ногами в пол и крепко подпираю дверь, каждое мгновение ожидая, что с обратной стороны в нее будут неистово ломиться, пытаясь сорвать с петель. Секунды ожидания тянутся одна за другой. Но ничего не происходит. Я прижимаюсь ухом к двери и замираю. Отчетливо слышен вой собак где-то далеко на улице, приглушенный шум дождя, бульканье капель, падающих из протекающей трубы на холодный бетонный пол где-то за моей спиной. Из-за двери не доносится ни звука: ни шагов, ни чужого тяжелого дыхания, ни шороха, словно и не гнался за мной минуту назад невидимый незнакомец.
С каждой секундой во мне начинает крепнуть уверенность, что я сплю или брежу.
____А может и нет никакого преследователя? Все это лишь чья-то злая шутка, глупый розыгрыш с подставными актерами, избитыми сюжетами и ничего не подозревающими жертвами. И все это не всерьез. Улыбнитесь, вас снимают. Вернее... улыбнитесь, вас жестоко поимели.
Навязчивая идея выглянуть в коридор и лично убедиться в своей догадке кажется мне настолько удачной, что рука, словно против моей воли, тянется к щеколде. Но тревожный огонек, который все ещё теплится в моем сознании, вспыхивает обжигающим пламенем, отгоняя безумную мысль. На всякий случай я отхожу подальше от двери.
Мертвая тишина, стоящая в коридоре, начинает меня пугать.
____Похоже, преследователь затаился, выжидая пока я совершу оплошность и выйду из своего укрытия. Стараясь не терять из виду желтую полоску сочащегося из-под двери света, я наконец оглядываюсь, осматривая комнату в которой оказался - возможно здесь есть проход, ведущий дальше? После яркого света коридорной лампочки глаза слишком медленно привыкают к темноте, очертания предметов появляются неспешно, как контуры будущей фотографии на погруженном в раствор негативе. В низком подвальном помещении виднеются угловатые силуэты каталок, стены, покрытые растрескавшимся кафелем. Из проема узкого окошка, задернутого под потолком черной занавеской, падают рубленые, пропущенные сквозь решетку, лучи солнца, освещающие небольшой участок пола. С подоконника стекают черные струйки грязной дождевой воды, в темноте похожие на загустевшую кровь. На невысоких стеклянных полках, стоящих между каталками, поблескивают какие-то ножи с массивными рукоятями, увесистые пикоподобные клинки, мелкозубчатые пилы и еще какие-то устрашающие предметы из медицинской стали. Ответ на немой вопрос "Что все это здесь делает?" приходит сам собой, когда я поворачиваюсь к правой стене, где виднеются ряды прямоугольных металлических ячеек. Некоторые из них заперты, а из тех, что открыты, словно языки из пастей монстров торчат выдвинутые полки. На них неподвижно лежат колоды затвердевших тел.
____ С отрешенным удивлением я понимаю, что окончательно очерствел и факт того, что я совсем один нахожусь в запертом подвале, полном трупов, меня волнует не так значительно, как я бы этого ожидал. Один лишь вид темного морга с лежащими повсюду покойниками мигом вывел бы нормального человека из равновесия. Но, видимо, шок, пережитый мною ранее, значительно сказался на моем рассудке и сейчас я ещё не полностью осознаю последствия своего пребывания здесь.
____С трудом оторвав взгляд от трупных ячеек, я сглатываю подступивший к горлу комок и поворачиваюсь к двери как раз вовремя, чтобы увидеть как в полоске пробивающегося из под неё света ясно вырисовывается чья-то бесформенная тень.
Выдуманый кошмар становится моей реальностью, словно обретая физическую форму, и когда эта мысль пронзает меня, мне моментально становится не по себе.
Страх тупыми иглами рассыпается по плечам, а на дверь, отдаваясь гулким эхом в широком подвальном помещении, обрушиваются три раздельных четких удара.
Я вздрагиваю и, не сводя с тени безумного взгляда, начинаю пятиться назад, пока в спину не упирается холодный поручень каталки.
____Даже если преследователь начнет что есть мочи ломиться в дверь, кричать или хохотать, упиваясь безвыходностью моего положения, это и то не сможет напугать меня сильнее, чем тот факт, что он не издает никаких человеческий звуков и лишь молча стоит за дверью, стуча в нее, словно желая того, чтобы я сам впустил его.
____Нашаривая в темноте металлический край каталки, я, не отрывая взгляда от зловещего силуэта, стоящего абсолютно неподвижно, начинаю бесшумно, - шелест шагов не должен заглушить ни единого шороха, который может донестись из коридора, - продвигаться к окну, осторожно отходя спиной назад и стараясь не поворачиваться затылком к двери.
Стук повторяется и в этот раз он звучит более настойчиво, а потом кто-то осторожно, словно пробуя, дергает дверную ручку.
____Я уже стою возле самого окна, зябко переступая ногами в луже ледяной воды, вяло растекающейся по полу. Похоже, что теперь уже этот дождь никогда не закончится. Вспоминая последние недели своего существования, я даже не могу уловить момент, когда окончательно стерлась та последняя грань, за которой мой привычный мир изменился, превратившись в кошмар. Казалось, что эта метаморфоза началась вместе с первыми каплями упавшей с небес влаги, когда редкие прохожие на улицах города стали похожи на тени из другой реальности. А моя апатия и ночная жизнь, словно взгляд сквозь темную призму, только сгладили этот переход между мирами. Последней же каплей стала та роковая авария на дороге, окончательно вырвавшая меня из моей обыденной жизни. Теперь уже ничто не будет так, как было прежде...
____Я готов думать о чем угодно, лишь бы не зацикливаться на том, что стою окруженный окоченевшими трупами посреди темного подвала заброшенной больницы, в то время как снаружи меня кто-то ждет.
Собаки на улице воют громче и на этот раз как-то особенно тоскливо.
И снова раздается стук - точно так же, как и раньше: три неспешных тяжелых удара.
Мне начинает казаться, что я схожу с ума.
____И в этот самый момент, когда осознание того, как глупо и наивно было надеяться на рациональное объяснение происходящего, наваливается на меня всей своей тяжестью, из правой половины комнаты доносится громкий и отчетливый звук, словно что-то большое и мягкое, будто куча сырого мяса, шлепается на бетонный пол морга.
____Я бы наверное даже не успел как следует испугаться и не потерял бы ту тонкую грань, все ещё связывающую меня с реальным миром, если бы не знал, что этот звук донесся из той части комнаты, где на металлических полках лежат горы мертвой плоти.
Мои ноги словно приколотили гвоздями к полу: не в силах пошевелиться, я могу лишь беззвучно задыхаться, хватая ртом спертый трупный воздух. Весь пережитый ужас гранитной плитой ложится мне на грудь, не давая даже закричать.
____Из темноты раздается едва слышная возня, а потом кто-то, шлепая босыми ступнями по холодному полу, начинает медленно двигаться в мою сторону.
Ледяной ужас вытесненный когда-то рациональным умом, рвется из самых глубин сознания и словно селевой поток сметает непрочные строения моей психики.
Ощущение, что я сейчас упаду замертво и больше не встану, подкатывает так близко, что в глазах начинают плыть черные пятна. Мне хочется потерять сознание, отключиться, чтобы только не видеть того, что скрывает от меня темнота, не знать, что произойдет дальше.
____Шаги раздаются буквально в трех метрах от меня. Натыкаясь на расставленные вокруг каталки, заставляя их со скрежетом покачиваться на металлических колесиках, мертвец, - иначе охарактеризовать вяло плетущееся ко мне существо у меня просто не поворачивается язык, - неумолимо, словно кара Господня, приближается ко мне. Несмотря на слабое освещение и некоторое помутнение сознания, одного взгляда на его неясно вырисовывающиеся в темноте очертания достаточно, чтобы понять: на меня движется создание, которому решительно нет места в том, что мы называем действительностью. В коридоре воцаряется странная тишина, словно стоящий там невидимый зритель, упиваясь моим страхом, затаил дыхание в ожидании кровавой развязки.
____Жуткий грохот и звон разбившегося стекла выводят меня из оцепенения - одна из полок опрокидывается, по полу рассыпаются медицинские инструменты, назначение которых - рассекать и распиливать мертвую плоть.
Нужно сматываться. Выбираться из жуткого подвала и бежать как можно дальше от этого проклятого места.
____Узкое окошко находится выше моей головы. Подпрыгнув, я хватаюсь за мокрый край подоконника и, царапая коленями по стене, мучительно подтягиваюсь до его уровня. Решетки! Как я мог забыть про них! Четыре толстенных трубы крепко ввинчены в старую кладку. Выглядят они так, словно кто-то уже бывал здесь до меня и пытался выбраться этим путем. Это же ловушка! Вот почему тот, кто стоит сейчас за дверью, даже не пытался сломать её. Он знал, что рано или поздно таящееся здесь зло даст о себе знать и тогда выбор у меня будет невелик - либо оставаться в подвале, пока местный обитатель не доберется до меня, либо вырваться в коридор, а вот что будет там...
____Мысли мечутся в голове, словно загнанные звери в клетке. Куда бежать? Где спрятаться? Забраться на одну из каталок и попробовать вылезти через вентиляционную трубу? Но в комнате слишком слабое освещение и этот выход скрыт от меня за густым слоем мрака. Залезть в одну из пустых трупных ячеек и, заперевшись в ней, переждать этот кошмар? Даже перед страхом смерти эта идея кажется настолько отталкивающей и безумной, что я снова решаюсь сконцентрироваться на окне.
____С грохотом опрокидывается и разбивается ещё одна полка, в этот раз та, которая стоит ближе к двери - из-за расставленных повсюду каталок до меня можно добраться лишь обойдя кругом все препятствия. Это дает мне небольшой, но все же выигрышь во времени.
____Кровь стучит в ушах так, что не слышно даже шума дождя. Спрыгнув вниз, я в темноте нащупываю край стоящего слева от окна столика, с грохотом пододвигаю его к подоконнику и, не медля, залезаю на холодную металлическую поверхность. Теперь окно находится на уровне моей груди. Сорвав шторки, я двумя руками крепко хватаюсь за погнутые прутья посередине и, упираясь ногами в мокрую стену, что есть мочи начинаю расшатывать их. Решетка не поддается. Из темноты подвала тем временем доносятся жуткие звуки, дающие ясно понять, что число покойников, жаждущих моей крови, увеличилось ровно на столько, сколько занятых ячеек оставалось в стене. Из-за страха, что мертвецы уже стоят прямо за моей спиной и вот-вот схватят меня, я не в силах даже обернуться назад, чтобы удостоверится в том, что это не так. Накрепко скованные раствором кирпичи, держащие стальные прутья в тисках, начинают понемногу расшатываться. Медленно, слишком медленно... Старая размоченная дождем кладка все ещё не дает освободиться врезанным в нее трубам. Вот если бы у меня был один из тех инструментов, что сейчас разбросаны по всему полу.... Отчаяние и стах перед надвигающейся смертью придают мне сил. Вниз сыпется кирпичная крошка, правая труба начинает постепенно поддаваться. Ну же, ещё немножко! Шаткий столик подо мною опасно раскачивается во все стороны. Увесистый обломок кирпича вываливается из подоконной стены и с грохотом падает на металлическую столешницу. Продолжая изо всех сил расшатывать освободившийся с одного конца прут, я упираюсь ногами в стену. Труба, вырвав из верхней части проема ещё несколько кирпичей, наконец освобождается, и я от неожиданности едва не падаю назад в подвал, чудом успевая уцепиться за мокрый край подоконника. Вынутый из стены прут летит на пол.
Краем взгляда я замечаю, что мертвецы, как я сам их окрестил, уже обошли все препятствия и теперь их зловещие тени двигаются прямо на меня.
____Я снова хватаюсь за прутья, расположенные справа и слева от уже вырванной мною железки, безуспешно дергаю их, пытаюсь расшатать в стороны, выдавить наружу, потом просовываю руку в освободившийся между ними промежуток, пытаясь приподнять и вынуть одну трубу из своих пазов, но она сидит так крепко, что надежды выдернуть её из стены нет совершенно никакой.
____Волна отчаяния вновь накрывает меня. Отверстие слишком узкое для того, чтобы я мог в него пролезть. Шаги уже слышны буквально в паре метров за моей спиной. Больше не тратя время на раздумия я, хватаюсь за подоконник и, ободрав ухо, проталкиваю голову и правую руку в лаз. Даже дети знают, что если пролезет голова, пролезет и все остальное. Начало вроде неплохое, но левое плечо больно упирается в шероховатую трубу и никак не хочет протискиваться дальше. Ноги едва достают до поверхности столика и мне приходится стоять на цыпочках. Я замираю, боясь застрять в таком нелепом положении, и шумно выдыхаю весь воздух из легких. Если бы за моей спиной была стена или какая-нибудь колонна, в которую можно упереться, шансов выбраться отсюда живым было бы больше...
____Оттолкнувшись от столешницы, я хватаюсь правой рукой за верхний край оконного проема и, сцепив зубы, с невероятным усилием начинаю проталкивать себя наружу. Я слышал, что когда человек находится на волосок от гибели, в его теле пробуждаются резервные силы, не доступные ему в обычном состоянии. Надеюсь, сейчас это про меня. Извиваясь как змея, царапая коленями стену, пытаясь вытащить себя свободной рукой, я продолжаю протискиваться вперед. Давящая боль пронзает плечо, перед глазами начинают плыть черные круги. Через мгновение сознание возвращается ко мне и я обнаруживаю, что выбрался из лаза почти наполовину. Передо мною простирается какой-то заросший редкой жухлой травой и раскисший от дождя пустырь, по-видимому задний двор больницы, над головой хмурится мрачное свинцовое небо. Не смотря на свою комплекцию, раньше я даже и предположить бы не смог, что сумею протиснуться в такое отверстие, куда свободно могут лазить только кошки. Но радоваться ещё рано. Левое плечо кажется совсем онемело, словно в него воткнули сотню-другую иголок. Работая локтями, я с трудом переворачиваюсь на спину, чтобы крепко упереться руками в прутья решетки и вытащить нижнюю часть тела. На лицо падают капли дождя. Самое трудное уже позади, но нужно поторопиться...
____Внезапно, левая лодыжка словно попадает в капкан из стальных тисков. Я, не успевая даже поддаться мрачной догадке о причине столь неожиданной задержки, резко останавливаюсь и, приподняв корпус, заглядываю в дыру подвала, откуда выбрался уже по пояс. Следущий миг становится мигом абсолютной тишины, моментом немого молчания, затишьем перед бурей, когда ход времени останавливается ровно настолько, чтобы я смог разом прочувствовать и осознать всю ситуацию, в которую забросила меня жестокая судьба. Если все ужасы, которые мне довелось пережить за последние полчаса, считать своеобразным рядом потрясений для моей, и без того нестабильной, психики, тогда то, что произошло в тот момент, когда я заглянул в подвал, можно считать кульминацией всего вылившегося на мою голову безумия, по произведенному эффекту сходной лишь с направленным взрывом в тесном замкнутом помещении.
____Из подвала, цепко держа мою ногу своими бледными жилистыми руками, на меня с неописуемой ненавистью взирает мой, наверное самый страшный кошмар. Его белесые глаза слепо таращатся на меня, порваный рот искажен безобразной гримассой животной ярости. Если и есть в природе создания, одним своим существованием противоречащие всей логике мироздания и здравого смысла, то одно из них сейчас находится прямо передо мною...
За его спиной из темноты один за другим начинают появляться остальные твари, протягивая ко мне свои узловатые клешни.
____Вывернувшись, я переворачиваюсь на живот и, загребая руками скользкую каменистую грязь, рвусь впред. Ещё один мертвяк хватает меня за другую ногу чуть пониже колена и начинает медленно и необратимо тянуть назад в окно. Глотку рвет хриплый крик отчаяния. Все происходит как в кошмарном сне, будто я уже попадал в эту ситуацию, будто помнил об этом, но забыл, не удержал в памяти.
Срывая в кровь пальцы и ломая ногти, я вцепляюсь в размытую дождем землю, но, не находя опоры, начинаю соскальзывать в темный проем подвала.
И это когда я уже почти выбрался! В груди вспыхивает жгучее чувство обиды и злости. Наверное такие же эмоции испытывает преступник, успешно сбежавший из своей камеры, миновавший все посты тюремной охраны, перелезший через стену и уже сделавший первый глоток свободы, когда его в ту же секунду хватает и скручивает полиция.
____Из последних сил я упираюсь в шероховатые прутья решетки по бокам и, надрывая мышцы, начинаю постепенно вытягивать себя из проделанного мною лаза.
Все новые руки хватают меня и, не давая вырваться, с холодным упрямством продолжают тянуть назад. Мое сопротивление постепенно ослабевает.
Внезапно, одна из труб, которую я так усердно расшатывал, но так и не смог довести дело до конца, не выдержав давления, вырывается из своих пазов и я, обдирая подбородок о мелкую кирпичную крошку, срываюсь прямо в подвал.
 

Stich

Ословед
____Умирать не страшно…
____Завод становился все ближе, а чувство опасности таяло на глазах. Словно я шел к себе домой, и чем ближе подходил, тем больше чувствовал себя безопасности. В тот момент мне даже в голову не пришло, почему именно так все происходит, мне не казалось это странным, а наоборот даже естественным, хотя всего полчаса назад я своими глазами видел, как на завод напала целая орда тварей. Но что-то подсказывало мне, что сейчас там вообще никого нет. Хотя нет, какая-то одинокая крыса выбежала из главных ворот завода учесала в неизвестном направлении. Ну… теперь точно никого не должно быть…
____Ну, вот я и у цели. Ворота выбиты и валяются неподалеку, я даже предположить боялся, кто мог это сделать. И ведь явно не люди. Я начал забираться по ступенькам к главному входу, по ним стекала кровь… много крови. Нет, я не боялся ее вида, и как то с детства равнодушно относился к подобного рода зрелищам. В конце концов, я занимался паркуром с детства, мало ли перевидал ободранных коленок и ссадин, а уж сколько крови было пролито… Но все-таки я старался не наступать в багровую субстанцию, неприятно все же.
____Но если то, что было на лестнице, совсем меня не задевало, то то, что я увидел внутри повергло меня в шок… Трупы, трупы, кругом мертвые тела… Расчлененные, обезображенные, разорванные обрубки человеческих тел валялись повсюду. Святые ветра! Меня начало подташнивать: не каждый день увидишь такое месиво. Это явно была работа не только крыс, тут был кто-то более свирепый и крупный. Всюду были разбросаны человеческие внутренности. На стенах были следы когтей и кровь, кое-где они были даже проломлены насквозь. Холодок пробежался по спине. Кое-где в бочках еще с ночи горел огонь. Редко встречались трупы тварей, которых, по всей видимости, кому-то все-таки удались завалить. Однако, эффекта от этого, кажется, было мало. Я подошел к дохлой крысе, и пнул ее тушу – она резко дернулась, извилась, как змея, словившая приход. Я дернулся, нервы пошаливали. Но дальше дело не пошло, тварь так и осталась лежать.
____-Рефлексы… - успокоил я сам себя вслух. К слову сказать, на заводе стояла такая тишина, что от непривычки пульс молотком стучал по ушам. Поэтому мой собственный голос звучал успокаивающе, будто я здесь был не один.
____Осторожно осматриваясь, я шел вглубь завода. Зачем я это делал, я в тот момент не знал, меня, словно, силком тащила туда неведомая сила, будто я был под гипнозом. Хотя я чувствовал, что мне все страшнее идти туда, но ноги шли сами по себе и, похоже, не собирались останавливаться. Повинуясь неизвестному голосу, я дошел до подвальной лестницы. Там было темно и, скорее всего, опасно, но я точно знал, что мне – туда. Рядом с лестницей лежал обезглавленный труп мужчины, на поясе его висела осколочная граната. Полезная штука, если умело ей воспользоваться. Я, к сожалению, не умел, но не пропадать же добру. Немного опасаясь, я протянул руку к гранате, в сердце возник дурацкий детский страх: а вдруг он сейчас оживет? Да что за глупости? Однако факт остается фактом, все мое существо напряглось, и волосы по всему телу встали дыбом сами по себе. В воздухе слышалось лишь мое тяжелое дыхание. Я взялся за гранату и потянул на себя. «Главное чеку не сорвать, а то будет весело…» - мысленно я делал наставления сам себе. Но вот испытание закончилось, и вожделенный приз отправился в карман бриджей. Не тряхнуть бы… Я посмотрел на труп еще раз: человек без головы, лежащий у входа на лестницу, уходящую прямо в темную бездну – это совсем не страшно… я пожалуй… просто пойду…да.
____Я стал спускаться вниз, будучи на 100% уверенным, что мне нужно туда, как будто от этого зависела моя жизнь. Кеды мягко наступали на ступеньки, я шел полубоком, при этом усиленно вглядываясь в темноту, но все равно ничего не мог разглядеть кроме черноты. Я спускался и спускался… и спускался… вся дальше вниз. Это было уже ненормально, лестница не кончалась. Я оглянулся назад, вход еще было видно, но он был далеко, правда, свет, попадавший в дверной проем, каким-то чудом все еще освещал три ступеньки впереди меня. Причем это не зависело, от того, как далеко я спускался. Я продолжил свой путь, хотя в голову стали закрадываться мысли, что если бы ад существовал, то я бы уже давно прошел его. Хотя… по-моему весь этот город – сплошной ад. Но раз я еще жив (жив ли?), то грех жаловаться.
____Мне уже стало наскучивать это путешествие к центру земли, когда я неожиданно заметил, что бетонные ступеньки кончились: лестница стала железной, ржавой, ступеньки были сделаны из сетки. Как давно это произошло? Я взглянул назад, позади была точно такая же железная конструкция, как будто я с самого начала по ней шел. Но я точно знал, что вначале ступеньки были бетонными. Хотя, какая разница? Я продолжил свой путь. Неожиданно раздался грохот наверху. Сердце екнуло. Что-то или кто-то шумел наверху. Я затаился, чтобы прислушаться. Ничег…БАХ!!! Грохот на сей раз повторился гораздо ближе, чем в первый раз. Сердце забилось быстрее. Наверху точно был кто-то живой, интересно, если не шевелиться, он или оно меня не найдет? Я стал вглядываться в проем, из которого пришел…Черное пятно отчетливо вошло в границы проема. Так сейчас начнется паника. Нет!! Спокойно, оно не знает что ты здесь, тут ведь непроглядная тьма. Существо стояло неподвижно в течение секунд трех… а потом резко прыгнуло в проем и уже неслось навстречу ко мне. Черт! Вниз! О небеса, только бы не споткнуться… Я бежал перепрыгивая через три ступеньки, буквально наугад определяя место приземления, благо что раньше мы со Слаем соревновались по скоростному спуску по лестницам. Существо издало душераздирающий рык, я чувствовал, что оно приближается. Три моих ступеньки, против 10 ступенек (судя по звуку) твари. Долго мне не протянуть. Впереди только непроглядная тьма, и я чувствую, что скоро проиграю эту гонку. «Может гранату бросить? Неет, сейчас нет времени шариться по карманам. Быстрее,бБыстрее.. от зараза! Догоняет!!» Пора прибегнуть к крайней мере: я стал прыгать, пролетая десятки ступенек за раз. Это было очень рискованно, тут все зависело только от удачи. Первые несколько раз мне повезло, я более или менее удачно приземлялся на ступеньку, но после этого я сильно разогнался, скорость стала огромной, а мое тело – неуправляемым. Тварь тем временем решила тоже прибавить ходу, потому как ее зловещее рычание приближалось, несмотря на то, что я почти уже летел через лестницу. Мне стало страшно. Если даже меня не догонит это существо, то я все равно умру на это проклятой лестнице, потому что шансов выжить уже почти не оставалось, я просто отталкивался, как только нога чувствовала под собой опору, но остановиться я уже не смогу.
____ Очередной прыжок в небытие, я лечу, видя вокруг себя только тьму. Я не знаю, сколько осталось лететь до следующей ступеньки, я словно падаю в бездонную черную яму. В низу живота пробегает холодок, а сердце качает кровь с удесятеренной скоростью. И тварь за спиной – сейчас беспокоит меня меньше всего. В голове вертится только одна мысль: чертова лестница, когда она уже, блин, закончится??! какого черта я вообще поперся на этот завод?? что я тут забыл? На секунду меня осеняет… я все понял! Но мысли прерывает удар когтистой массивной лапы по спине. Естественно я теряю и без того расшатавшееся чувство равновесия и тут же полностью дезориентируюсь в пространстве. Тело наклоняется вперед, и я вижу ржавые сеточные ступеньки прямо перед своим лицом...Удар! Я перестаю чувствовать голову и половину тела. В глазах помутнение, или может это просто чернота, кроме которой впереди ничего нет. Ощущение такое, что мне прижгли голову какой-то очень горячей железкой. Боль просто непередаваемая. От удара мое тело разворачивает, и я с трудом разглядываю тварь, которая уже догоняет меня в прыжке. В эту же секунду я чувствую вторую порцию горячего железа на своей спине, позвоночник… о Боже, я слышал, как что-то хрустнуло!! Боль нестерпимой волной раздалась по всему телу, я потерял чувствительность. Я лечу вниз головой, и в последнюю секунду перед потерей сознания, лишь у самого своего лица вижу уже смыкающиеся огромные челюсти. Последний удар о лестницу, и я выключаюсь, как лампочка. Тело, словно, мешок с картошкой, безжизненно покатилось вниз, в неизвестность…
____Умирать не страшно…
 

    Rock4ever

    очки: 22
    Пхехехехе Перерождение в Чака Норриса ингейдж!

Godless

Ословед
Неизвестность...

- Никогда не ясно, что можно увидеть в тот или иной момент. Течение времени будто замедленно, а воздух наполнен чем-то тяжелым, тягучим. Окружающие предметы ведут себя неестественно, взаимодействие с ними всегда оканчивается абсолютно непредсказуемыми последствиями. Сколько было сказано об этих странных местах, мнений много. Столько же, сколько людей, бывавших здесь. Но никогда ничего вразумительного услышать было нельзя. Никаких достоверных фактов, никаких точных описаний, никакой конкретики… Впрочем, как и в этот раз… - мужчина замолчал, нажал на кнопку «Стоп» и засунул маленький диктофон в карман жилетки.
Марк не раз находил подобные записи разных людей. После того, как он заинтересовался очевидными странностями Города, он приобрел этот диктофон, чтобы было куда выплеснуть все накопившиеся мысли, да и если с ним что-нибудь случится, записи наверняка кто-нибудь найдет и его труды не пропадут напрасно. Сатанист мало кому доверял, поэтому он предпочитал все свои теории и догадки излагать диктофону.
Очередной проплывающий предмет, вывел Марка из раздумий и напомнил, что в искажениях лучше не расслабляться. Предметом оказалась чья-то рука… Точнее ее половина. На среднем пальце надето широкое серебреное кольцо, немного помятое и забрызганное капельками засохшей крови. Рука заканчивалась в локтевом суставе, из которого торчала ломаная кость.
Мужчина протянул свою руку в сторону этого медленно парящего огрызка и сомкнул свои пальцы на запястьи чьей-то конечности. Пальцы прошли сквозь мертвую плоть, не встречая сопротивления. Марк только хмыкнул. Он знал, что это всего лишь некое отражение из Города. Какого-либо его слоя. Кому-то очень не повезло.
_____ В этот раз Марк шел по искажению на крышах каких-то высоких домов. Ветер гонял вязкую пыль по поверхности крыш. Хотя пылью это назвать было сложно, скорее очень плотный туман, состоящий из вполне осязаемых частиц. Из-за него сатанист не видел своих ног ниже колен. Небо, как обычно было затянуто непроглядными тучами, простирающимися на далекие километры вокруг. Местами тучи излучали тусклый синий свет, будто что-то над облаками ярко светило синевой, но плотный слой туч пропускал лишь крошечный процент света. От этого обстановка становилась только мрачней и загадочней.
Мужчина уже чувствовал тупую боль в висках, сказывалось долгое пребывание в глубинах искажения. Он оглянулся в поисках каких-либо изменений пространства, указывающих на выход из этого места, но вокруг, в радиусе тридцати метров, он видел только непроглядную мглу, сквозь которую еле-еле просматривались силуэты, или даже тени соседних домов, уходящих высоко в небеса. Сатанист уже около получаса блуждал по бесконечной крыше, он уже сталкивался с подобными вещами в тоннеле. Можно идти вперед или назад, без разницы, все равно спереди и сзади будет одинаково непроглядный туман.
- Наверное, это и есть бесконечность… - тихо сказал мужчина в диктофон и снова, нажав на кнопку «Стоп» спрятал его в карман. Он не собирался повторять прошлой ошибки с тоннелем и бродить туда-сюда, но в то же время, он не мог понять, как найти выход, если вот она, крыша, а на ней нет ничего, кроме бетонных коробушек с наглухо запаянными дверьми, которые должны вести в верхние этажи зданий. У дверей, кстати, не было даже ручек и дверных петель. Просто один запаянный лист металла…
«Вот так влип опять, черт возьми!» - Марком начала овладевать паника: «И зачем я согласился на это гребаное предложение чертового серого ублюдка, мать его!» Сектант постарался успокоить себя, ведь он знал, кое-что, что заставляло его вести себя подобно марионетки в руках Грэя.
«Думаешь, ты самый умный и осведомленный?» - подумал сатанист, а потом осекся. Вдруг, тот самый Грэй сейчас следит за ним и читает мысли: «Да нет, я уже научился определять, если в голову кто-то суется без спроса.»
Марк не мог забыть того странного чувства, когда кто-то крадет твои мысли, и появляется ощущение, что то, о чем бы ты не подумал, становится достоянием для каждого, будто ты громко произнес это в окружении большого количества народа, даже если вокруг никого нет. Ты прячешь свои мысли за эмоциями, мимикой, словами, которые произносишь вслух, но здесь все по-другому, как бы ты не выглядел, чтобы не говорил, сколько бы не старался, ОН все равно узнает твои истинные намерения. Поэтому Марк «говорил» Грэю правду, но не всю…
_____Тем временем, головная боль усиливалась и сатанист начал всерьез задумываться о своей судьбе на ближайшее время. Он снова оглянулся в поисках чего-нибудь необычного, но необычности даже не думали появляться. И вдруг Марка осенило, он быстро подошел к краю крыши, и встал на небольшой бетонный бордюрчик, затем посмотрел вниз. Через метров десять начинался туман, за которым ничего не было видно. Можно было только догадываться, какая там высота скрывается в дымке. Но тут внимание мужчины привлекла та самая необычность, которую он искал. Пространство искажалось, мельком показывая неясные картины и мерцающие образы. Вот он, выход! Осталось только сделать шаг… шаг в неизвестность. Десять метров не так много.
Марк втянул в легкие тяжелый воздух и шагнул навстречу судьбе. Он, плашмя, полетел вниз, расправив руки в стороны и наклонив голову вперед. Его черный кожаный плащ развивался под потоками воздуха, и со стороны, наверное, это смотрелось очень кинематографично. Вот только мужчине показалось, что падает он дольше, чем должен, или медленнее, чем должно быть. Он посмотрел на свое отражение в черных окнах дома, с которого он совершал свой полет, и улыбнулся самому себе. И вдруг, на секунду, ему показалось, что с отражения на него смотрит совсем другой человек, лицо в окне исказилось злобой и гневом, и было каким-то не таким, иным... Но Марк не успел понять, в чем дело, он, наконец, долетел до предполагаемого выхода, и его сознание применило лучшую защиту в таких ситуациях - отключилось, погружая во мрак все вокруг.




_____«Почувствуй Тьму. Эта Тьма заволокла твою душу. Ты чувствуешь? Да, ты чувствуешь. Сколько страданий причинил ты другим? Сколько никто не причинял тебе. Ты знаешь, почему ты здесь? Да, ты знаешь. Просто так сюда не попадают. Но ты вернешься. И что тогда? Ты не знаешь ответ. Ты не желаешь его знать. Но тебе не уйти от всего. Не удастся. Не будет, как в тот раз. А может, ты не хочешь уходить? Не хочешь. Тебе здесь хорошо? Тебе здесь хорошо… Почувствуй Власть…»

- Какого?.. – Марк пришел в себя, лежа на земле, весь в пыли и с разбитой головой. Сознание медленно к нему вернулось, зрение сфокусировалось, но голова продолжала кружиться.
Он облокотился на ближайшую вертикальную поверхность, которая оказалась вконец проржавевшим и покрытым толстым слоем пыли и копоти автомобилем, у которого не было ни колес, ни «внутренностей». Сатанист бегло прошелся взглядом по местности и понял, что попал на самую настоящую свалку автомобилей. Все машины были равны, как на подбор, то есть, одинаково разбитые, обгорелые и ржавые.
Марк посмотрел на небо. Что-то похожее он видел в искажениях, оно буквально пылало, отливая ярко оранжевым и красным цветами. А привычные тучи были больше похожи на черный дым. Воздух был горячим, отовсюду исходил жар.
Мужчина поднялся с земли и посмотрел вдаль. Сначала он подумал, что все еще находится в искажении, но, как он успел заметить, в искажениях ничего не видно дальше нескольких десятков метров из-за мглы. Здесь же вдалеке виднелись разрушенные дома, которые местами полыхали огнем. И тут Марк заметил, что огонь буквально везде, даже редкие на свалке деревья обгорали небольшим огоньком, а то, что сатанист вначале принял за пыль, оказалось пеплом и копотью. Вся земля была покрыта ими.
- Если есть на свете Ад, то я в него попал, - усмехнулся беловолосый. Затем стер со лба кровь и ощупал голову. Видимо, недавний полет не прошел без последствий, и сатанист при торможении больно ударился головой обо что-то не очень мягкое.
Марк снова вспомнил слова Грэя, и начал искать некий мост, про который упоминало существо.
- Да чтоб тебе в Аду гореть, твою ж мать! – никакого намека на мост не было видно, и мужчина вышел из себя, вновь пожалев, что согласился на это.
Марк попытался пойти вперед, но, сделав пару-тройку шагов, упал, как подкошенный, подняв тем самым облако пепла. Похоже, рана оказалась довольно серьезная, и беловолосый сектант снова отключился…

«Она делает тебя таким. Ты был ей обделен. Ты искал ее. И не нашел. Ты думал найти ее здесь? Да. Но, если ты не нашел ее там. Тебе не найти ее и здесь. Ты отражение. Отражение той же сущности. Той ужасной сущности. Которой ты являлся. И будешь являться. Даже в отражении. Уже чувствуешь Власть?..»
 
Начало смеркатся. Коко по-прежнему сидел на холодному полу обветшалой комнаты. Здание,в котором находилась эта комната было уже давно заброшено и медленно, но верно распадалось на куски камня и щебёнки. Он не знал, почему он сидит на этом холодном полу,в этой старой комнате этого старого здания. Он просто был там, потому что не мог идти дальше. Коко не знал куда идти и что делать.
Сегодня миновал месяц с того дня, как он очутился в этом богом забытом месте. Коко Майлс был обычным клерком, который пытался выжить в своём жестоком мире. Он не отличался не особыми талантами,не был больно умным или сильным. Донни жил в обычной Нью-Йорской квартирке, как и все люди его статуса и положения. Он не стремился разбогатеть или стать знаменитым. Уделом его всегда было одиночество,он плохо контактировал со своим окружением.
И однажды, Коко просто проснулся не там,где лёг...вот и вся история. Он не понимал как он очутился в этом месте. Была ли это чья-то злая шутка, или у него уже съехала крыша от постоянных стрессов. С виду это место было похоже на обычный город...такой же как Нью-Йорк,или Сан-Франциско. Только в отличие от большинства городов, этот - был мертвым..
За весь месяц,что Коко здесь пробыл,он еще ниразу не встретил живого человека,да что там человека...даже насекомого.Лишь иногда,ему казалось,что где-то в глубине ветхих зданий эхом раздается чей-то не то вопль,не то вой. Но он всегда сносил их на воображение своего и без того уставшего мозга.
И вот теперь он сидел на холодном полу обветшалой комнаты,в каком-то старом здание. И он не знал,что ему делать и куда идти дальше...
 

Night rain

Ословед
_________…Родился Александр в каком-то небольшом городке, который лишь на несколько тысяч человек оказался выше «деревни». Город нельзя было назвать старым, его построили лет семьдесят назад, из-за найденных месторождений угля. Как обычно, построили несколько школ, детских садов и библиотеку. Последнюю же построили одну на всех - и детей, и взрослых, разделив тонкой стеной литературу, для молодого поколения пока ненужную. По сути, библиотека не оказалась востребованной — шахтеры туда редко заходили, их жены были заняты работой по дому или в огородах. Время от времени приходили экскурсии из школ и детского сада — приобщить молодежь к культуре. Вот тогда Алекс начал уже мечтать об огромных полках с книгами, которые когда-нибудь будут ему принадлежать. Он и не догадывался, как горька оказалась его мечта…
_________В общем, Александр с детства влюбился в книги и литературу. Причем, даже более глубоко, чем можно себе представить. Его интересовало не только содержание книги, но и ее история, влияние книг на окружающий мир, и влияние мира на книги. Поэтому, после прощания со школой он решил уехать в столицу, и поступить в какой-нибудь крупный университет на филологический. У него это прекрасно получилось. После 5ти курсов, аспирантура, кандидатура... Так что Алекс очень быстро стал человеком в науке немаловажным. И возможно, дело бы пошло и дальше, но Александр влюбился. Меньше чем через год они с Лилией женились, вскоре родилась дочь. Семье удалось приобрести большую квартиру, дела в университете пошли в гору. Еще через несколько лет родился сын. Алекс был на вершине своего счастья. Говорят, счастье штука непостоянная. Но видимо, судьба или что-то там еще решила позволить Алексу немного отдохнуть перед Игрой.
_________ Попал он в Игру довольно банально. От депрессии и страха.
_________ В университете довольно сложно заработать хорошие деньги и Алекс решил использовать свои лингвистические возможности. А именно, он стал переводчиком в деловых переговорах нескольких крупных фирм. Он знал не только «стандартный набор» — английский плюс немецкий плюс французский. Поэтому Александру охотно платили немалые деньги. А потом, ему сильно не повезло. Его наняла крупная компания, которая, как оказалось, только с виду занимается приличным бизнесом. Ее же основной доход шел с контрабанды наркотиков за границу и оттуда. Об этом Алекс узнал лишь на переговорах. И на этих же переговорах «иностранный партнер» увидев ошарашенного информацией переводчика, потребовал его убить. Или запугать до смерти. Первого они делать не стали, а вот пугать… Они пообещали убить его семью, если тот скажет хоть слово. Алекс конечно, согласился. Затем последовали бесчисленные телефонные звонки с угрозами. Лилия не раз просила рассказать, во что же ввязался Алекс, но он рассказывать не стал. Библиотекарь не хотел рисковать своими любимыми женой и детьми. И вскоре, он стал постепенно «проваливаться». Нет, не как Никс, Сначала наступила тяжелая депрессия, которую не могли побороть нанятые Лилией врачи.
_________А потом, потом, однажды он проснулся в замечательном настроении, еще не открывая глаз, он знал, что этот день изменит всю его жизнь, ему не надо будет больше бояться ничего. Он потянулся к жене, желая разбудить ее нежным поцелуем, но в ужасе закричал, коснувшись губами трупа.
_________Месяц он бродил по Городу, едва ли сохраняя рассудок, а затем его подобрали сатанисты. Ему повезло, ведь некоторые из них могли бы из жалости прикончить ненормального. Но ему попались люди, сначала думавшие, а потом только убивавшие. Сатанистам удалось вывести Алекса из оцепенения, а когда они узнали о его образовании, то сразу же устроили в Библиотеку.
_________Через полгода от «новичка» он узнал поразившую его новость — оказалось, после его пропажи Лилия связалась с властями, и через некоторое время поддельная компания была найдена. Ее владельцы были убиты в перестрелке, а рядовые сотрудники «претензий» к семье Алекса иметь не могли. Случай этот был показан по телевидению — ведь крупнейшая группировка скрывалась под боком у правительства в Столице! Алекса все посчитали убитым.
_________Эта новость придала ему сил — ведь если жена и дети живы, есть смысл жить и ему. Он был человеком разумным, и понимал, что лучше разрывать древние легенды в Библиотеке, чем искать выход из Города в боях на поверхности. Александр поклялся найти способ выйти из Города, и вернутся к семье. Но уже почти шесть лет он находится здесь, и пока чудовищно далеко от своей цели…
 

Zara

Ословед
-Рядом со мной ты можешь ничего не бояться. - Шепотом сказала мама. Она коснулась губами моей щеки, то ли целуя, то ли проверяя, не похолодела ли я. Потому что я выглядела как труп. Белое лицо, застывший взгляд, неподвижное, лежащее в неудобной позе тело.
Она приходила вот уже четыре раза, то угрозами, то уговорами, то лаской, то криком пытаясь вызвать меня из глубин оцепенения.
Все врачи были переполошены. Медсестра оправдывалась - в ту ночь с ней все было хорошо, говорила она. - Приходил ее любимый фокусник, читал ей сказки на ночь, все как всегда...
Он больше не появлялся.
Дочитал Алису и пропал.
Обещал начать Дон Кихота, да только я выдала себя глазами. Я узнала его, и это плохо сказалось на моих показателях.
Я то ли умирала, то ли оживала... Мое сердце стало биться с болезненной частотой. Кожа вдруг стала холодной, и щеки стало покалывать. На глазах скопилась жидкость, но не от пересушения - от сильных эмоций. Я не сразу сообризла, что это странное состояние - это эхо моей потерянной души, моей прежней жизни.
Я не сразу сообразила, что впервые со дня смерти ощутила страх.
Страх, настолько сильный, что мой разум прояснился. Стали всплывать все новые подробности моей жизни. Стало сложнее дышать. Врачи подключили ко мне новые аппараты. Мама стала приходить, а каждый раз, уходя, прощалась.
Она не знала, что то, что врачи называют "ухудшением", я назвала про себя "пробуждение".
Мой убийца возвращал меня к жизни.


Было больно, как будто меня стукнули башкой об асфальт. Как будто меня вырубили сильным хуком.
Причем, как будто это сделала крыса.
Я открыла глаза, села, приходя в себя. Урса сидела неподалеку, она не курила и не разговаривала. И уж точно не собиралась нападать.
Кроме нее, на крыше не было никого.
Я быстро, как могла, прокрутила в голове все события. Вот кровавый переворот на станции Сатанистов, вот мы с Дон Кихотом бежим за Урсой, которая решила забежать в заброшенный дом. Вот на крыше какой-то мужик сует мне грибы, говоря о выборе между красным и синим. Какой же цвет я выбрала? Не помню, да и вряд ли это важно.
Потом началось то, что я списала на галлюцинации.
Дон Кихота нигде не было. Урса шла за мной. И сколько я на нее не косилась подозрительно, она вроде не собиралась вступать в беседу. Наоборот, вела себя как все обычные крысы.
Мы спустились вниз по лестнице, необычно прочной. Вообще, дом изменился, с тех пор, как я заснула на крыше. Я покачала головой - о чем я вообще думала, когда ела этот гриб? Слишком беззаботно с моей стороны. На меня не похоже.
Стены - уже без следов от маркера, без кровавых пятен, и дом - целехонький, без огромной трещины посередине.
Улица была пустой, да Урса учуяла бы тварей, если бы кто-то прятался рядом. Мы шли, оглядываясь, осматривая такой незнакомый мне Город.
Он был другим!
Он был... почти... красивым.
И даже, черт, мне почти показалось, что я увидела... цветы на клубме?
-Так, Урса. Давай будем особенно осторожными. Кто-то пытается нас заставить расслабиться. - Сказала я ей. - Суицидник куда-то делся. Некогда нам его искать. Он же хотел умереть? И вообще, без него будет даже безопасней.
И мы шли по улице, туда, где, я думала, находилась Библиотека.


-Пожалуйста, скажите, что она не умрет! - Голос мамы, надрывный, полный мольбы, звучал прямо у меня под ухом. Краем глаза я видела врача. Симпатичный мужчина в белом халате, под два метра ростом. Я почти не видела рта среди его заросшего бородой лица, но отлично услышала, как он сказал:
-Боюсь, ей становится с каждой секундой все хуже. Мы не можем гарантировать, что она выдержит эту ночь. Мне очень... жаль.
Не плачь, мама. Я все равно бы не сделала ничего хорошего в своей пустой жизни. Я ведь была плохим человеком.
Знаешь, по правде, мама? Знаешь, кто я такая? Ты же половины всего не знаешь! Я перестала рассказывать тебе правду, лет с восьми!
Да, тогда ты мне подарила на день рождения эту крысу... как ее звали... ну, такая, толстая. Уродливая.
А, я ее назвала Урсула. Ты была от нее в восторге. Ты ее скорее себе подарила, чем мне.
А я ненавижу крыс. Я их боюсь. Что за дурацкая идея - подарить ЭТО ребенку?
Когда тебя не было дома, я смыла ее. Я же была еще ребенком. Это не садизм. Я просто выбросила ее в унитаз. Смыла. А тебе сказала, что она убежала. Даже расплакалась, как будто расстроилась.
Да, может, это было плохо.
Ну, я ж ее не ножом проткнула! Просто мне она не нравилась.
А ты мне ее подарила.

Когда наступила ночь, мы все еще не пришли. Я села верхом на Урсулу. Удобно, что она такая большая. Она как пони. Как большой пони, или как маленькая лошадь. Я положила голову ей между ушей, чмокнув в затылок. От нее пахло трупами.
-Я посплю, а ты продолжай идти. Если увидишь Библиотеку, или что-то плохое, дай знать.
Она очень умная. Но все же не разговаривает.
Нет. Нет, конечно не разговаривает.


А когда я стала постарше, когда отец ушел от нас... помнишь, ты просила меня, просила пересказывать все, что он о тебе говорит? Я как бы была двойным шпионом. Так не делают. Но ты попросила - если он что-то про тебя скажет, если вообще о тебе вспомнит в то время, как я с ним - чтобы я тебе потом все рассказывала.
Ты надеялась, что он тебя все еще любит.
Ой, да он еще когда вы были женаты, так говорил:
-Прежде всего, моя маленькая дочка. Я люблю тебя сильней всех на свете! - Он так говорил и тискал меня. А ты была на втором месте после меня.
Ну, в общем, я тогда сказала, будто у него появилась другая женщина. Будто он с ней спит, и все такое, сказала, что я их увидела. И ты больше не пыталась помириться с ним.
Так вот, это была не правда.
Может, если бы я так не сказала, он бы вернулся домой. А какая разница? Все равно он любил меня больше.
Но ты прости за это.
-Сердечный ритм понизился. Принесите дефибрилятор.
-Давайте, перевозим ее в операционную.
-Сестра, каталку.
Такая суета вокруг меня. Ну прям как будто я уже умираю.
Больно...

Урса не разбудила меня. Я проснулась сама. Она все еще шла, но я спрыгнула с ее спины. Она остановилась, взглянула вопросительно.
Тут кто-то есть.
Я это почувствовала. Я оглядывалась, но в темноте никто не прятался. Не глядя, я начала отступать к стене здания.
А потом вдруг споткнулась обо что-то.
Это был бортик. Я такие видела, полуразрушенные, в некоторых частях города. Этот был целый, и тянулся далеко вперед.
Пока я его разглядывала, зажглись два больших круглых глаза. Огромные, желтые, из них лился яркий свет.
Эта тварь, она дико взревела, и выскочила из темноты. Я таких никогда еще не видела.
Она не была похожа на крысу или собаку. Она была огромной, толстой, угловатой. Мощной.
Уродливой.
Я закричала и побежала. И меня чуть не сбила с ног другая такая же. А потом я увидела их.
В темноте.
Их были сотни.
Они носились с ревом мимо меня. Такие быстрые, такие ослепительно яркие. Урса куда-то делась, и я была одна посреди целого асфальтового поля, а вокруг были только они, и все неслись на меня.
На одной из них я увидела надпись. Что-то вроде таблички с именем, только из цифр. Одну звали A322XC, другую - P777HO.
А еще они все как-то странно гудели. И как мне показалось, не думали нападать.

В операционной, или что это была за комната, не знаю - там я вдруг увидела ее. Девочка, сутулая лохматая девочка, похожая на меня в детстве. Она стояла, наклонившись, как будто готовилась к прыжку. На секунду мы встретились глазами.
Я еще подумала, кто ее пустил сюда, без халата?
А потом закрыла глаза. И кто-то закричал:
-Разряд!!!

Город выкинул меня в другое место, прежде, чем я успела опомниться. Там были другие люди, в халатах, как врачи. Они все бегали вокруг какой-то женщины, похоже, мертвой. Она лежала, застывшие глаза вперились в меня.
Мне стало страшно.
От нее мне стало страшней, чем от всех этих гудящих монстров.
Я зажмурилась - папа говорил, это иногда помогает. Зажмуриться и изо всех сил подумать о чем-то плохом. Это помогает очутиться в другом месте.
Если подумать о чем-то по-настоящему плохом.
Я открыла глаза, и снова увидела пустые улицы города.
Спасена...

-Спасена.
Чей-то голос разбудил меня. Мама горячо благодарила врача. Она прямо-таки вешалась ему на шею. Понимаю, она еще не старая женщина, ей тоже хочется любви. Но не за счет же больной дочери-коматозницы?
Она повернулась ко мне.
-Милая, милая... Доктор тебя спас. Ты слышишь меня? Мне кажется, у нее какой-то странный взгляд.
-Все нормально, вы просто перенесли стресс. Она такая же, как и прежде.
Нет. Не такая же. Что-то изменилось... я не сразу смогла понять. Это как если чего-то не хватает, но ты не можешь сообразить, чего именно.
Я вдруг поняла, что мне все равно. Умру я или выживу, прийдет ли этот фокусник и задушит ли меня подушкой, или вдруг я очнусь и буду здоровой, ходящей-говорящей, как прежде.
Страх исчез.
Все исчезло.
 

Night rain

Ословед
Библиотека и не только.

_______…Алекс рассказывал сбивчиво, волновался. На его глазах выступили слезы. Так говорят только о самом важном.
Он замер. Взглянул на нас. И сказал:
-Совет Библиотеки не понимает меня. Для них работа — увлечение. Пусть и очень выгодное. Столетие расшифровывать бесполезную рукопись? Пожалуйста. Они все равно в комфорте. А для меня каждая минута без поиска — мука. Библиотека слишком медленно развивается. Они ищут способ улучшить жизнь здесь, а не вырваться Наверх. К Лилии. К детям.
-Мы забываем… — Прошептала Никс.
-Что? — Алекс и я не поняли.
-Мы забываем о связях с миром Наверху. Я забыла своих родителей. Быстро. Очень. Я, я их очень сильно люблю, но я забыла. Иначе бы уже давно нашли выход. И Город бы исчез. Тебя держит боль, ты попал сюда, убегая, спасая их. Я тоже хочу вырваться. Я только сейчас это поняла, раньше был интерес, растерянность, еще что-то. Но я не задумывалась так ярко о возвращении. Теперь все иначе.
_______Я прислушался к собственным воспоминаниям. Семья? Родственники? Любимые? Пусто. Есть что-то смутное, какие-то общие, неправильные, неживые слова. Была семья, наверно, любил, наверно. Не помню.
_______Алекс продолжил:
-Да, Никс, я думаю, ты права. И это значит, что мне придется и дальше бороться одному. И я верю, я справлюсь. Выйду из Города. Энер, когда я увидел руны на плеере… знаешь, мне кажется, они могли бы помочь.
-Грей говорил, что теперь уже нет всех семи рун. Одна потеряна. Но он не знал даже, могут ли они помочь выйти.
-И я все же хочу скопировать их.
Я протянул плеер библиотекарю:
-Да. Если не сможешь, оставь его себе. Я привык к нему, но это просто вещь.
Алекс отшатнулся:
-Нет! Нельзя брать чужие талисманы здесь. Это очень опасно. Говорят, что не смертельно, хуже.
-У меня нет никакого талисмана вообще!- Удивилась Никс.
-Он есть у всех. Либо ты еще не поняла, что это, либо он нематериальный. Может, на время. — Алекс закрыл глаза, вспоминая что-то.
-Зачем они нужны? — Спросил я.
-Версий много. И будто это часть души человека, и словно это и впрямь оберег. Кто-то считает даже, что это камеры, навигаторы. Чтобы следить за нами. Но расстаться с ним нельзя или очень сложно. И больно.
-Я потерял плеер, когда шел сюда.
-Думаю, это Серый украл его. — Предположил филолог.- На время одолжил, так сказать… Интересно, когда, вас же было много, Марк или Джефф могли заметить. Неплохая компания, — из четырех человек — два бойца сатаниста…
-Сушка! — Никс вскочила. — Почему мы забыли про малышку?
-Кто она? — Алекс насторожился.
-Ребенок, мы оставили ее на шпиле. И ее могли убить! Там же переворот! — Никс продолжала стоять.
-Давно она с вами? Как она себе вела?
-Да, давно.— Я ответил за девушку. — Она грубая, дикая — обычный Городской ребенок. А что?
Алекс вздохнул:
- Она скорее всего жива. – Он увидел наше удивление и спросил:
-Вам что-нибудь говорит слово виктимность? Это «жертвенность» поведения. Чем больше виктимность, тем больше вероятность, что с человеком что-то случится. Так вот. Было проведено исследование и оказалось, что в городе виктимность детей не меняется плавно. От жертвы к хищнику, от виктимного до антивиктимного поведения. Либо ребенок чувствует себя жертвой и ведет себя соответственно, либо наоборот, он агрессивен, и находится в гораздо более безопасном положении, чем «виктимные» дети. Обычно это так. Ваша Сушка может спастись от зверей, найдет, что сказать маньяку, и он ее отпустит… Везение, гипертрофированное везение. Почти всегда.
В этот момент в зал вбежал молодой библиотекарь, который приглашал меня на завтрак с Советом. Похоже, в Библиотеке действует обычная система, если ты младше всех, ты на побегушках, несмотря на возможные знания и интеллект.
-Александр, Совет просит вас и ваших гостей подойти к гермозатвору. Что-то случилось.
Филолог поднялся, указал сатанисту на неубранный стол и позвал нас за собой.


***


_______Огромные металлические ворота. Настолько тяжелые, что открыть их могут лишь электромоторы. Черная смазка, следы ржавчины. Но эти «двери» могут выдержать, наверное, любую атаку. Небольшая плата, залитая в пластик для безопасности. Он должна считать секунды и управлять открытием.
_______Двое суток. И моторы начинают медленно открывать проход. Но не в этот раз. Механик сказал, все дело в аномалиях. Как он выразился, это был локальный темпоральный скачок. Красивые слова. Наверное, механик раньше любил читать фантастику — книги о необычных, и часто страшных мирах… Подобные изменения скорости времени и раньше происходили, но на метр левее. Никто и внимания не обращал—на живых существ не влияет, только на мертвую материю. А значит, нет смысла волноваться. Но теперь двигатель (а он был один, двери открывались с помощью специального привода) был превращен в чуть влажную рыжую труху. По воле случая, аномалия задела лишь внутренности двигателя, сначала механик не понял, почему из чрева блестящего агрегата слышится какой-то странный звук. Будто песок сыплется.
_______Совет (а это была группа пожилых мужчин, по виду, обычных библиотекарей) не сильно волновался — на собственных запасах можно жить автономно больше года (здесь тоже продукты пополнялись сами собой), а выходить наружу нет никакого смысла.
_______Механик рассказал, что на гермозатворе стоит еще один мотор, в идеальном состоянии. Но с другой стороны ворот. Ведь есть шанс, что понадобится открыть ворота с той стороны. Монстры этого сделать не смогут, а разные революционеры и не пытаются — тратить почти день на то, чтобы добраться до каких-то книг, когда в паре километров сам Шпиль… Любитель фантастики ухмыльнулся одной забавной мысли, и поделился соображениями — есть немалая вероятность, что аномалия передвинется еще на метр влево, и «проест» дыру в воротах.
_______Алекс, выслушав все мнения, повернулся к нам:
-Не хотите остаться в гостях?
-Нет. Я хочу вытащить Сушку со Шпиля, и найти Джеффа. — Ответил я.
-Кроме того, у меня есть теперь цель — найти выход из Города. — Никс улыбнулась Алексу. — Ты ищи в книгах, а мы будем искать на поверхности. Если кому-то из нас повезет, спасемся все мы.
-Ладно. Есть еще один выход, сразу на поверхность. Мы тоже оборудовали его таймерным замком. Но, там вроде, никаких аномалий не происходит. Завтра я провожу вас на поверхность, а вы вновь пойдете к Шпилю. Сейчас я пойду проверить тот выход, а вы пока отдохните. От разговоров и неожиданных проблем можно сильно устать.


***


_______…Никс сидела на кровати, скрестив ноги. Задумчивое выражение не сходило с ее лица. А я перечитывал «Божественную комедию» Данте. Сцены ада. Мне бы в голову не пришло, читать эту книгу в Городе. Но, когда я прогуливался по залам Библиотеки, случайно задел полку. И на пол упала только эта книга (хотя Алекс удивленно заметил, что собрание Данте всегда стояло во втором по глубине, ряду). И вот, ирония, — читаю об аде в аду. Великий итальянский романтик Данте Алигьери считал это место сложно организованной структурой, где в каждом кругу карались свои собственные грехи. В девятом кругу сам Люцифер грыз тремя пастями самых страшных преступников — предателей и изменников.
_______Но это не ад по Алигьери. Здесь не все грешники, некоторые из обитателей Города могли бы заслужить рай. Да и не все страдают, находясь здесь. Впрочем, никто в аду поэта не давал права самому стать демоном… И круги ада… Сатанисты прониклись этой идеей, идеей простой структуры Города. Я в это не верю. Думая об этом месте, я вспоминаю удивительные математические создания-фракталы. Порождение хаоса и строгих законов. Они тоже бесконечны, сложны и похожи лишь на самих себя. Но стихи Данте были интереснее моих размышлений, и я углубился в чтение.
-Энер, — Вскоре прервала меня Никс — Представь, что мы нашли простой способ выйти из Города. Это страшно.
_______Я сначала не понял мысль девушки и попросил продолжить. И она рассказала мне то, о чем думала весь вечер. Если мы найдем этот выход, если мы придумаем способ вырваться, мы обязательно поможем выйти Алексу и Джеффу, Сушке и Марку. Может, и тому парню, Омаэ, если он все еще жив. Они же помогут своим друзьям, те — своим. Секрет окажется известным во всем Городе, на всех слоях. Даже если почти никто не узнает, есть та пятерка. Грей, который владеет телепатией. И они, и все монстры, преображенные городом, смогут выбраться на Поверхность. И тогда Город станет повсюду. И выхода в тот обычный, банальный мир не станет. Как и самого мира Наверху. Но даже если мы сохраним тайну, кто возьмет на себя ответственность отделять монстров от людей, кто будет считать грехи, прежде чем рассказать о выходе? Я не возьмусь. Никто не подпишется на это.
_______А если люди Наверху узнают о Городе? Мир тоже навсегда измениться. Скорее всего, люди приспособят это место под тюрьму, новое место для ссылок. Как заставить кого-то погрузиться в Город, пытливый человеческий ум придумает быстро. А в людях поселится страх. Они будут бояться чувствовать, ведь сильные эмоции это самый простой путь сюда. И я не хочу такого мира.
Пока лишь один человек, или группа людей Наверху знают о Городе. Я вспомнил про сайт, и бумаги, которые Никс показала мне, когда еще не полностью оказалась здесь. Они говорят намеками, которые поймут лишь те, кто бывал здесь. Зачем? Неясно…
_______В ответ я рассказал Никс обо всех попытках выбраться из Города, о которых слышал сам. О массовых походах и массовых самоубийствах. О попытках замолить грехи или вести здесь праведную жизнь. За десять лет я слышал множество баек. Но, ни разу не слышал, чтобы кто-то, кто провел здесь некоторое время, смог «выйти из Игры».
Мы поговорили еще немного, а затем решили, что лишать себя роскоши безопасного сна — не самый умный поступок. Я смотрел на плеер. Алекс отдал мне его несколько часов назад. Библиотекарь смог переписать лишь несколько рун. Остальные почему-то не переносились на бумагу. Грей предупреждал об этом. Почти два дня я не слушаю mp3-шник. Электронное устройство превратилось в нечто большее, когда монстр нанес на него руны. Я ждал послания, но царапины на металле были неподвижны. Вскоре я погрузился в сон…


***


_______Утром никто не стал нас будить. А привычка спать урывками или не спать вообще растворилась в спокойствии Библиотеки. Когда я и Никс проснулись, Алекс уже ждал нас. Мы позавтракали, библиотекарь, улыбнувшись, попросил оставить баночку специй себе. Вне Библиотеки и Шпиля даже обычный перец — редкость.
_______Через пару часов должна была открыться дверь на поверхность. Алекс хотел подарить нам что то из оружия, но не нашел ничего стоящего. Лишь один небольшой клинок. Никс приняла его с радостью. В Городе без оружия или навыков слишком неуютно. Больше часа мы разговаривали с Алексом, узнали безопасные пути до Шпиля, историю этого места.
Потом Александр огляделся, и, увидев, что никого из библиотекарей нет рядом, сказал:
-Я сначала не понимал, почему рассказывал вам столь личное. Теперь знаю. Вы те, кто может понять мою цель. И помочь мне ее осуществить. — Алекс достал из кармана брелок—маленького плюшевого медведя. Это мой талисман. Дети подарили мне этого медведя почти семь лет назад. Я верю, что однажды они встретят на пороге своего отца. Человека с маленьким медведем в кармане. Выбраться из Города… В книгах я нашел лишь намеки. И один настоящий способ выбраться. Но его можно осуществить, лишь несколько дней после попадания сюда. И то, не всегда это поможет. Впрочем, об этом итак знают все — эмоции. Но он уже недоступен даже Никс, не то что мне. И я ищу. Прошу — ищите тоже. Вместе мы сможем. Это моя вера. И это моя жизнь.
_______Раньше это был технический выход, который сатанисты оборудовали какой-то странной дверью, похожей чем-то на двери в огромные банковские сейфы. Оказалось, что подобные «ворота» выпускали военные для особо охраняемых объектов. Как она оказалась в Городе, никто не знает. Да и никого не интересовало это. Проход этот редко использовался, и был совершенно безопасен. Поэтому там дежурил лишь один библиотекарь. Алекс не стал брать с собой оружие — он собирался лишь вывести нас на поверхность, а не провожать далеко. А значит, в случае опасности нам можно будет уйти обратно в Библиотеку.
_______Такая же плата, как и на основном выходе, мигнула зеленым светодиодом. Зашумел электромотор, дверь с громким неприятным скрипом начала открываться. В Городе есть один большой плюс — нельзя ослепнуть от яркого света, его просто нет. Поэтому, мы, пробыв двое суток под землей, только при электрическом свете, прекрасно видели поверхность сквозь расширяющуюся щель. Эта минута, пока открывалась дверь, тянулась слишком долго. Мне просто трудно было ждать, когда, наконец, я смогу добраться до Сушки и Джеффа. Я сильно привязался к ним. Александр махнул рукой библиотекарю-охраннику, чтобы тот оставался на своем месте. Я давно заметил, что филолог любит использовать язык жестов. У каждого свои привычки.
_______Когда дверь открылась полностью, мы вышли из Библиотеки и осмотрелись. Позади нас возвышалась трансформаторная будка. Алекс объяснил, что этот выход время от времени выводит в разные места, но в основном, в совершенно безопасные.
_______ Дом был построен кольцом, вокруг двора, достаточно большого радиуса, чтобы свет попадал внутрь этого колодца. А мы стояли ровно в центре. Странно, но было тепло, словно грело солнце. Небо, конечно, было затянуто тучами, хотя света было достаточно. Будто вот-вот выглянет солнце. Из двора вело несколько выходов-арок. Наверное, Наверху это место было бы красивым: аккуратная детская площадка, много клумб, даже деревья. Но трава была сухой, деревья — сгоревшими, а карусели покрыты слоем ржавчины.


***


_______Ржавая металлическая дверь за нами захлопнулась. Без всякого скрипа, или громкого удара как и подобает старой и очень тяжелой двери. Мы услышали лишь приглушенный, словно подводный хлопок, и почувствовали воздушный удар спинами. Пыль осела за несколько секунд.
_______В десяти шагах от нас стоял Грей. Кончиками расправленных крыльев он опирался на землю, а чешуйчатые руки скрестил на груди. Из склизких отверстий на щеке валил дым — демон держал во рту без сомнения, очень дорогую сигарету. Его рана бесследно затянулась — вместо разорванной воспаленной кожи и торчащего ребра тускло блестели идеальные чешуйки. Странно, но на нем были рваные джинсы, одна из самых популярных вещей в Городе, да и Наверху, если я правильно помню. Хотя ступни босые — удлиненные лапы, похожие на конечности рептилии, не могут вместиться в ботинки.
_______В этот раз его желтые глаза не оказали на меня гипнотического влияния. Да и выглядел он менее опасно.
Монстр взглянул на Никс и без тени улыбки сказал:
-Здравствуй, Избранная. - Затем он перевел взгляд на меня. Буквально на долю секунды остановил свой левый зрачок в неподвижности, в то время как другой уже начал поворачивать в сторону Александра. Затем и левый глаз сфокусировался на библиотекаре.
_______Алекс не был удивлен. Его лицо словно было грубо вытесано из камня — ни одной сглаженной, округлой линии — каждая мышца была напряжена. Он хрипло произнес:
-Приветствую, Серый. Ты изменииии
_______По правде говоря, я считаю себя эгоистом. Я замечаю людей, лишь, когда они нужны мне. Я никогда не предавал, но не знаю, может, мне никогда это не было выгодно. Я человек разума, очень эгоцентричного разума. Но, наверное, когда время начало тянуться, словно не вулканизированная резина, голос библиотекаря превратился в низкий бессмысленный гул, а Грей, практически не затормозившись, достал спрятанный в сплетении рук пистолет, мозг не успел подумать. Иначе бы, я так не поступил. Боюсь, я, точнее мой мозг, пожертвовал бы собой только ради Никс, и то, есть сомнение. Но сердце, этот комок миокарда и крови, или для прагматиков, какой-то отдел мозга, отвечающий за чувства, а может душа, заставило меня прыгнуть, заслоняя собой Александра. Я не думал, я чувствовал — этот человек важнее, у него есть цель, которой он добьется, у него есть семья. А я даже не помню толком, кто я. Я опять-же чувствовал, что могу не успеть — Грей уже жал на промасленный курок. Потом я увидел пулю. Она летела среди дыма и огня, медленно вращаясь.
_______Затем она коснулась моей одежды, ткань лопнула как раз напротив сердца. Пуля медленно вкрутилась в мою плоть. Боли не было, я ощущал лишь прохладу металла. Странно, мелькнуло тогда, пуля должна быть горячей…Затем, стало темно. Нет, не отключилось сознание, я еще не умер. Просто я долетел до земли, и коснулся лбом ее поверхности. Лицо больно, а сердце — нет…
_______Время решило ускорить свой бег и вернулось в нормальную колею.
_______-Да, изменился. — Послышался ответ демона на самой грани сознания. А я не чувствовал себя умирающим. Коснулся рукой груди — чистая, здоровая кожа. Раны не было. Сзади послышался кашель. Поворачиваясь, я увидел морду Грея, на которой играло наигранное разочарование. Впрочем, я могу и ошибаться. Алекс сидел, прислонившись к двери. Нет, его не отбросило пулей, это физически невозможно. Видимо, он инстинктивно отшатнулся, уже с дырой в легком. Александр кашлял кровью, царапая окровавленную грудь. Никс, через несколько секунд придя в себя после шока, кинулась мне на помощь.
_______В городе нет нормальной медицины. Человек либо выживает, либо нет. Может, в Библиотеке ему бы и могли помочь, но когда мне пришла мысль позвать их, и я ударил по двери — взгляд уловил странную деталь — грубый, еще теплый шов, приваривающий дверь к косяку. Ее нельзя теперь было открыть ни с той, ни с этой стороны. Никс коснулась пальцами шва. Замолотила по двери с криками. Слезы текли по ее лицу, оставляя тонкие линии на пыльных щеках. Вдруг Никс успокоилась. Девушка стояла неподвижно, прижав ладони к двери, словно какая та мысль привела ее в шок. И я тоже замер, поняв, что это была за мысль. Тонкая полоска темного металла отделяла Алекса от спасения. За этой дверью есть люди, которые могут оказать помощь ему. Помочь выжить. Его спасение в десяти сантиметрах за этой потрескавшейся краской. Или в нескольких минутах, в прошлом. А библиотекарь умирал. Моих отрывочных знаний и умений хватило лишь на то, чтобы вспомнить какие-то отрывки — пневмоторакс… нехватка воздуха…
_______Пуля пробила бронхи, вошла почти в солнечное сплетение, раздробила кости… Память услужливо подсказала — двусторонний пневмоторакс, без оказания помощи — смертельно. Видимо, биологию я любил. Нужно было перевязать библиотекаря, закрыть ему дыру, из-за которой он не мог дышать. Но повязка плохо помогала — воздух поступал, а никакого материала, чтобы герметично закрыть дыру мы не нашли.
_______Потом, через некоторое время, я понял, что Грей как то выключил себя из нашего внимания, я ни на секунду не вспомнил о нем, и о возможной опасности. Он мог перестрелять нас как котят.
_______Алекс умирал. Читали книги про убийства? Как главный герой стоит на коленях возле умирающего друга, а тот, покашляв кровью и сказав пару важных слов, мирно закрывает глаза? Так вот, чушь это все. Алекс не пытался говорить — он пытался дышать. Через минут десять он потерял сознание. В этих книгах забывают и про агонию. Их герои никогда не бьются в судорогах, когда их организм собирает последние силы в отчаянной попытке выжить. А потом, и сердце делает последний удар, и они сразу — же умирают. Хочу вас разочаровать — в реальности так бывает редко, а может, и не бывает вообще.
_______Алекс не приходил в сознание около получаса. Несмотря на повязку, кровь продолжала идти, пропитала его одежду и землю под ним. Затем, он судорожно вздохнул, открыл глаза. Захотел сказать что-то, но едва смог пошевелить губами. Из его широко раскрытого рта раздавались хрипы — он пытался дышать. Еще минуту он был в сознании, а затем обессилено закрыл глаза. Умер? Нет, мы не в книге. Его сердце билось все слабее, сказывалась большая потеря крови. Похоже, пуля перебила несколько артерий. Позвоночник не задела. Впрочем, об этом тоже редко пишут в книгах. Это еще неприятнее для бедного брезгливого читателя. Через полчаса сердце остановилось. Я знал, что Алекс еще не умер, что его мозг проживет без крови какое-то время… Он все еще дышал. Быстро и очень слабо, но дыхание ощущалось. С остановкой сердца жизнь не заканчивается. Мы говорили с Алексом. Рассказывали, что смерть в Городе может не быть настоящей смертью, шептали ему что, если мы выберемся, мы найдем его жену и детей… Возможно он слышал нас. Может быть, даже понимал. Дыхание библиотекаря тоже начало останавливаться. Через несколько минут Александр стал неподвижен. Я устало поднялся с колен. Никс снова заплакала. Маленький медведь лежал у меня на ладони.
Тело Александра мы решили оставить. Оттащив его в мертвую траву и накрыв ветвями, я вспомнил про специи, которые еще вчера подарил мне филолог. Полная перечница должна помешать крысам и псам подойти к телу. И в этот момент Грей «выключил» невнимание к себе.
_______Теперь тварь стояла, Прислонившись к стволу сожженного дерева. Еще недавно я не ошибся — на морде Грея и правда была смесь удивления и обиды. Совершенно лживых и поддельных. Гнев начал переполнять меня.
_______-Я в тебя стрелял! Нужен мне этот библиотекарь! – Залепетал, ухмыляясь монстр. — Я что, знал, что пуля пройдет сквозь тебя, как будто ты приведение! Что ты так на меня смотришь? Пули самые настоящие, пистолет — тоже, реальнее не бывает. Ты сам виноват! Нужно быть менее иллюзорным! Может, тебя вообще убить нельзя! Нужно было меня предупредить! Я-то тут причем! — Он шевелил темными губами, говорил что-то, будто оправдываясь. Я почти не слышал — слишком много адреналина оказалось в крови, возможно, потом я вспомню его слова и задумаюсь, но только потом.
_______Мы кинулись к Грею одновременно. Никс несколькими прыжками достигла его. Я не отстал. Город и ярость дают небывалые возможности. Но тварь махнула крыльями и мгновенно оказалась недосягаемой. Зависнув на высоте пяти метров, демон воскликнул:
_______-Учитесь на ошибках! Пока на чужих! Затем, словно что-то вспомнив, вскинул когтистую руку и коснулся своего лба:
_______-Совсем из головы вылетело! Мы можем побеседовать с тобой на вокзале. Никс, вам бы тоже не помешало встретиться с вашими поклонниками.
_______Грей развернулся в воздухе и начал взлетать к облакам. Внезапно из его лапы выскользнул пистолет, и, кувыркаясь, упал в траву. Я схватил оружие и начал стрелять в этого урода. Странно, но все пули попали в цель. Они разрывали его крылья, рвали мышцы. Он взлетал вертикально вверх, и на меня капала его кровь. Обычная красная кровь. А издалека, затихая, слышался восторженный крик Грея:
_______-НАСТОЯЩИЕ!!! ПУЛИ — НАСТОЯЩИЕ!!!


***


_______В глубине двора, рядом с запертой трансформаторной будкой стояли двое. Юноша и девушка. У парня было пустое, совершенно ничего не выражающее лицо. Словно он устал чувствовать. Но в глазах читалась сотня чувств: гнев, ненависть, обида, печаль, скорбь…

_______Девушка вытерла слезы и осмотрелась. Двор напоминал колодец, изолированное место, призванное обеспечить людям спокойствие. Площадки для детей, собак и пенсионеров. Неприметная дверь магазина. Свет, яркий, словно солнечный, лился с неба. Казалось, серые деревья вдруг обретут краски, в песочницах заиграют дети, Послышатся удары костяшек домино, и доброе переругивание стариков. Издалека донесется шум машин. Маленький современный рай. Вроде бы, если смотреть издалека, эти двое возьмутся за руку, и продолжат прогулку. А может, разойдутся по домам, играть на компьютере, новое модное увлечение. Есть вероятность, что они идут в кино, а может, девушка потянула парня по магазинам.

_______Парень отбросил пистолет в траву. Сухие стебли обратились в пыль, и серебристое облако взметнулось над клумбами. Девушка вытерла окровавленные руки о джинсы. Посмотрела на мокрый красный асфальт, на след, ведущий в траву. Подняла к небу красивые большие глаза. И чертыхнулась. Парень сморщился от боли в разодранном лбу. Смахнул капли крови и пота с брови. Резко развернулся, бросился к металлической двери, прыгнул и с криком ударил по ней кроссовком. Глухой звук отразился эхом от стен домов.

_______Может быть, две старушки на скамейке посмотрели бы на эту парочку, и начали ворчать. И, наверное, сами бы прервали себя — молодость. Скорее всего, одна из них закрыла бы глаза, и предалась воспоминаниям. Вторая бы нахмурилась для приличия, и тоже погрузилась в ностальгию. Потом у парня зазвонил бы телефон (ох эти модные штучки!), в писке устройства стали бы различимы ноты одного из гениев ренессанса. Кажется, он бы не взял трубку. Зачем? Он бы, наверное, жалел, что вообще взял сотовый с собой. Или не выключил…

_______Парень тоже осмотрелся. Забрался на крышу будки и решил, указав направление рукой.
Девушка нерешительно прошептала:
-Зачем? Нас тоже скоро…
Юноша спрыгнул на землю. Сплюнул пыль и ответил:
-Я найду свою цель. Может месть. Может спасение. Не знаю. Но я не буду бродить еще десять лет. И еще. Мы обещали…
-Алексу. Да. — Закончила девушка.

_______Наверное, один из малышей в песочнице бы заревел. Беспокойные мамы сбежались бы на шум, «Кто - то из них посмотрел бы на двоих у будки. А ведь через лет пятнадцать и мой ребенок будет так стоять, взявшись за руку…»

_______Никто не промолвил ни слова. Нет никаких беспокойных мам и ревущих малышей. Это Город. Это Игра.


***


_______…Старик на крыше смотрел вниз, на Энера и Никс, которые уже скрывались под аркой в доме. Затем он перевел взгляд на середину двора. Кровавые полосы были хорошо видны даже с крыши десятиэтажного дома.
_______Сергей Дмитриевич, а именно так звали старика, поправил свой плащ. Потянулся было в карман за очередным мелком, но передумал. Резко развернулся и посмотрел на остальных.
Гарольд с задумчивым видом полировал ногти. Толстяк вполне мог похудеть, но тогда он не смотрелся бы так авторитетно и одновременно нелепо. Полные губы Гарольда шевелились, но звука не было — он насвистывал мысленно.
Мальчишка сидел на корточках, и следил за муравьями. Совершенно обычный ребенок. Несколько десятков крупных насекомых пытались выстроить какую-то сложную геометрическую фигуру. Некоторые особо бестолковые муравьи не могли найти свое место в рисунке. Ребенку это не нравилось. Тогда остальные насекомые убивали своих глупых собратьев. Мальчишке было скучно без настоящей работы — управлять насекомыми слишком банально и просто.
Майор, а именно так обычно называли качка, стоял неподвижно. Глаза были закрыты. Пусть думает над своими любимыми физическими теориями…
Грея нигде не было. Вдруг голову старика окружило облако табачного дыма. Сергей Дмитриевич поморщился. Позади него (а «маг» стоял на самом краю крыши) медленно и совершенно бесшумно махал крыльями Грей. Вскоре ему надоело, и он приземлился на битум крыши.
«Отлично получилось. Убил нескольких зайцев одним выстрелом.» — Монстр послал свою мысль всем остальным.
«Они не пойдут на вокзал»-Гарольд оторвал взгляд от ногтей.
«Да. Но Энер хочет отомстить, Никс — понять. Они вскоре изменят свое решение и направятся туда, куда нам нужно» — Грей вертел в руках пистолет Макарова. Если бы Энер решил поднять пистолет из травы, он бы понял, что за ними наблюдают.
«Ты затянул раны?»- Сергей Дмитриевич вопросительно взглянул на Грея.
«Нет еще. Хотел вам показать — мальчишка неплохо стреляет». Он развернул крылья. В нескольких местах зияли дыры, обрамленные кровавой каемкой. Раны стали затягиваться на глазах. Через минуту исчезли и шрамы. Лишь один остался и тварь не спешила его убирать.
«Пусть останется,»-Пояснил он-«На бабочку похож, напоминает мне о прекрасном, о моем беззаботном детстве»-Грей язвительно усмехнулся.
«Почему ты не сообщил, что знаешь Алекса?» — ребенок строго смотрел на монстра.
«Это не было важно. Хотите узнать историю этого пистолета?» — Грей подкинул оружие вверх — «Один незадачливый милиционер захотел покончить жизнь самоубийством. Ну, там проблемы с женой, любовницей… Банальщина. Но эмоциональненько. В общем, взял он этот пистолет и нацелился себе в висок. И сидит значит.» — Монстр прервался, достал сигарету, закурил. — «Думает бравый защитник о своей жизни. Ну и как часто бывает, думал-думал и передумал убиваться. От греха подальше решил вытащить обойму. Смотрит, а там верхний патрон маркирован как холостой. Ну, вечером жена домой пришла, он ей все рассказал, уже с юмором, успокоился видимо. И решил показать, как бы он застреливался холостым. Вот только маркировка была ошибочной. Мозги на стену, а мент в Городе. Я как раз недалеко был, успел мысли прочитать. Так вот, осмотрелся он, решил, что в аду. А в руке пистолет. Взял и снова застрелился. Памятная вещичка, этот ПМ…»
Никто кроме Грея не смеялся. Слишком банально. Впрочем, обычно монстр развлекал подобными историями лишь себя.
Старик снова посмотрел вниз, на кровь. Перевел взгляд на спрятанное в ветках тело библиотекаря. Сказал вслух:
-Может, мы зря это делаем? Так жестоко… — И сразу, нахмурившись, прервал сам себя. — Нет. Иначе мы и дальше будем гнить здесь. Так нужно.


***


Примечания.

_______Виктимность — склонность субъекта к поведению, повышающему шансы на совершение преступления в отношении его. Свойства каждой человеческой личности позволяют оценить вероятность того, что эта личность может стать жертвой преступления, — чем больше вероятность, тем выше виктимность этого человека. Виктимность зависит от личностных характеристик (в т.ч. социотипа), социального статуса лица, степени конфликтности ситуации, места и времени развития ситуации. Величина виктимности может изменяться. Её рост называется виктимизацией, снижение — девиктимизацией.
_______Гермозатвор — устройство герметичного перекрытия коммуникаций.
_______Темпоральность (англ. временные особенности) — временная сущность явлений, порожденная динамикой их особенного движения, в отличие от тех временных характеристик, которые определяются отношением движения данного явления к историческим, астрономическим, биологическим, физическим и другим временным координатам, взаимосвязь моментов времени.
_______Божественная комедия (итал. Commedia, позже Divina Commedia) — поэма, написанная Данте Алигьери в период с 1308 по 1321 гг.
_______Данте Алигьери (30 мая 1265— 13 или 14 сентября 1321) — итальянский поэт, один из основателей литературного итальянского языка. Создатель «Комедии» (позднее получившей эпитет «Божественной», введённый Бокаччо), в которой был дан синтез позднесредневековой культуры.
_______Открытый пневмоторакс. При открытом пневмотораксе плевральная полость сообщается с внешней средой, поэтому в ней создаётся давление, равное атмосферному. При этом лёгкое спадается, поскольку важнейшим условием для расправления лёгкого является отрицательное давление в плевральной полости. Спавшееся лёгкое выключается из дыхания, в нём не происходит газообмен, кровь не обогащается кислородом. Двусторонний полный пневмоторакс при неоказании помощи приводит к быстрому летальному исходу из-за критического нарушения дыхательной функции.
_______Агония — последний этап умирания, который связан с активизацией компенсаторных механизмов, направленных на борьбу с угасанием жизненных сил организма.
_______ПМ — пистолет Макарова. http://city.is74.ru/forum/index.php?posts/9095267
 

    Andemion

    очки: 12
    :thumbsup:

Zara

Ословед
Дон Кихот вышел к большому местному зданию. Он тревожно и сердито посмотрел на него. Вот уже много лет, как ему казалось, он ходил кругами по одинаковым пустым улицам. Оставив бессознательное дитя на крыше на попечении ее зверька, он поклялся честью найти ее рослых и суровых спутников, рыцарей этого сумрачного мира. Но рыцарь Джефф и рыцарь ЭнЭр, скорее всего, пали жертвами этого чудовищного города, обители зла и мрака. Дон Кихот и рад бы последовать за погибшими в царство Аида, но чувство долга призывало его блуждать по темным улицам города в поисках помощи.
Он уже забыл куда шел, и зачем шел, когда перед ним выросло это громоздкое бетонное здание. Все чувства Дон Кихота обострились, призывая его идти туда, интуиция, которая всегда обманывала его, и ни разу еще не посоветовала дельной вещи, заклинала его войти внутрь. Дон Кихот выкурил несколько пачек Примы, нервничая перед дверью, а затем решился и вошел в зияющий тьмой проем цитадели порока, ужаса и крови, под скромной вывеской "РодДом №9"
Внутри он скитался по темным коридорам, его слух уловил чей-то шепот, и Дон Кихот приник к двери, возле которой стоял.
"Ш-ш-ш, там кто-то есть... - сказал мужской голос. - Держите... подождем, сунется ли сюда эта тварь!"
Тут тварь деликатно постучалась, заставив людей по ту сторону двери отпрянуть.
-К...кто там? - Нервно спросил женский голос.
-Позволите ль мне войти, сударыня, чтобы я смог представиться по всем правилам хорошего тона? - Уточнил Дон Кихот, входя.
На него обрушилась лопата, которую держал человек, притаившийся за дверью, симпатичный импозантный мужчина, как успел заметить, падая, Дон Кихот.

Открыв глаза, он увидел пред собой... нет, невозможно... но все же это была она - прекрасная дама, чей светлый лик склонился над ним, без сомнений была ангелом, или даже лучше - фотомоделью. Он, кажется, сказал это вслух, потому что девушка прижала палец к губам.
-Пожалуйста, молчи. - Попросила она. Ее мелко потрясывало, обескровленное лицо обратилось к двери. Дон Кихот заметил, что он и модель находятся в каком-то шкафу, или коробке. Сквозь тонкую полоску приоткрытой двери сочился свет.
-Могу я хоть узнать... - попробовал он снова заговорить с дамой, но за дверью раздался громкий ужасный крик. Они вздрогнули, девушка задрожала еще сильнее, закрывая пальцами глаза.
-Пожалуйста, пожалуйста... пожалуйста, не надо...
Дон Кихот поднял руку (уже ясно было, что они находятся в просторном шифоньере) и схватил вешалку, готовый обороняться.
-БЕГИ!!! - Заорал кто-то снаружи. Девушка, до этого не смеющая оторвать пальцев от глаз, немедленно распахнула дверцу и выскочила наружу. Дон Кихот последовал за ней, как раз когда шкаф вспыхнул огнем. В одну секунду, словно он был облит бензином, от него остался один черный дымящийся остов.
Комната, в которой стоял шкаф, была завалена обломками мебели. Кроме них там был только один человек, он пятился к двери. Это был тот самый импозантный мужчина с лопатой, только теперь он тихонько постанывал от страха, и не был похож на смелого воина.
-Где? - В панике крикнула девушка.
Мужчина показал пальцем на Дон Кихота. У него в спине вдруг засвербило, зачесалось, а потом он почувствовал себя нехорошо - как будто его изнутри раздувал воздух. Затем все прекратилось. Девушка, стоявшая позади него, завизжала, а когда он обернулся, он вдруг увидел рядом с собой еще одного человека, стоящего к нему спиной. Это был худой, абсолютно голый человек, заляпанный сгустками чего-то темного.
-Простите... - воскликнул Дон Кихот, хватая его за плечо. Человек обернулся, и лица у него не было. Кожа на месте лица была гладкой и ровной, без всякого намека на черты. Девушка воспользовалась моментом, чтобы побежать к двери. Дон Кихот растерялся, он не успел ничего сделать. Человек без лица метнулся за ней, ходуном заходили его руки и ноги. Когда он догнал девушку, она резко присела и выставила вперед ногу, как будто исполняла какой-то странный танец. Она ударила в колено человеку без лица, колено треснуло с хрустом, и он повалился на землю. Девушка встала и выбежала из комнаты, мужчина крикнул Дон Кихоту:
-Уходи отсюда! - И тоже побежал к двери, но человек без лица схватил сломанный стул, лежащий рядом с ним на полу, и метнул его в убегающего.
Стул вдруг приобрел ужасную скорость, воздух засвистел, и убегающий как-то неровно распался на две половины. Из сломанного позвоночника засочилась прозрачная жидкость. Человек без лица схватил себя за колено, приставляя его на место. Дон Кихот стукнул его вешалкой, пробегая мимо к выходу. Он был готов встретить смерть, но в самый неподходящий момент поскользнулся - ноги разъехались, и там, где он только что стоял, осталась темная вмятина. Человек без лица навис над ним. Темные сгустки оказались кровью. Дон Кихот заметил, что пятна крови повсюду на стенах и полу, а в углу темнели чьи-то волосы, уже без прилагающейся к ним головы.
Натянутая кожа оказалась так близко к Дон Кихоту, что он различил дыхание существа - оно дышало, тело раздувалось, как кузнечные меха. От него вдруг сильно запахло чем-то горючим - не то бензином, не то скипидаром.
Существо вытянуло руки, с них текла светлая жидкость. Она закапала на ткань рубашки Дон Кихота, и та мигом загорелась. Дон Кихот вскочил - он снова был готов встретить смерть, но не так - не лежа, распластавшись перед своим убийцей. Наш славный герой сделал еще одну попытку разделаться с чудовищем, обхватив его шею и попытавшись задушить. Существо легонько толкнуло Дон Кихота, и тот отлетел в сторону, перевалившись через порог, он покатился по полу и врезался в пластиковый стол. Сверху со стола на него опрокинулось что-то железное - полный чан с водой, он упал сверху, накрыв его лицо.
Существо пронеслось мимо, раздался сдавленный крик, и, когда Дон Кихот встал на ноги, срывая с себя остатки обгоревшей рубахи, он увидел незнакомую девушку. Она лежала, выпучив глаза, ее тело было вмято в пол, раздавлено, превращено в красную кашу.
Дон Кихот, пошатываясь, отправился вперед - по длинному коридору, надеясь найти выход. Но коридор вел в просторный зал, когда-то бывший приемной. Там лежали сваленные в кучу тела, много мертвых людей. Пройдя через это страшное место, Дон Кихот оказался на финишной прямой - впереди светлел проем раздвижных дверей, заклинивших чью-то оторванную голову.
Там же была девушка, пытающаяся протиснуться в проем дверей, а к ней приближалось существо.
Дон Кихоту потребовалось меньше секунды, чтобы оценить степень благородности своего поступка. В следующий момент он уже бежал, крича на ходу:
-Впереееед, за коооооороооля! ! ! ! ! ! ! !
Он знал, что спасти красивую девушку по шкале благородности лучше, чем выжить и попытаться помочь покинутому ребенку с крысой-телохранителем.
Он прыгнул, и в прыжке сбил человека без лица с ног, и вместе они понеслись по скользкому полу к несчастной девушке, застрявшей в дверях.
Раздался звон стекла. Дон Кихот вскрикнул, когда осколок прошил его руку. Он открыл глаза, и вскочил, сбрасывая с себя тела девушки и безлицего.
Девушка была почти целой, только дверь, разлетевшись, осколком рассекла ей шею, обнажив кость. Существо без лица (этого Дон Кихот не знал, но вам-то можно рассказать) пострадало не от самой двери, а от сверкающих на закатном солнце осколков - они на секунду отразили его, словно тысяча мелких раздробленных зеркал, и, увидев свое отражение, существо сделало то, что делало уже миллионы раз на разных слоях города - сдулось, превратившись в складки резиновой кожи на асфальте. Дон Кихот стоял, окруженный трупами, целый и невредимый.
Он вздрогнул, вспомнив, что не спас девушку и даже послужил в какой-то степени причиной ее гибели. С горестным воплем он схватил осколок и попытался разрезать себе вены с размаху, но промахнулся и воткнул осколок в глаз мертвой девушки. После этого, совсем уж убитый горем, он отправился вниз по улице, разыскивать реку, водоем или хотя бы глубокое море с сильным течением.
 
Сверху